|
Девочки, спасибо!
Прода получилась маленькая. Про Андрюшу будет в двух следующих.))
***
Катя будто очутилась в межвременье.
Дни, наполненные праздностью – только трижды за ней заезжали – один раз сняли брекеты, и она впервые увидела ровный ряд зубов – своих зубов, без железа и пластика. Потом же произошло настоящее чудо – ей больше не нужны были очки, с которыми она расставалась лишь на ночь всю свою сознательную жизнь.
Третий раз произошел перед самым приездом Александра – Катю взяла в оборот Лиза, и они подобрали несколько вечерних платьев и аксессуары к ним – «по распоряжению сверху», как охарактеризовала это занятие сама Катя.
Конечно же, количество и качество перемен, происходящих с ребенком (или уже нет?), не укрылись от родителей, и Катя сообщила, что выходит замуж, «да, за того самого»,-…- «конечно же, по большой любви». - «А почему глаза грустные?» – «ну так в разлуке!» -… - «Да, приедет, сделает предложение по всей форме» - … – «без кольца не может». Что за ерунда… Катя прислушивалась к собственным словам, и не могла понять, откуда они берутся – будто кто-то произносил их её губами, её голосом…
***
Катя много гуляла в эти дни – брела, куда глаза глядят часами, несмотря на ужасные, нежданные морозы, каких не было в Москве на ее памяти. Вокруг было бело, безветренно, и чудилось ей, что она превращается в одну из тех ледяных скульптур, что видела она в центре города. Будто бы скульптор уже вырезал ее в этом тусклом, однообразном зимнем пейзаже, и остались лишь заключительные штрихи. А рядом уже начинает проступать горделивая осанка Воропаева, вокруг движется какая-то неуловимая для ее глаза жизнь, лишь они остаются недвижными и скованными белым холодом.
***
Александр отлично держался на горных лыжах. Но сегодня… бесконечный снег стеной – настоящая пурга. Он не видел собственных лыж и катился по наитию – от одной красной вешки до другой, горнолыжная маска вся залеплена снегом, периодически приходилось очищать ее рукавицей. Последние несколько лет он катался в компании Майлза, с которым познакомился в Вартоне, его жены – простой и разумной женщины и их семилетнего сына. Когда Алекс за завтраком сообщил, что собирается на склон, покрутить пальцем у виска им помешала только вежливость. Всё-таки, Алекс сумасшедший, только русские катаются в такую погоду – верхние склоны закрыты, метель, видимость нулевая. Но отговаривать не стали, давно знали его упёртость.
Сегодня был последний день отпуска, завтра самолет – «Италия, до скорой встречи». Алекс любил эту страну, особенно аккуратный, зажиточный север. К тому же, итальянский был его вторым иностранным языком после английского, хотя отец и считал это ошибкой.
Все предыдущие дни он старался ни о чем не думать – кольца заказал сразу, и их даже успели привезти в отель. А сейчас он повторно продумывал свои дальнейшие действия. Конечно же, всё было просчитано до мелочей, как только план созрел в его голове и оформился во что-то реальное. Теперь же он искал возможные бреши и трещины, и всё сходилось на Кате – все остальные были прочитаны им давным-давно. Лишь Катерина была неизвестным в составленной Александром системе уравнений. Также нельзя было сбрасывать со счетов параметры в виде родителей и непредвиденных обстоятельств…
Итак, главное – беспрестанный контроль, обучение и приручение. Ему придется освоить профессию дрессировщика с этим существом непонятной, а точнее, невнятной породы (тем более что первые шаги уже сделаны), и вывести из неё… свое продолжение и дополнение. Да, именно так.
Алекс устал от вспарывания сугробов снега, которые не успевали укатывать ратраками, и, спустившись в последний раз, набрал Майлза – lunch time.
***
Всё шло превосходно – идеальный перелёт, которого он даже не заметил – зачитался новым романом Умберто Эко в оригинале; Костя встретил его у выхода из таможенной зоны отдохнувший и счастливый – видимо, хорошо провел время в своем родном городке и успел соскучиться по работе. Быстро доехали до дома - в Москве почти не было машин, все отдыхали.
Вечером созвонился с Катей – всё было в силе, обговорили завтрашний день.
***
Катя только начинала отходить от шока, в который погрузилась в квартире Александра в тот ужасный для неё вечер, и до неё стало в полной мере доходить, что означает его предложение, и что влечет за собой её согласие. И, увидев посвежевшего Александра с обветрившимся в горах лицом и белыми кругами вокруг глаз от маски (он был похож на мальчишку), она впервые подумала, что с этим незнакомым человеком она скоро окажется в одной постели… и будет делить свою жизнь… с ним…
Алекс выглядел совершенно домашним – в джинсах и свободном свитере, непринужденный и обаятельный, и, конечно же, с букетом цветов. Он сделал предложение по всей форме - родители были подготовлены. Он приучал Катю к своим рукам – поддерживал за талию, плечи, легко целовал в щёку и в висок, Катя не сопротивлялась – он в ней не ошибся. Родители поплакали, все посидели за столом, выпили, и Александр отвез Катерину к Элизе. Та должна была подготовить её к благотворительному балу – Алекс собирался представить свою невесту нужным людям. Оставив Катю в салоне, заехал домой переодеться, и через 2 часа вернулся за ней. Результат был хорош – настолько хорош, насколько вообще возможно с такими внешними данными. Он придирчиво осмотрел её - красивая прическа, вечерний макияж, делающий её большие глаза огромными, струящееся платье в пол из жемчужно-серого шёлка, высокие каблуки. На безымянном пальце сверкало обручальное кольцо с безукоризненным бриллиантом в пол карата – камень крупнее на миниатюрной Кате выглядел бы вызывающе.
Оставив чаевые в размере предъявленного счета, Александр подхватил свою даму, и они отправились на первый, очень важный совместный вечер.
***
Там Александр Юрьевич представлял нужным людям и просто хорошим знакомым свою невесту – прекрасного экономиста и управленца – между прочим, большая редкость для женщины! Катерина вела себя уверенно, но скромно и предельно осторожно – Александру всё время казалось, что он ведёт под руку нечто из хрусталя, и любое резкое движение способно разрушить, он сам не мог понять, что… целостность? Спокойствие? Принцесса вновь превратится в замарашку? Долго над этим вопросом он не думал – было некогда. Его способность отмечать и замечать малейшие нюансы вокруг себя и за собой, умение ориентироваться в большой компании людей, управляя каждой мышцей лица, малейшим жестом, и одновременно замечать все движения окружающих его нужных людей и вовремя реагировать и подстраиваться под них, не давала сбоя и сегодня. И он видел, что Катя нравится или настораживает, но неизменно запоминается, вызывает эмоции, как и он сам.
Вечер удался.
***
Катя…Катя работала над собой каждую секунду. Она должна была помнить, что главное – удержать лицо, не дёргаться и не уворачиваться, когда она чувствовала на своём теле лёгкое прикосновение чужой руки (Воропаев не позволял себе ничего лишнего, это делало ему честь). Сложнее всего было не уклоняться от невинных прикосновений его губ к щеке или к виску. Катя понимала, что он делает это специально, чтобы она могла привыкнуть; но ей было тяжело. И оттого, что она должна была контролировать себя каждое мгновение и дома и на людях; знакомиться с какими-то людьми, среди которых были знаменитости и «серые кардиналы», информацию о которых Александр нашёптывал ей на ухо в редкие минуты наедине, к моменту, когда Константин остановил машину у подъезда, и Александр распрощался с ней, она чувствовала невероятную, разрушающую усталость.
_________________ Рву шаблоны. Дорого. (с) xvii
Последний раз редактировалось TOK 09 авг 2010, 19:39, всего редактировалось 1 раз.
|