|
= 11 =
Они шли по парку и держались за руки. Юля почти висла на Катиной руке, баловалась немного, болтала без умолку и очень волновалась по поводу подтаявшего снега. Ей очень хотелось покататься с горки.
- Скорее бы лето, - вздохнула девочка. – Да, мам?
Катя согласилась.
Под ногами уже чавкало, снег подтаял, хотя зима ещё не торопилась отступать, по ночам было достаточно морозно, а вчера ещё и снег нападал.
- Юль, давай ты не будешь сегодня с горки кататься? Промокнешь вся. Покатайся на качелях.
Юля, конечно, расстроилась, но делать было нечего. Топнула ногой по луже и пообещала на горку не лазить.
- Ты меня позовёшь, когда он приедет?
- Позову. Но ты же помнишь, что Андрей сказал? Он не уверен, что сможет сегодня приехать к тебе.
- Ну, может он к тебе приедет?
- Так, - Катя попыталась придать своему голосу побольше строгости, но от невинного детского взгляда, обращённого к ней, впору было рассмеяться, - прекрати выдумывать сейчас же. Иди, поиграй.
Катя осталась стоять на тротуаре, наблюдая за тем, как Юля вприпрыжку побежала к качелям. На площадке было много детей, вокруг мамы-бабушки-няни, наблюдали за своими чадами, так же, как это делала Катя сейчас. Юля села на качели, оттолкнулась ногами и помахала Кате рукой. Катя помахала ей в ответ.
Юле улыбалась, а на самом деле нервничала. А всё из-за Жданова, который второй день изводил её непонятными звонками. То он предлагал пойти на прогулку, то у него появлялись какие-то срочные дела и он встречу отменял, то звонил и говорил ни о чём, а Катя по его голосу чувствовала, что он зол и едва сдерживается. Андрей очень давно не позволял себе волновать Катю своими неприятностями, какими бы они ни были – серьёзными или мимолётными. Когда разводились, они ведь даже неприятности поделили, чтобы не возникало лишнего повода поговорить по душам. А вот вчера он позвонил, и Катя душой чувствовала – что-то у Жданова случилось. Он ничего толком не рассказал, они проговорили о каких-то пустяках довольно долго, оба томились, но спросить прямо Катя так и не решилась. Утром Андрей снова позвонил и заявил, что возможно в парк приедет.
- Не буду ничего обещать, но… Вы ведь на детской площадке будете?
- Да.
- Вот и отлично.
Неудивительно, что она занервничала. Не из-за предстоящей встречи с Андреем, а из-за того, что он ей недоговаривал. Когда Жданов начинал скрытничать, ничего хорошего это не сулило, эта истина Кате была известна очень давно. А вдруг что-то серьёзное? Вдруг вляпался во что-то? Даже думать об этом не хотелось. И вот теперь стояла и ежеминутно поглядывала в ту сторону, откуда должен был появиться Жданов.
- Мама!
Катя повернулась к Юле, улыбнулась и рукой помахала. Девочка успокоилась и продолжила кататься. А Катя снова оглянулась на дорогу, но знакомая машина так и не появилась. Очень захотелось ногой топнуть от злости, а ещё лучше Андрею позвонить и прямо спросить, что у него происходит. Но звонить она, конечно, не станет, права не имеет. Да и вообще… Чем чаще они с Андреем встречались, тем труднее становилось жить. Если раньше хоть притвориться получалось, что она о Жданове не думает, можно было сосредоточиться на чём-то другом, да и Аркаша рядом был, ему нужно было уделять внимание, а вот сейчас от опасных мыслей отделаться никак не получалось. Раньше они ругались, она на него злилась и поэтому любые воспоминания гнала от себя с удовольствием, но теперь злиться было не на что. С Юлей он легко нашёл общий язык, возился с ней, выслушивал её детские рассуждения с самым серьёзным лицом, ему никогда не было жалко на неё времени, за что Катя была ему крайне благодарна. Для Юли сейчас самое важное – это внимание к ней. Возможно, Юлиана была права, нужно было сказать Андрею «спасибо» за его помощь и не позволять ему вживаться в роль необходимого им человека. Нужно было помнить, что они чужие друг другу, и иначе быть не может. Всё сложилось в их жизнях, идут параллельно, а параллельные линии, как известно, не пересекаются.
А кто сказал, что они должны пересекаться? Может, просто нужно идти рядом, чувствуя друг друга?
Но всё это разговоры в пользу бедных. Не о том она думает, не о том.
Как подъехала машина Жданова, она всё-таки заметила. С того места, где она стояла, был виден только край автостоянки за воротами парка, пришлось сделать несколько шагов, чтобы увидеть припарковавшуюся машину. Хотелось поскорее увидеть Андрея, чтобы понять – с ним всё в порядке. Жданов из машины вышел, но в парк направился не сразу. Сначала открыл багажник и достал оттуда что-то внушительное, Катя не успела рассмотреть, что именно. А потом Андрей и вовсе скрылся с её глаз, когда зашёл за машину.
- Мам, - Юля подбежала и повисла на её руке. – Ты почему на меня не смотришь?
- Смотрю, солнышко. – Катя приобняла её за плечи. – Просто Андрей приехал, вот я на него и отвлеклась.
- Приехал?! – Юля подпрыгнула от радости. – Где?
- Сейчас придёт. – Катя улыбнулась ей, посмотрела в сторону ворот и замерла, точнее даже обмерла, заметив Жданова на парковой аллее. Он шёл с коляской и с кем-то разговаривал по телефону. Юля смешно ахнула и кинулась бегом ему навстречу, Катя даже видела, как Андрей улыбнулся ей. Правда, когда Юля принялась рассматривать ребёнка в коляске, гладить его, что-то мальчику говорить, Андрей тут же нахмурился, видно, телефонный разговор был не из приятных.
Пока была такая возможность, Катя отвернулась и закрыла глаза. Осторожно втянула в себя воздух. Всё внутри сжалось в болезненный комок, и голова закружилась от волнения. Андрей привёз сына…
А ведь у её Андрея есть сын. Она так мечтала об этом, столько лет. Она так плакала, когда он родился. Даже не знала, от радости она плачет или от горя. И никогда ни с кем об этом не заговаривала. Как могла, убеждала себя, что это чужой ребёнок. И что Андрей счастлив был стать отцом. Может, и счастлив, но ведь он сам тогда сказал, что без неё в его жизни всё не так.
Маргарита иногда заговаривала о внуке, когда Катя с ней встречалась, но быстро сбивалась, смотрела виновато и поспешно переводила разговор на другую тему. А Кате приходилось делать вид, словно не замечает ничего. И опять стараться не думать о маленьком чужом мальчике. Она даже не знала, на кого он похож. Маргарита фотографии ей не показывала, не описывала его, а та пара фоток в журналах… Катя принципиально их не смотрела, боялась, что сердце разорвётся. И сейчас она не готова была, не готова…
- Привет.
Она повернулась и посмотрела на Андрея, именно на него. Он выглядел уставшим и каким-то взъерошенным. Убрал телефон в карман и зачем-то повторил:
- Привет.
Катя только кивнула, не в силах вымолвить ни слова.
- Мама, смотри, какой маленький! – Юля подёргала Катю за руку, а потом взяла Антона за маленькую ручку. Тот таращился на неё удивлёнными глазёнками и совсем не улыбался, скорее, выглядел настороженным. – А как его зовут?
- Его Антон зовут, - сказал Андрей, а потом осторожно взял Катю под локоток. – Давай отойдём. Юль, ты последи за ним.
- Я послежу, - закивала девочка. – Давай будем с тобой дружить? – обратилась она к мальчику.
Они отошли всего на несколько шагов, Андрей на сына обернулся, проверяя, не забеспокоился ли он, но Антон смотрел только на Юлю, которая что-то ему без остановки говорила и держала за руки. Жданов приобнял Катю, которая успела отвернуться от него, за талию и даже на пару секунд прижался щекой к её щеке.
- Милая…
Если до этого она, кажется, не дышала, но как только он сказал «милая», судорожно втянула в себя воздух и попыталась отстраниться, хоть чуть-чуть.
- Андрей, не надо.
Он согласно кивнул, отодвинулся, но по плечам её погладил.
- Успокойся.
- Что у тебя случилось?
Он снова обернулся на детей.
- Давай попозже поговорим, Тошка уже вертеться начинает в коляске.
Она, наконец, повернулась к нему.
- Значит, всё-таки что-то случилось?
- Да нет, Кать… Так… Расскажу потом, - отмахнулся он, в конце концов. Вернулся к коляске и начал отстёгивать ремни. – Давай, чемпион, вылезай. Ты же гулять хотел? Хотел.
Катя не могла видеть мальчика, Жданов закрывал его своей спиной, присев перед ребёнком на корточки. Тот что-то непонятно заговорил, Андрей рассмеялся, а потом притянул к себе Юлю, которая за ними внимательно наблюдала.
- Ты с горки каталась?
- Нет, мама сказала – нельзя.
- Почему это?
- Снег растаял.
- Это где это он растаял? – удивился Андрей и на Катю обернулся. Улыбнулся, правда, улыбка вышла немного настороженной. Подхватил Юлю. – Пошли покатаемся с горки, а мама с Тошкой побудет. Кать?..
Она сунула одну руку в карман и сжала её в кулак, чтобы ногти в кожу впились. А Андрею кивнула.
- Идите, конечно.
Он смотрел испытывающе, Кате даже на секунду показалось, что не уйдёт, не решится оставить на неё ребёнка, но Жданов поднялся, взял Юлю за руку и они пошли на детскую площадку. А Катя осталась наедине с мальчиком. Антон уцепился руками за коляску и топнул ногой. Он выглядел смешным и напоминал неваляшку в тёплом дутом комбинезончике. Огляделся, посмотрел на Катю и показал ручкой на удаляющегося Андрея.
- Папа.
Хоть в голове и шумело от волнения, Катя всё же сумела взять себя в руки и мальчику улыбнулась. Коляску придвинула ближе к скамейке, присела на край, а мальчика поманила к себе.
- Иди ко мне.
- Там папа!
- Он сейчас придёт. Иди ко мне. Давай посмотрим, какие папа тебе игрушки взял. – Достала из коляски пластмассовую лопатку и показала мальчику. Он подошёл и уцепился за ручку лопатки.
- Моя.
Катя закусила губу. Перед глазами всё плыло от слёз. Катя быстро их смахнула, потом притянула ребёнка поближе к себе. Так странно было видеть его, чувствовать его ручки, которые цеплялись за неё, а когда Антон посмотрел на неё и улыбнулся, стало совсем плохо. Это был папин сын, по-другому и не скажешь. Глаза, улыбка, а ещё ямочки на щеках…
Стало нечем дышать. Не совсем понимая, что делает, Катя наклонилась к мальчику. Просто наклонилась, зная, что поцеловать всё равно не решится, а Антон вдруг сам смешно чмокнул губами, как бы посылая ей воздушный поцелуй. Видимо, кто-то из взрослых его этому научил. Катя рассмеялась сквозь слёзы, а потом на короткое мгновение прижала мальчика к себе. Только сейчас призналась себе, как боялась этого момента. И всегда об этом думала – что она почувствует, когда встретится с сыном Андрея? Это всё равно бы случилось, рано или поздно. И она боялась, что после этой встречи будет чувствовать себя виноватой, что не сможет справиться с собой, что почувствует досаду или того хуже… А вот сейчас, глядя в детские глаза, в такие же тёмные, как и у его отца, удивлялась, когда могла даже подумать о таком. Как можно любить человека и не любить его ребёнка?..
Антон принялся ковырять лопаткой подтаявшей снег, а Катя сказала:
- Антош, давай поправим варежки и будешь играть. Дай мне ручку.
Он посмотрел сначала на одну свою руку, потом на другую, бросил лопатку и протянул Кате обе.
- Молодец ты какой.
- А папа?
- Папа? – Катя обернулась через плечо и отыскала взглядом Жданова с Юлей. Они как раз скатились с горки, торопливо поднялись, Юля принялась быстро отряхиваться, а Андрей оглянулся на Катю, кинул виноватый взгляд, а та ему пальцем погрозила. – Папа уже идёт, Антош. Давай с тобой поиграем.
Андрей за руки приподнял Юлю над сугробом, она громко рассмеялась, а когда он поставил её на землю, принялась отряхиваться.
- Ну что, промокли оба? – поинтересовалась Катя.
Андрей повернулся к ней с улыбкой, но в глазах застыл вопрос. Правда, Катин голос прозвучал спокойно, и Жданов почувствовал себя увереннее. А тут ещё Антон поднял руки вверх и требовательно захныкал.
- Что такое? – Жданов взял его на руки и заглянул в глазки. Катя наблюдала за ними зачарованно, но опомнилась и отвернулась.
- Что делать будем? – спросил Андрей немного позже. Юля играла с Антоном, водила его за руку и что-то ему рассказывала, а Антон поглядывал задумчиво и тянул её к сугробу, намекая, что лопатку ему дали не зря. Катя внимательно наблюдала за ними.
- Он на тебя похож, Андрюш.
- Похож, - согласился Жданов тихо. Очень боялся, что она сейчас снова заговорит о том, что «всё было не зря».
- Что у тебя случилось?
Он откинулся на спинку скамейки, а руки сунул в карманы куртки.
- Ничего… Ничего из ряда вон выходящего.
Катя смотрела на детей.
- Вы поругались? – Она несколько минут уговаривала себя произнести вслух этот вопрос. Сколько раз клялась себе, что не полезет в его семейную жизнь, чтобы не происходило, её это не касается.
- Не в этом дело, Кать. Ты сама знаешь, что можно ругаться, можно мириться, но если не понимаешь человека…
- И в чём ты её не понимаешь?
Он хмыкнул.
- Почему ты думаешь, что это я её не понимаю? Может она меня?
- И тебя бы это сильно беспокоило? Не думаю.
Андрей посмотрел на неё, развеселившись в одно мгновение.
- Вот как ты можешь, а?
- Ты же сам сказал – я знаю.
- Не такой уж я и чёрствый. И эгоист в меру.
Катя усмехнулась и кивнула, правда, на него так и не взглянула. А Андрей смотрел на её профиль, на волнистые пряди, которые выбивались из-под её шапки. Он смотрел, смотрел, а потом вынул руку из кармана и погладил Катю по плечу. Она напряглась и плечом повела.
- Прекрати.
Жданов сунул руку обратно в карман.
- Антон, вылезай из сугроба! Юль…
- Мы не будем больше в снег лазить! – пообещала девочка.
- Тебе не по себе?
- Почему ты спрашиваешь?
- Ты ведь расстроилась.
Она повернулась к нему.
- Тебе это очень важно?
- Да.
- Сейчас? Тебе нужно, чтобы я сейчас тебе сказала… то есть, успокоила тебя?
Стало немного стыдно, и глаза Андрей отвёл.
Он выглядел очень расстроенным и уставшим. Пользуясь моментом, Катя его рассматривала и то, что видела, ей не нравилось. Андрей выглядел не просто измождённым, Катю напугала мелькнувшая мысль, что он вдруг постарел. За какую-то неделю. Что у них творится?
- Андрей…
Антон споткнулся и упал на колени. Оглянулся, выглядел удивлённым своей неуклюжестью, но когда увидел отца, решил пожаловаться.
- Папа!
Андрей легко поднялся, подхватил сына и вернулся на скамейку уже с ним.
- Колобок ты. Что ты падаешь всё время?
- Комбинезон велик ему потому что. – Катя мальчику улыбнулась. – Да? Вот ноги и заплетаются.
- Да, - кивнул Антон и протянул ей руку, с которой почти свалилась варежка.
Юля подбежала и привалилась к Катиному плечу.
- Устала?
- Пить хочу.
Катя посмотрела на Андрея.
- По домам?
Невозможно так жить. Расстались на стоянке, Катя держала Антона на руках, пока Андрей складывал коляску и загружал её в багажник машины. Мальчик капризничал, куксился и даже носом шмыгал, а на Катю смотрел жалобно, полными слёз глазами.
- Тош, ну ты что? – уговаривала она ребёнка и вытирала его мокрые щёки. – Спать хочешь? Андрей, он спать хочет уже. Вези его домой быстрее.
Андрей забрал у неё сына и чмокнул его в нос.
- Не реветь, - сказал он.
- Пока. – Юля помахала им рукой. - Мам, а почему Антон плачет? – спросила она, когда они с Катей сели в свою машину.
- Он же маленький, Юль. Спать захотел, вот и капризничает.
- Не из-за меня?
- Нет, конечно. Почему ты так подумала?
Она пожала плечами.
- Маленькие дети часто плачут, да, мам? И они такие смешные. Всё хотел снег копать, я ему не разрешала, а он всё равно.
Катя улыбнулась.
- Упрямый. Весь в папу, - тише добавила она.
Так жить невозможно. Андрей не звонил два дня, а Катя места себе не находила. Просто хотелось узнать, что с ним всё в порядке, голос услышать, чтобы вздохнуть свободнее. При последней встрече Жданов выглядел таким опустошённым, что у Кати до сих пор, при воспоминании об этом, сердце сжималось. Понимала, что жизнь Андрея её теперь касаться не должна, а уж тем более к его семейным проблемам никакого отношения она не имеет, но на душе кошки скребли. Она за него беспокоилась. Под горячую руку он мог натворить что-нибудь и ещё больше осложнить себе жизнь.
- Что, что у них может происходить настолько серьёзное?
- Ну поругались, с кем не бывает? Ты-то что дёргаешься? – Юлиана её тревог не разделяла и только возмущалась, когда слышала имя Жданова. После того, как он припечатал её мечты по поводу Томилина к асфальту, она на Андрея всерьёз злилась. – Тебя это не касается.
- Не касается, Юль. Я просто за Андрея беспокоюсь.
- Встречайся с ним поменьше, и жить тебе будет спокойнее.
- Может быть… - пришлось согласиться Кате.
- Да не может быть, а точно я тебе говорю. Два года ты о нём не думала… по крайней мере, не жила его жизнью, а теперь всё сначала. Что ты себе проблемы ищешь? Тебе заботиться не о ком? Если не звонит, значит, нормально всё. Его жена, вот пусть сам и разбирается. А ты из головы все эти мысли выкини, слышишь?!
Сказать легко, а вот как это сделать?
Когда Колька позвонил и попросил встретиться с клиентом, Катя даже обрадовалась. Хоть немного отвлечься, а то от переизбытка свободного времени, мысли в голове дурные бродят. Попросив Юлю не расстраиваться и вести себя хорошо, а заодно пообещав не задерживаться, уехала, а когда вернулась, ощущая свою вину за то, что задержаться всё-таки пришлось, в прихожей споткнулась о мужские ботинки.
- О Господи, - пробормотала она раздосадовано. Ухватилась рукой за вешалку, чтобы не упасть, и потом уже включила свет.
- Мама пришла! – отчего-то громким шёпотом выпалила, появившаяся в прихожей Юля.
- Почему ты шепчешь? – удивилась Катя.
- Тётя Лера сказала, что шуметь нельзя.
Катя нахмурилась и обратила обеспокоенный взгляд на домработницу, которая тоже вышла из кухни.
- Что у нас происходит, Калерия Львовна? Андрей здесь?
Калерия выглядела расстроенной и только рукой махнула.
- Пришёл. Смотреть страшно на него, злой весь.
- Злой? – повторила Катя непослушными губами, а Юля удивилась:
- Он не злой. Он же не кричал.
Калерия выразительно на Катю посмотрела, глаза закатила, а девочку успокаивающе погладила по голове. Катя Юлю поцеловала, сунула ноги в тапки и всё время оглядывалась и прислушивалась, не понимая, почему Андрея не слышно и не видно.
- Вы чем занимаетесь? – отстранено поинтересовалась она.
- Я рисунок рисую про весну, нам в школе задали. Ты забыла?
- Почему забыла? Помню.
- Я сейчас ужин приготовлю и пойду, - сказала Калерия взволнованным шёпотом, - а ты с ним поговори.
- Господи, да что случилось-то? Где он?
- Спит, - ответила Юля.
- Спит? – Катя кинула изумлённый взгляд на Калерию Львовну, но та не ответила и вернулась на кухню, увлекая за собой девочку.
И отчего она вдруг так перепугалась? К двери спальни подошла с сильно колотящимся сердцем. Заглянула и замерла ненадолго, глядя на Андрея, который лежал на её постели. Лежал прямо в одежде, обнимал подушку и, кажется, на самом деле спал. Белая рубашка была измята, волосы взъерошены, пиджак и галстук небрежно переброшены через спинку стула. А в комнате тихо-тихо, только его дыхание слышно.
Ты же не глупая, ты всё прекрасно понимаешь. Он ведь не просто пришёл, он пришёл и специально лёг в твою постель – не на диван, не в комнате для гостей, а в твою постель, чтобы не нужно было ничего тебе говорить и объяснять. Ты смотришь на него сейчас, и возразить тебе нечего.
Опять врёшь. Не хочешь ты возражать. А надо.
Интересно, Жданов понял, что это совсем не их кровать, а новая? Нет, конечно, подобных мелочей он никогда не замечал.
С кухни послышался весёлый смех Юли, и Катя поспешила дверь прикрыть, не хотела, чтобы Андрей проснулся. А сама думала только об одном – всё вернулось. Именно в эту минуту, но что с этим делать – совершенно не ясно. Теперь она точно сойдёт с ума, другого не дано.
Катя в растерянности постояла перед кроватью, смотрела на Жданова, потом, стараясь не шуметь, достала из шкафа плед и Андрея укрыла. И это вместо того, чтобы разбудить и потребовать ответа.
Он вздохнул, зашевелился, а потом спросил:
- Ты где была?
В первый момент Катя едва не кинулась вон из комнаты, потому что до ужаса боялась разговаривать со Ждановым здесь, в этой тёплой интимной обстановке. Это было слишком, по крайней мере, для неё. Но сбегать из собственной спальни, показалось уж чересчур глупым.
- С клиентом встречалась. Спи.
- Угу. Кать.
- Что?
- Прости, ладно?
Катя поправила ему одеяло.
- За что?
- Я опять на тебя свалился.
- Спи уж.
Калерия Львовна на самом деле быстро ушла, напоследок попросив Катю:
- Ты только не нервничай.
- Да я и не собираюсь.
- Я не заметила, чтобы он злился, - пожала плечами Юля, когда они с Катей сели ужинать. – А тётя Лера говорит…
- Тётя Лера слишком много лишнего говорит. Не слушай её.
- Почему?
Катя помолчала.
- Это не правильно, обсуждать других людей в их отсутствие.
- А при них можно?
Катя смущённо кашлянула.
- Если они сами этого захотят.
Девочка призадумалась, а после кивнула.
- Хорошо, я потом у него спрошу разрешения.
- Юля!
Чем больше времени проходило, тем сильнее Катя начинала нервничать. Что делать, если Андрей не проснётся? Юлю уже пора укладывать спать, а ей что потом делать? Оставить Жданова в покое, а самой лечь в комнате для гостей? Наверное, это самое лучшее решение. Из-за присутствия Андрея в квартире, а ещё точнее, в собственной постели, Катя себе места не находила, до такой степени нервозности дошла, что внутри всё тряслось.
Поправила одеяло, наклонилась и поцеловала уже спящую Юлю в щёку. Выключила свет и вышла из детской, осторожно прикрыв за собой дверь. На кухне горел свет, да и дверь её спальни была настежь открыта. Значит, самой ничего решать не придётся. И так сразу не скажешь – хорошо это или плохо.
- Уснула? – спросил Андрей, когда Катя появилась на кухне. Она кивнула. – Хорошо.
- А ты?
- А я проснулся. – Улыбнулся он вполне искренне.
- Вижу. Сейчас покормлю тебя.
- Давай. – Жданов присел за стол, вытянул руку и принялся разглядывать складки на рукаве.
- Да уж, - подтвердила Катя, - мятый весь.
- Ну, я побоялся, что если ты увидишь меня голого в своей постели, то твоя жалость проявится в гораздо меньшей степени. – Встретил Катин взгляд и скис. – Извини.
Катя немного посомневалась, но всё-таки поинтересовалась:
- Что ты делать собираешься?
Андрей пожал плечами.
- Понятия не имею. Я уже давно думаю… А, ты имеешь в виду сегодня?
- Именно.
- Поеду домой. Ты не беспокойся. Чем пахнет так вкусно?
- Потерпи, сейчас всё будет.
Катя молча наблюдала за тем, как он ест, и на душе так тепло сделалось, на какое-то короткое мгновение, но искорка эта проскользнула и унесла с собой напряжение.
- Где ты так устал?
Он усмехнулся.
- Устанешь тут… У Тошки опять зуб режется, ребёнок снова превратился в маленького монстрика. Причём в монстрика, который попросту отказывается спать.
Катя улыбнулась.
- Ничего, всё пройдёт.
- Пройдёт, конечно.
- И ты поэтому приехал?
Он посмотрел на неё.
- А почему ты хочешь, чтобы я приехал?
Его взгляд её смутил и Катя отвернулась.
- Я не хочу, я просто спрашиваю.
Андрей долго ничего не говорил, доел, коротко поблагодарил её, и снова замолчал. Казался непривычно озабоченным.
- Просто не хотелось домой, - сказал он, наконец. – Как подумал, что ещё один вечер в непрекращающейся борьбе пройдёт…
- И по какому поводу война?
- А без повода. Просто из любви к искусству… Вру, конечно.
- Конечно, - кивнула она и укоризненно посмотрела, когда заметила его улыбку.
- Не знаю, что делать, - признался Андрей. Заглянул в опустевшую чашку и его губы сложились в прискорбную ухмылку. – Просто не знаю.
Что-то в его голосе задело, горло перехватило и Кате не сразу удалось с собой справиться.
- Ты о чём?
- Да обо всём, Кать. Не понимаю, почему нужно жить так, чтобы ежедневно выискивать соломинку какую-то… лишь бы удержаться. Надоело.
- Не говори так.
- А ты думала, как дальше?
В горле стоял противный комок и мешал дышать. А так хотелось – чтоб полной грудью и тут же почувствовать себя увереннее и спокойнее, и решение принять правильное, которое не заставит потом чувствовать себя виноватой.
- А дальше… всё, как всегда, Андрюш. – Вздохнуть так и не удалось, отвернулась от него, чтобы не показать ему свой страх. – Почему что-то должно измениться?
- Никогда ты врать не умела, Катерина. Даже с годами не научилась. За это и люблю.
Она глаза закрыла.
- Хватит.
- А мне что делать? – в его голосе появилось раздражение. - Там сын, здесь ты. Мне что, разорваться?
- Вот именно, сын. По-моему тут и выбирать нечего.
- Я тоже так раньше думал. К сожалению, ошибся.
- Что… что такое случилось, и ты засомневался?..
- Да не сомневаюсь я!
- Не кричи! Юлю разбудить хочешь?
Жданов вскочил из-за стола, минуту метался по кухне, потом отошёл к окну и вздохнул очень тяжело, с хрипом и безысходностью.
- Не случилось ничего, в этом-то и дело, понимаешь? Месяц за месяцем идёт, а не случается ничего. Не меняется, не уходит. У тебя по-другому? – Катя промолчала, и Андрей сбавил тон. – Знаешь, она ведь неплохая девчонка.
- А это ты мне зачем говоришь? – Даже сама уловила истерические нотки, прозвучавшие в голосе. Ещё не хватало разреветься.
- Да потому что я всё чаще ловлю себя на мысли, что не заслуживает она всей этой лжи. Я ей вру, она мне врёт. Но я-то, по крайней мере, знаю ради чего. А она?
- У неё нет причины? – За свою иронию сама же себя и отругала, но было уже поздно.
Андрей посмотрел на неё.
- Может, и есть, - не стал он спорить. – Но кто я такой, чтобы её осуждать? Она мне сына родила, а я для неё ничего не сделал. Или практически ничего. Хотя, разница небольшая.
- Тебе её жалко?
- Жалко. Она ошибается, конечно, чаще, чем нужно и в очень важных вещах, но это возраст. С возрастом всё проходит.
- Не всё.
- Да что бы ни было, Кать… Она мне сына родила, а на мотивы мне как-то наплевать. Я не ждал от неё любви и искренности, и, наверное, именно в этом перед ней и виноват. Сам ничего не дал, и требовать ничего права не имею.
- Она тебя любит?
- Говорит, что любит. – Жданов обернулся и сунул руки в карманы брюк. Любимая его поза, когда начинал нервничать или в раздражение впадал.
Катя прищурилась, внимательно его разглядывая.
- Ты ей не веришь?
Он безразлично пожал плечами.
- Может и любит. Просто… Того Андрея Жданова уже нет давно. Кому это знать, как не тебе? – Усмехнулся довольно весело. – И опять всё дело в возрасте.
- Не прибедняйся.
- Не буду. Помню, после свадьбы она всё журналы листала да фотографии старые смотрела. А вскоре и любовь проснулась, глазки загорелись и до сих пор горят, на людях. И знаешь, что самое странное? Она вполне искренна. Если Кира на людях счастливой притворялась, то Соня только на людях и счастлива.
- Может, не зря она актрисой стала?
- Может и не зря. Наверное, это на самом деле делает её счастливой. Но мы с ней слишком разные, иногда смотрю на неё, как на ребёнка второго. Такие милые глупости несёт… - Андрей улыбнулся, а Катя легко отмахнулась от него. - Дети своими глупостями и опасны. Некоторые смешат, а некоторые… очень изощрёнными в своей жестокости оказываются.
- Может, тебе дать ей шанс?
Жданов удивлённо посмотрел.
- Какой шанс?
Кате надоело стоять, и она присела за стол.
- Начать воспринимать её серьёзно… а не как второго ребёнка, который без конца говорит глупости.
Это ему не понравилось. Посверлил Катю взглядом, красноречиво поджал губы, а потом сухо поинтересовался:
- Тебе бы этого хотелось?
- Андрей… - Катя нервно побарабанила пальцами по столу, не сразу решившись на Жданова посмотреть. – По-моему, ты забыл, что я слишком хорошо тебя знаю. Думаешь, я не понимаю для чего весь этот разговор? Хочешь, чтобы я тебя пожалела, ревновать начала? Я не буду этого делать. Это твоя семья и твоя жена… Я слишком давно живу с этой мыслью, так что никакой ревности…
- Вот значит, как ты обо мне думаешь.
- Скажешь, что я не права?
- Я просто хотел тебе объяснить…
- Да, но я не знаю, что тебе ответить. Чего ты ждёшь от меня? Понимания или что я смогу найти какой-то выход? Я не могу. И мы сейчас просто-напросто договоримся до того, что это я во всём виновата. Я загнала тебя в угол.
- Катя! – Он сначала прикрикнул, но тут же тон сбавил. И головой сокрушённо покачал. – Ты так ничего и не поняла.
- Да? – Рука судорожно стиснула кружку, из которой Жданов недавно пил чай. – Может, мне не дано?
Андрей хотел что-то сказать, возразить, но передумал. Постоял у окна, глядя на тёмную улицу, а потом вдруг засобирался. Видимо, нестерпимо стало находиться здесь… или рядом с ней. Только уже в дверях, собираясь выйти из квартиры, остановился, на Катю посмотрел и вдруг приподнял пальцем её подбородок. И посмотрел так, как раньше, улыбнулся чуть насмешливо.
- Дело ведь не в том, что мне с ней плохо, Кать… Просто мне без тебя плохо и это всё чертовски осложняет.
_________________  - Расскажите о себе в двух словах.
- Всякое бывало 
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
Добро пожаловать 
Катьку жалко.
Насколько помню 
