|
Глава 24.
Впопыхах Катя не успела плотно задвинуть дверцу шкафа, поэтому
у нее была возможность наблюдать за действиями Жданова. Увидев, что он снял пиджак и собирается повесить его в шкаф, девушка похолодела от ужаса.
Сейчас Андрей отодвинет дверцу шкафа, увидит ее, и… Кате было даже страшно представить его реакцию на этот абсурд… Просто анекдот из серии черного юмора! Возвращается внезапно работодатель домой, а в шкафу прячется няня его дочери, одетая в неприлично открытый халатик… Бедный Андрей Павлович, он же может инфаркт получить от неожиданности! Ведь он такой эмоциональный, впечатлительный, не говоря о том, что еле на ногах стоит… наверно, от усталости…
Что же делать? Ее мысли метались, будто стайка птиц, встревоженная приближением охотника. Нужно срочно обнаружить себя, выйти навстречу ему с невозмутимым видом, улыбнуться и сказать: «Это совсем не то, что вы подумали… » И пока он будет соображать, что бы это все могло означать, сбежать к себе…
Но Кате повезло. Уже в двух шагах от шкафа из кармана пиджака на пол вывалился какой-то маленький блестящий предмет. Жданов резко затормозил, раскачиваясь на месте, словно капитан на палубе корабля во время шторма. Андрей швырнул пиджак на пол, опустился на колени и бережно поднял вещицу. Катя узнала медальон, который она подарила ему на день рождения.
Жданов нажал на крохотный рычажок в форме капельки и медальон открылся. Он поднес к глазам фото, вставленное внутрь.
- Катенька… девочка моя… - произнес Андрей заплетающимся языком.
«Эээ… да вы, батенька, пьяны…» - подумала Катя. А может, это и к лучшему? Во всяком случае, у нее появился шанс остаться незамеченной и избежать позора. Но с какой же любовью и нежностью Андрей смотрит на фото этой Кати! Похоже, он искренне поверил в чудодейственное свойство медальона… И правильно сделал, ведь уже нескольким поколениям их семьи по женской линии эта вещица принесла счастье. Пусть и ему повезет: произойдет чудо, и неприступный айсберг по имени Катя растает и ответит Андрею взаимностью…
А между тем, Жданов продолжал диалог с фотографией любимой.
- Если бы ты только знала… как сильно я тебя люблю… Катя… А ты по-прежнему остаешься холодной и неприступной… Но почему, скажи, ты меня все время отталкиваешь? Неужели я тебе так противен, Катюш? Правда, иногда мне кажется, что я вижу в твоих глазах нежность… Тогда я, как измученный в пустыне жаждой странник, бросаюсь к этому цветущему оазису. Но это, оказывается, всего лишь мираж. Как только я пытаюсь приблизиться к моей Катеньке, она тут же становится строгой и официальной. А я задыхаюсь от отчаянья… Мне так плохо без тебя, Кать…
«Да она же просто бесчувственная кукла, эта Катенька! Человек страдает, мучается, места из-за нее не находит, а ей хоть бы что!» - подумала Катя.
В его немигающем взгляде было столько страдания, а в тихом голосе – силы, что девушка почувствовала, как по ее щекам катятся слезы. Она вытерла их кончиком висевшей над ней рубашки и печально вздохнула.
Кате так хотелось помочь Андрею, поддержать, ободрить, утешить, что она едва сдержалась, чтоб не выскочить из шкафа и не броситься к нему. Но теперь этого делать точно было нельзя. Ведь Катя невольно подслушала его откровение и не хотела бы ставить его в неловкое положение…
Андрей поднес медальон к губам и нежно его поцеловал.
- Кать… а помнишь… наш поцелуй?
Поцелуй?! Вот как? Так они уже целовались! Кате стало трудно дышать из-за приступа дикой ревности.
Да… в этом весь Андрей Жданов: будет целоваться с любой, оказавшейся рядом девушкой… и с любимой, и нелюбимой… Будь то невзрачная няня его дочери… бывшая невеста или недосягаемая звезда по имени Катерина.
А хотя… так уж она и недосягаема?
Не очень-то похоже, что эта Катенька к нему равнодушна. Не проста она, ох, как не проста… штучка, еще та! Зачем-то морочит бедному Андрею голову…
- Ведь ты мне ответила… и я почувствовал, что ты ко мне что-то испытываешь… Может, все-таки, не надо спешить входить замуж за своего
Афиногена?
Афиногена? Надо же, какое совпадение… ее тоже зовут Катя, а ее жениха – Афиноген… или это тоже «прозвище»? Интересно, а ее молодой человек – тоже вымышленный персонаж или реальный? Мистика какая-то, честное слово…
- Знаешь, - продолжал Андрей. – Я сегодня поругался с Кирой. Она предлагала мне снова быть вместе, а я отказался. Сказал, что люблю и собираюсь жениться на другой… Да, Катюш, я понимаю, что мое желание несбыточно… но помечтать-то мне никто не запретит? Тогда Кирочка пригрозила мне, что заберет вместе со своим братцем свою долю капитала из компании… Ты понимаешь, как это важно для меня, я не могу подвести отца. Но я стоял на своем. Жениться на Кире – значит потерять ту крошечную надежду, что ты когда-нибудь будешь со мной… а это для меня все равно, что сдохнуть.
Я буду ждать тебя, Катя… столько, сколько потребуется… хоть всю жизнь… - и он посмотрел на медальон таким взглядом, что Катя удивилась, как изображение не ожило. Ведь такой взгляд способен растопить глыбу льда, свернуть горы, превратить песок в золото… камень – в цветок… одним словом, свершить любое чудо, кроме одного: эту черствую особу в любящую женщину…
- Ладно… пора баиньки… - Жданов обратился уже сам к себе. Он еще раз поцеловал фотографию.
- Спокойной ночи, любимая… Надеюсь, ты мне сегодня опять приснишься… как всегда… Ведь во сне мечты сбываются… - он поднял с пола брошенный пиджак, встал на ноги и взял курс на шкаф. Оставшиеся до цели два метра Жданова бросало из стороны в сторону, но в конечном итоге ему посчастливилось достичь конечного пункта этого нелегкого путешествия.
- Приснись… мне… - засыпая на ходу, Андрей наощупь нашел ручку шкафа и резко отодвинул дверцу…
Катя задрожала от страха, будто осиновый листочек, подхваченный мощным порывом ветра. Как же ей спастись? Может, если забиться в угол, Андрей ее не заметит? Ведь он уже засыпает на ходу…
Девушка привстала и принялась осторожно двигаться вглубь шкафа, но, как на беду, поясок ее халата зацепился за пуговицу пиджака, висевшего на плечиках. Она попыталась освободиться, но только еще больше запуталась в одежде, соскользнувшей на нее с перекладины.
Пытаясь освободиться из вороха свалившейся на нее одежды, бедняжка подалась вперед и вывалилась из шкафа прямо в руки ничего не понимающего Жданова.
- Что это? – он не верил своим глазам. – Ка… Катенька? Неужели я уже уснул и вижу чудесный сон? – он застонал и крепко прижал дрожащую девушку к себе.
- Ааа… Андрей Павлович…
- Не называй меня по имени-отчеству хотя бы во сне… - быстро зашептал он Кате на ухо, пытаясь развязать поясок ее халата. – Ведь во сне ты меня любишь… и не прячешься под личину этого чертового официоза…
- Но ведь… дело в том… - Катя едва не плакала от отчаянья и растерянности. – Вы не спите, это не сон… и я…
- Катюш, брось эти шутки… ты же не могла оказаться в моем шкафу наяву! Иди ко мне, девочка моя… - и он принялся покрывать горячими поцелуями девичью шею, cпускаясь все ниже…
- Но я же… мне… - она напрасно старалась вырваться из сильных рук, безжалостно мявших ее халатик. – Мне нужно идти…
- Кать… - из-за сбившегося дыхания Андрею было трудно говорить. – В реальности ты постоянно ускользаешь, оставляя меня страдать в одиночестве от неразделенной любви. Неужели ты думаешь, что я отпущу тебя и во сне? Не забывай, это мой сон и все, что мне снится, принадлежит мне… - с этими словами Жданов легко подхватил Катю на руки и почти бегом понес к огромной кровати.
Пока Андрей ее нес, девушка лихорадочно размышляла о вариантах спасения. Да, больше всего на свете ей сейчас хотелось забыть обо всем и сделать вид, что она тоже спит и видит волшебный сон, в котором Андрей влюблен и сходит по ней с ума. Соблазн был велик, и бороться с ним у слабеющей Кати уже почти не хватало сил.
Но ведь после волшебных сновидений обычно бывает пробуждение. Она бы не перенесла унижения и боли. Да она бы умерла от одного только недоуменного и растерянного взгляда протрезвевшего наутро Андрея. Он бы сожалел о произошедшем, извинялся перед ней за совершенную ошибку. Простите, мол, Катенька, выпил лишнего, с кем не бывает, а тут вы под руку подвернулись и особо не сопротивлялись…
Нет! Она должна как-то остановить это безумие, иначе потом будет мучительно больно и ей, и ему.
А между тем, Андрей уже уложил девушку на кровать, склонился над ней и… поцеловал…
Этот поцелуй был настолько трепетным и нежным, что у Кати едва не отказал здравый смысл. Все ее существо протестовало против возвращения в реальность. Казалось, целоваться с любимым мужчиной, это так естественно, как дышать. А прервать это волшебство значило бы перекрыть кислород для легких…
- Ка… тень… ка… люблю… - прошептал он, оторвавшись от ее губ. – С ума схожу… по…те… бе… - Катя будто в полусне увидела, как поясок ее халата взвился в воздух тоненькой белой струйкой. – Любимая… - она услышала взволнованный шепот у своей груди…
- Желанная, - мгновенье спустя горячие губы обжигали поцелуями Катин живот…
Нет! Нужно его остановить… хотя бы попытаться… А если не получится, то, по крайней мере, хотя бы ее совесть будет спокойна…
- Аааа… Андрей Павлович, мне плохо! – ее голова обессилено откинулась назад, а руки, все время пытавшиеся оттолкнуть тяжелое мужское тело, повисли вдоль тела, будто плети.
- Катенька… Господи, что с тобой? – Андрей приподнялся, тревожно заглядывая девушке в лицо. Казалось, хмель выветрился из него мгновенно.
- Мне плохо… тяжело дышать… пить хочется…
- Сейчас… сейчас, любимая, потерпи немного… я мигом, - он вскочил и, застегивая на ходу брюки, как был, босиком, бросился в столовую.
Как только Андрей выбежал из спальни, Катя вскочила с кровати и бегом бросилась к себе. Очутившись в своей комнате, она осмотрела дверь. Зная вспыльчивый характер Андрея, было бы неплохо ее запереть. Но, увы, замки на дверях комнат не предполагались: надобности не было. Недолго думая, Катя схватила стул и вставила его ножку в дверную ручку.
И едва она успела совершить эту манипуляцию, как в дверь постучали.
- Катя… откройте… я принес вам воды…
- Спасибо, уже не надо, мне стало лучше.
- Выходит, вы разыграли комедию, чтобы сбежать?
- Cпокойной ночи, Андрей Павлович… идите спать…
- Откройте! – дверь задрожала под мощным толчком его плеча.
- Вы до сих пор думаете, что спите? – она испугалась, что хлипкий стул не выдержит такого напора.
- Может, я и перебрал сегодня виски, но пока еще не сошел с ума. Откройте, иначе я сломаю эту чертову дверь!
- Но что вы от меня хотите? – почт закричала Катя.
- Я… поговорить… Хочу узнать, какого черта вы делали в моем шкафу?
- Я…
- Только не говорите, что ждали там трамвая! – прорычал он, яростно толкая дверь.
- Я не буду говорить с вами, пока вы в таком невменяемом состоянии! Пойдите, проспитесь, протрезвейте и утром мы с вами все выясним…
- Нет, мы поговорим сейчас… - прорычал Жданов, напирая на дверь так яростно, что ножка стула жалобно треснула. Еще миг и этот сумасшедший будет здесь… и тогда, она погибла…
- Сейчас же прекратите шуметь. Вы хотите, чтоб Лизонька проснулась и испугалась? Если вы считаете, что у ребенка было мало нервных потрясений, тогда продолжайте… - Катя услышала, как за дверью вдруг все стихло. Несколько мгновений спустя до ее слуха донесся тяжелый вздох и звук удаляющихся шагов…
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
неуправляемая она какая-то... обезбашенная