|
***
«Бэби-бум» в семье Ждановых был не единственной потрясающей новостью в стенах «ZIMALETTO». Конечно, вторым по значимости, было то, что Шура Кривенцова, та самая Шурочка, которою ласково называли «Шуруп» уже почти год тому назад, как сумела поймать в свой сачок самого редкого мотылька Москвы и московской области… Да чего уж там! Всего Центрального округа! А именно Романа Малиновского!
Совместная жизнь изменила в них многое в положительную сторону. Ромка стал ответственнее, серьезнее. А Шура…
Шура, словно цветок, заждавшийся солнечного цвета на затемненной пушке леса, расцвела…
Только роль солнца для нее сыграл любимый человек.
Девушка стала сдержанней, нежнее, приветливей. Роман поражал ее чуть ли не каждый день! Она даже и подумать не могла о том, что он окажется ТАКИМ!
Таким заботливым, нежным, ласковым, предупредительным, РЕВНИВЫМ!!! И… Верным…
Андрей Жданов, при своем превращении в трепетного и верного супруга, видно заразил свою фирму некой «бациллой счастья», которая медленно, но верно проникала в кровь каждого близкого ему сотрудника «ZIMALETTO» мужского пола… Исключением являлся только Урядов. Он был для таких «бацилл» непроницаемым.
Если уж в свое время все поражались переменам, произошедшим с Андреем Ждановым, то новый Роман Дмитрич Малиновский вызывал просто «культурный шок»!
И только Шура знала, что, что ничего особенного не произошло, а Роман просто стал таким, каким она его знала всегда.
Часто, лежа в постели, эти двое разговаривали между собой вполголоса и никак не могли понять того, как раньше могли существовать друг без друга.
- Шур…
- Ммм…
- А ты у меня самая лучшая, знаешь?
- Правда?
- Правда… Я всю жизнь только тебя одну ждал…
- Ром… Ты так это говоришь…
- Как?
- Будто я одна-единственная женщина.
- Для меня – да… Я просто иногда думаю… Это ж надо быть таким идиотом, чтобы так долго не видеть свое счастье?
- Ну, не всегда мы можем видеть все...
- Ты так считаешь?
- Естественно!
- Тогда иди ко мне... я хочу видеть только тебя одну... Всю жизнь... во всех деталях...
- Ром...
- Даже тех, которые ты пытаешься замаскировать одеялом...
- Ромка!
- Шурка...
В общем, было все как-то так между этими двоими...
А какие еще новости были у Женсовета?
Ну...
Светлана Локтева вышла замуж! Причем, так неожиданно и спонтанно, но...
На зависть Буренке и ее пастуху! То есть своему бывшему мужу.
Дело в том, что сотрудничество «ZIMALETTO» и АМК с успехом продолжалось, а потому в один из визитов в Москву из Ангера Денис Егорович Полунин зашел с деловыми бумагами в фирму мужа своей Гаубицы и попросил чашечку кофе у одной из проходящих мимо секретарш. А когда она повернулась...
Понял, что пропал. И даже узнав про то, что на руках у этой удивительной женщины двое детей, которые совсем позабыты из настоящим отцом, он ничего не изменил в своем восхищении ею. Наоборот! Его влюбленность окончательно превратилась в любовь после того, как он узнал всю ее историю.
Светлана (а как же еще ее могут звать, если она такая светлая!) боялась серьезных отношений не потому, что ей не понравился этот удивительные человек (Наоборот! Впервые в жизни она почувствовала себя не просто женой и матерью, а именно женщиной!), а потому что она не хотела ничьей жалости, особенно его! Но...
Но Полунин не был бы заместителем Названова, если бы не мог показать любимой женщине всю силу своих чувств. С самой первой встречи, когда уз улыбки в улыбку, из взгляда во взгляд у них друг от друга словно меховой клубок из ласки, восторга и страсти проник! И отказаться от этого? Вот уж дудки!
Все усилия этого очаровательного мужчины были направлены на то, чтобы показать любимой женщине всю силу его чувства...
А потому долго быть просто наблюдательницей в таком вихре эмоций Светлана не смогла и...
И вышла замуж за Полунина!
Даже сама не поняла как все стремительно и быстро произошло!
Дети от отчима, которого решительно отказывали звать иначе, как папа День, были в полном восторге! Единственное, что напрягло Локтеву (пардон — Полунину!) так это переезд в Ангер. Ведь работа и дом Дениса были там.
Вот тут-то и всплыли Буренка с ее пастухом. Муж Светланы сначала категорически отказывался разрешить детям переезд, пугая бывшую жену заявлением в суд на пересмотрение вопроса об опеке, но...
Одного разговора «по душам» хватило на то, чтобы ветеринар довольствовался тем, что имел до этого момента, а именно — своей Буренкой, которой, как на грех, везде отказывали в работе как модели, а брали и только как «суточного промоутера» уже знакомого ей маргарина с таким милым коровьим названием...
Что тут скажешь, кроме как «каждому — свое!». Каждый получил того спутника жизни, которого заслужил долгим и упорным трудом на поприще личных отношений...
Да...
Таким образом, в «ZIMALETTO» отпраздновали еще одну свадьбу и первый переезд!
Первый, потому что второй не заставил себя долго ждать. Семейство Коротковых сумело скопить денег и купить себе квартиру. Правда, на окраине, но Федя со своим мотоциклом (следующим пунктом была машина — Машина просьба!) помогал жене, детям и себе любимому и родному вовремя добираться кому до детсада с яслями, а кому и до работы.
Амура со своим принцем жила просто в царстве колдовской любви!
- Девочки! Такого просто не может быть на самом деле!
...И посреди этой идиллии назревала трагедия. Глубокая... Сумрачная... Грозившая гибелью выстраданному счастью двоих любящих людей.
Кира так и оставалось бездетной...
Если поначалу ее пугала возможность остаться без детей на всю жизнь, то теперь к этому страху примешивался и другой — более всеобъемлющий и серьезный. Кира боялась потерять Николая.
Теперь это был совсем другой человек, который во всех своих несчастьях винил только себя, помня все свои прошлые ошибки. Но и в этом процессе Кира слишком увлеклась... Ее сильная натура помогала ей радоваться счастью знакомых и подруг, но отсутствие ее мечтаний наносило ужасный вред ей самой.
Колька ничего не мог поделать в этой ситуации. Как бы он не ухаживал за своей женой, сколько бы заботы не проявлял по отношению к ней, ему казалось этого было недостаточно, ведь ее идея фикс не только не пропадала, а наоборот, укоренялась в ее душе и сознании...
Иначе было все вчера,
Летели искрами костра
Мои слова, нещадно раня
На лету.
Была жестокая порой
И холодна к беде чужой,
Не зная, что такое
Пережить беду.
Я никому теперь
Не пожелаю зла.
Я поняла, что значит боль,
Когда меня она прожгла.
Не пожелаю зла
Теперь я никому,
На душу грех такой
Я больше не возьму.
Теперь это была женщина, в которой кровоточила незаживающая рана, лекарства от которой пока не было придумано. Она продолжала прибегать ко всем рекомендациям швейцарских врачей, а потому Зорькин в определенные часы, подходящие для зачатия слышал дежурную фразу: «Давай займемся ребенком» и в постели поворачивался к жене.
В эти моменты она как никогда прежде вызывала в нем прилив нежности и жалости. Он делал все, что мог. Так, как это было предписано, а потому оставалось только ждать...
Ждать, надеяться и верить...
И радоваться за других, потому как иногда именно эта радость может помочь обрести свое счастье...
Помочь сбыться мечте...
А потому Колькой и Ромкой Кира любовалась с удовольствием, готовясь возиться с детьми своей подруги и... друга.
Она сама иногда удивлялась тому, что в сознании Жданов ассоциировался почти с братом. А Колька...
Колька стал для нее тем единственным, кого она вообще могла любить...
«Возможно, у нас скоро все наладиться», - улыбалась женщина, глядя на спящего мужа.
Ведь все то, к чему она стремилась, прежде всего, она делала только для него!
Последний раз редактировалось Леночек 20 май 2009, 19:43, всего редактировалось 1 раз.
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
А за Светлану рада. Наконец-то у нее все наладилось 
