|
*** А на следующий день их ждали новые открытия. Немного дальше Протараса располагалась известное туристам местечко – Паралимни. Это была деревушка с очаровательным типично кипрским образом жизни и сосредоточием магазинов с сувенирами. Паралимни поразила супругов обилием глиняных изделий. И если в Лиоптери был куплен подарок больше для Пушкаревых, то напольная очаровательная ваза в истинно греческом стиле была словно специально создана и куплена для Маргариты Рудольфовны.
- Кать, наши мамы с папами замучаются подарки получать…
- Я тебя так люблю, - только и отвечала Катя, а Андрей безропотно просил отправить в Москву еще одну посылку.
А следующий полдень они встречали уже в Лимасоле. Остановились в известном отеле «For Seasons» и немедленно пошли на прогулку.
- Интересно посмотреть на старую средневековую крепость, - сказал Андрей.
- Почему?
- Говорят, здесь Ричард Львиное Сердце венчался со своей женой…, - мужчина глянул в буклет, - Беренгарией Наваррской, которая хранила ему верность, подобно Пенелопе Одиссея.
- А ты хочешь повторить его подвиг?
- Какой это?
- Покорить арабов!
- Не-ет! – Андрей обнял жену за талию и закружил. – Я хочу покорить только одну тебя!
Скоро они оказались в самом центре города, когда на одной из тихих улочек увидели ресторан «Germania».
- Ой, Андрюш! А давай сегодня здесь пообедаем! Мне так нравится берлинской жаркое с баварским пивом и крендельками!
- Когда это ты их полюбила?
- Еще на стажировке!
- Ну, тогда, пошли!
Сидя за столиком, Андрей смотрел рекламные проспекты и брошюры и вдруг, показав что-то жене, сказал:
- Здесь есть аквапарк, называется «Water Mania». Готовься – я тебя обязательно туда отведу!
- Андрюш, мы что, маленькие?
- При чем тут «маленькие», «большие»… Повеселимся! Это же здорово! В Айя-Напе мы как-то мимо «Water World» прошли, но вот уж тут я отыграюсь!
- Ладно! Только в обмен на пощаду с Вашей стороны, господин мой!
- Договорились! Только сначала купим тебе новый купальник!
- Это какой? Чтоб тут черта и там черта, а больше нету ни черта?
- А что, звучит неплохо!
- Я тебе покажу, звучит неплохо! Чем тебе старый не нравится?
- Кать! Ну, я просто хочу купить тебе новый яркий купальник, чтоб ты еще больше на цветочек стала похожа!
- Неужели?
- Точно!
- Тогда пошли… И пошли в отель…
- А что так сразу?
- Мне кажется, мы совершенно не уделили внимание кровати…
Жданов поперхнулся.
- Кровати?
- Да… Ты почему-то изменил своему обычному правилу: сразу опробовать кровать…
- А ты сожалеешь по этому поводу?
- Если честно, то с каждой минутой все больше и больше…
- Тогда побежали!
И супруги, взяв такси, поехали в отель.
На следующий день они поехали в «Water World».
Аквапарк находился в 10 километрах от Лимасола города и охватывал весьма большую территорию.
- Андрей, да мы тут заблудимся! Ты только посмотри!
И Катерина указала на хитрое переплетение бассейнов, горок, труб, заводей.
- Не заблудимся! Мы везде с тобой побываем!
- Так уж и везде?
- Где захочешь!
- Тогда на горки и в бассейн с трубами!
- Побежали!
Огромный бассейн лазурно-голубой воды с тремя видами горок и трубами для спуска различных размеров и цветов был их первой целью. Катя чувствовала себя ребенком и заставила мужа тоже впасть в детство. Они плескались в воде, то и дело, обдавая друг друга брызгами, спускались с горок то на спине, то на животе, а потом решили покататься по трубам.
Дети завидовали тому, как заливисто и громко визжали супруги Ждановы. Но вот, наконец, дело дошло до трубы-царицы с самым крутым спуском.
Они друг за другом влезли в темную трубу и покатились вниз, всё набирая и набирая скорость… Катя через несколько секунд не выдержала и радостно закричала, как это делали дети, катавшиеся до нее. Ее крик, родившийся в самом начале трубы, унесся, обогнав хозяйку, вниз, к воде, отразился от ее поверхности и раскололся на миллиарды визжинок, которые мелкой дробью пошли отплясывать «камаринского». И только потом в бассейн влетела сама Катерина, счастливая и радостная, а потом ее догнал и Андрей.
- Теперь, - вылезая из бассейна, азартно заявила девушка, - на волны!
- Любой каприз за Ваши деньги!
И муж и жена отправились к искусственным волнам. Покатавшись там на досочках, они раза по три упали с апельсина (надутый воздухом прорезиненный оранжевый шар, похожий на вышеназванный фрукт, на который залезают, а потом специально сваливаются с него), пошли «ходить по воде». На самом деле - по кружочкам, лежащим на ее поверхности и при этом, держась за сетку. Там они тоже навернулись пару раз и, как завершение, супруги решили пройтись по «ленивой реке».
Взяв двойной круг, супруги Ждановы оседлали его и отправились в медленную прогулку по всему аквапарку. Их несло небольшое течение извилистого бассейна, который проходил через всю территорию «».
- Здорово! – вырвалось у Кати, тесно прижавшейся к мужу. – Я так самого детства себя не чувствовала: легко, радостно, счастливо и бесшабашно!
И как бы в подтверждение своих слов, она поцеловала мужа в плечо.
- Не узнаю статую командора! – изумился Жданов и склонился к жене. – Берегись… Когда мы вернемся в отель…
Но договорить он не успел: их сверху обдал водопад ледяной воды, и они сначала оба завизжали, а потом расхохотались.
- Где бы тут найти тихую заводь… - поинтересовался Жданов.
- Да вот, - указала Катерина на очередное тихое место их маршрута.
- Не пойдет, - сокрушенно ответил Андрей. – Здесь дети кругом.
- Ах, ты! – возмутилась Катя и снова взвизгнула, так как теперь они сами съехали по водопадику вниз.
Минут через 15 они закончили свой променад.
- Теперь в кафе, обедать и в отель! – радостно помогая жене вылезти из воды, сказал Андрей.
- Но…
- Никаких «но»! Без разговоров!
- Ладно, - пожав плечами, сказала Катя. – Я просто хотела предложить поменять местами кафе и отель, но раз ты говоришь…
- Принято! – сгреб в охапку жену муж и поцеловал.
Не видя вокруг себя ничего и не замечая красот, которые покоряли их всего несколько часов назад, Андрей и Катя, наконец, добрались до отеля. Едва забежав в лифт, словно парочка сумасшедших, они бросились друг другу в объятия и стали целоваться. Портье только улыбнулся и отвернулся в сторону, понимая, что перед ним стоят молодожены. Когда за двумя безумцами, наконец, закрылась дверь их номера, они оба провалились куда-то в пылающую лаву, и все вокруг них исчезло. Остались только ОН и ОНА, а все остальное – не имело никакого значения. Романтики в первый раз не было совсем. Просто желание обладать другим человеком. Первобытное, сильнейшее, головокружительное… Катя только что и могла сделать, так это застонать и открыть свои потрясающие глаза.
- Кать… Радость моя… Я горю весь… Но если ты…
Но Катерина, улыбнувшись своей особенной улыбкой, сжала плечи мужа.
- Да молчи ты уже! … Люблю тебя…
Они опять так и остались лежать на полу… До кровати опять не дотянули… Да и еще раз, чуть позже, этот предмет мебели им не понадобился… Казалось, они еще не утолили голода друг по другу и, через несколько минут, все начали сначала, только медленнее, нежнее, проникновеннее…
Через час, собирая свои вещи по всему номеру, Катя просто умирала со смеху, представляя себе, как совсем недавно, ее муж избавлялся от различных «помех», мешающих ему на пути достижения своей заветной цели. Очки Андрея оказались в одном углу комнаты, а Катины - в противоположном. Платье молодой женщины лишилось половины пуговиц, а мужская рубашка была немного порвана по плечевому шву. Обувь… Обувь была отдельной страницей их поисков. Свои башмаки они сначала вообще не могли найти … так, сказать, целиком. Катины босоножки лишились ремешков и превратились в симпатичные шлепанцы, а вот сандалии Андрея не могли найти свою пару. Потом как-то догадались посмотреть пропажу на шкафу. Оказывается, Жданов зашвырнул один из своих сандалий именно туда.
- Нет… А это-то как получилось? – хохотала Катерина.
- Это потому что я хотел как можно скорее почувствовать тебя… Всю… Целиком… До донышка…
- Поэтому ты уничтожил мое нижнее бельё?
- А что с ним такое?
- Смотри! – И Катя показала мужу небольшие кусочки кружевной материи, которые сиротливо лежали на полу. – Пойдешь и купишь новое…
- Кто, я?
- А кто же? Не я же его разорвала… Тем более, что ты хорошо в нем разбираешься.
- С какой это стати?
- Ну, во-первых, у тебя было не так уж и мало женщин, и нижнего белья ты насмотрелся вдоволь, а во-вторых… - и Катерина медленно обняла мужа за плечи, - во-вторых, оно тебе очень даже идет…
Жданов поперхнулся, поняв, о чем говорит жена.
- Ах…Какой же ты у меня красивый был в том красном платьице… - мечтательно вырвалось у женщины.
- Катька, прекрати! – притворно бушевал Андрей и вдруг тоже расхохотался, вспомнив свой нелепый вид.
А потом вдруг он уткнулся жене в плечо и прошептал:
- А ты знаешь, что в тот раз сильно рисковала?...
- В каком смысле?
- В самом, что ни на есть, прямом… Когда ты расстегивала мне пуговички и легко-легко касалась пальчиками моей кожи…
И Андрей нежно-нежно провел ладонью по спине жены…
- Я думал, что взорвусь, Кать…
- Не понимаю…
- А что тут понимать… Я тебя уже тогда хотел… В то самое мгновение…
- Не ври… - серьезно сказала Катя.
- И не собираюсь, - так же ответил Андрей и поцеловал жену, которая в эту минуту, поняла, что через мгновение они не опустятся в постель, то ЭТО снова произойдет на полу…
И Жданов подтвердил ее опасения.
- Кать… Давай подождем, с бельем с этим… Оно пока тебе и не нужно… Мешает только…
Катерина ничего не ответила, а только закрыла глаза и улыбнулась, полностью отдавшись на милость своего супруга…
Чуть позже, когда тела немного поостыли, Жданов, оглядев номер, стянул вниз покрывало с кровати и укрыл им Катерину, мило зевавшую, прикрывая рот ладошкой.
- Спи, Катюш… Спи, котенок мой…
- Что-то мне подсказывает, что мы с тобой не в последний раз лежим на этом ковре… - сонно пролепетала жена, прижимаясь к теплому боку мужа.
- Если честно, то я буду только счастлив… - радостно улыбнулся Андрей, обняв ее за плечи.
- Тогда, мой долг, как жены, осчастливить мужа…
- Я рад, а теперь спи… Утром нас ждут великие дела…
Все-таки не прав был Лев Толстой, когда говорил, что каждая счастливая семья счастлива одинаково. Нет! У каждого человека своя мера счастья, а у этих двоих оно, казалось, стало бесконечным и жило во всем: в утреннем поцелуе, которым то он, то она будили любимого человека; в ласках, которые они дарили друг другу только что проснувшись или засыпая ночью, когда будто прорастали один в другом; когда целовались в море, которое примешивало к вкусу их поцелуя свою соль, и во многом другом, что окружало или было в них самих…
_________________ Своих в полет я отпускаю белых птиц!
По свету разнесут они любовь...
Ведь для свободных птиц на небе нет границ!
И нет преград для моих птиц!
Белых птиц!
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
