Не буду ничего говорить
«10»
Проснулась Катя оттого, что переворачиваясь во сне на другой бок, наткнулась под одеялом на чужие ноги. И испугалась этого. Открыла глаза, непонимающе уставилась в темноту, не в силах понять, где она и что с ней происходит. Рядом спал мужчина, его дыхание касалось Катиной щеки, и было немножко щекотно. Она отодвинулась к стене и несколько минут лежала, боясь пошевелиться, даже глаза снова закрыла. Сердце в груди стучало так громко, что Пушкарёва всерьёз опасалась – вдруг Андрей услышит и проснётся? И что тогда будет?
Хотя, что будет, Катя догадывалась. Он уже будил её сегодня под утро, и спросонья она даже не удивилась этому. Поначалу сонно отвечала на его поцелуи, а когда Андрей откинул одеяло, сама к нему потянулась, инстинктивно пытаясь найти другой источник тепла. А Андрей был большой и горячий, и к нему было очень приятно прижиматься. Его прикосновения уже не вызывали такого смущения, как ещё несколько часов назад. Он дотрагивался до неё, а потом сразу целовал, подавляя тем самым любой её протест.
Самым трудным оказалось внушить себе, что этот мужчина – её муж. Что он отныне имеет на неё какие-то права, например, дотрагиваться или целовать, когда он этого захочет. Он – и никто другой. А всё остальное – чувства, мысли – не в счёт. Она же сама сделала выбор, и отступать больше некуда. А Андрей готов принять её такой, какая она есть – со всеми её проблемами, комплексами, воспоминаниями и несбывшимися надеждами. Он в ЗАГСе так и сказал: «Да, беру». Так какое право она имеет создавать ему новые проблемы? Она его жена, а это много значит. Всё, что вчера тревожило или радовало, должно теперь отойти в сторону, ради семьи. Она ведь решилась создать семью? Решилась… Она изменила свою жизнь не для того, чтобы всё испортить и с позором сбежать в последний момент.
У неё теперь есть муж.
Поэтому она и уступила Андрею в первый раз. Именно уступила, а ведь в тот момент ещё можно было что-то изменить. Перешагнула через себя и даже поцеловала его сама, правда, ненавидела себя за свою неопытность. Андрей наверняка чувствовал, как она трясётся от страха и понимал, как ей нелегко… что она себя заставляет. При этом Кате казалось, что она всё делает не так – обнимает его не так, руку кладёт не туда… А вместо того, чтобы цепляться за его плечи, можно было бы погладить или что-нибудь ещё сделать… Хоть что-нибудь!
Нужно было его предупредить, - в панике подумала она, когда горячая мужская ладонь легла на её живот. Нужно было наплевать на свою гордость и всё ему рассказать честно и как на духу. Что помимо всего прочего, у неё существует ещё одна проблема. Рассказать о Денисе, о том, как всё это случилось в первый раз, о слухах, которые потом пошли гулять по институту… Про то, что она «кукла деревянная».
А вдруг Денис соврал и Баринов тут совсем не при чём? И на самом деле это он придумал ей то обидное прозвище? И смеялся громче всех остальных… А она ещё и подтвердила недавно… Кукла…
Кого она, вообще, обмануть пытается?
Андрей разжал её кулачок и поцеловал в открытую ладонь.
- Ты боишься? – шёпотом спросил он.
Катя кивнула.
- Меня?
Покачала головой. Жданов помедлил, потом опустил голову и прижался лбом к Катиному лбу.
- Помнишь, я говорил тебе, что сегодня исполняю все твои желания? А что это значит? – Поцеловал её в уголок губ. – Что ничего плохого не случится.
Катя думала, что Андрей в конце концов не выдержит и оттолкнёт её. Старков говорил, что нужны железные нервы, чтобы её сопротивление преодолеть. Сама с собой справиться никак не может, а почему другие сквозь дебри её души должны героически продираться? Но очень старалась, правда, всё равно вела себя неправильно, даже сама это чувствовала.
А в следующее мгновение вдруг перепугалась именно того, что Андрей на самом деле её оттолкнёт. Тогда это мучение никогда не закончится, и завтра утром станет только хуже, потому что придётся смотреть ему в глаза и что-то объяснять. А может, и прощения просить. Конечно, она и это унижение переживёт, и не такое было в её жизни, но как Андрей станет к ней относиться? Даже если потом у них всё случится, между ними камнем повиснет эта ночь с её сомнениями и страхами. Её внутреннее сопротивление, которое он так и не смог преодолеть и его разочарование от осознания этого.
Лишь бы не оттолкнул…
Ответила на его поцелуй, не возражала, когда Андрей снимал с неё ночную рубашку. И наконец решилась и обняла его, погладила по широкой спине. У него был сухая, горячая кожа, а под Катиными пальцами играли мускулы. Это было даже удивительно. Катя провела ладонью по спине мужа, вниз, по позвоночнику, потом вернулась к плечам, а затем рискнула и запустила пальцы в волосы Андрея – они были жёсткими, но приятными на ощупь. Зажмурилась и подставила губы для поцелуя.
Кажется, пока она всё делает правильно.
Андрей был очень тяжёлый. Кате было трудно дышать, вжималась в его тело с такой силой, что казалось, вот-вот растворится в нём. Глаза старалась всё время держать закрытыми, чтобы с мужем взглядами не встречаться и лишний раз не смущаться. А он ведь даже не подумал ночник выключить и теперь внимательно за ней наблюдал, Катя чувствовала его взгляд. Когда его губы коснулись груди, она взволнованно вздохнула, затем ещё раз. И спохватилась. Второй вздох был не по плану.
Очень старалась не быть «куклой». Продумывала каждое прикосновение, каждый свой прерывистый вздох… Правда, вздохи не всегда выходили по плану, да и на вздохи становились похожи всё меньше, скорее на довольное урчание. Когда удавалось вынырнуть из омута, в который её затягивало всё стремительнее, в первый момент пугалась, а потом приходила к выводу, что так даже лучше – правдоподобнее.
Но вскоре все «планы» из головы вылетели, тяжесть мужского тела перестала смущать. Важно было, что не ушёл, что остался с ней, а то, что происходит с ними – не так уж и страшно, как представлялось. В некоторых моментах даже очень хорошо и приятно. Оказалось, что проще всего ни о каких планах не думать, вообще ни о чём не думать, только прижиматься к нему и поддаваться его рукам и губам. И даже в самый страшный момент, которого она боялась просто панически, оказалось, что нужно только ответить на его поцелуй, прижаться крепче, принимая его, и закрыть глаза, растворяясь в накрывших её ощущениях. А он замрёт на какое-то долгое, бесконечно долгое, как ей показалось, мгновение, прижмётся щекой к её щеке и что-то прошепчет ей на ухо. Всё равно что, главное – ей.
Теперь она его жена.
Очень чёткая, волнующая и своевременная мысль.
…Странно, но Катя помнила всё – каждую секунду, каждую новую эмоцию, ощущение, всё было впервые и вновь… Кажется, это слова из какой-то песни. Хотя, какая разница?.. Удивлялась себе. Как это можно было запомнить? Тогда казалось, что весь мир замер, в ожидании их, минуты тянулись, перетекали из прошлого в будущее тягучим удовольствием. Ярче всего запомнились даже не собственные чувства, а срывающееся дыхание Андрея, а потом его стон. Себя не слышала, а вот его… И от этого по разгорячённой коже бежали колючие мурашки. Обняла его и впилась в его спину идеально-наманикюренными вчера ноготочками.
Помнила, что почувствовала в тот момент, когда он отстранился – полное опустошение. Даже рукой шевельнуть сил не было, лежала и смотрела в потолок, вспоминая, как дышать без надрыва. Кажется, совсем недавно она это умела. Андрей был где-то рядом, на этой же планете, это точно, и Катя слышала его тяжёлое дыхание, но это уже было за гранью её реальности. Правда, длилось это недолго, Андрей притянул её к себе, и она повернулась на бок и прижалась к его плечу.
От этих воспоминаний, таких ярких и острых, кинуло в жар. Катя осторожно приподнялась на локте, отвела от лица волосы, и попыталась в темноте разглядеть лицо Андрея. Он спал на боку, подложив под голову согнутую в локте руку и глубоко дышал. Сомневалась пару минут, никак не могла придумать, как выбраться из постели, чтобы его не разбудить, - нужно было перелезть через ноги мужа, да ещё в темноте. Фокус. А потом решилась, поднялась на ноги, кровать жалобно скрипнула, а Катя осторожно перешагнула через низкую полированную спинку – на стул, а затем на пол. И даже улыбнулась, довольная собой. Фокус-покус.
Отныне место этого стула за кроватью.
Самая красивая ночная рубашка, которая когда-либо у неё была, валялась у Андрея в ногах, измятая, и вытащить её возможным не представлялось, он бы обязательно проснулся. Пришлось на ощупь искать на полу халат. Накинула на себя и на цыпочках вышла из комнаты.
Пока шла до кухни пару раз наткнулась на мебель, но свет в комнате включить побоялась. Очень хотелось пить. Налила в стакан воды, посмотрела на часы, высвечивающиеся на микроволновой печи, и отошла к окну. Ещё было темно, раннее утро выходного дня, но в некоторых окнах дома напротив уже горел свет. Внизу сосед с первого этажа стряхивал щёткой с машины снег, а из подъезда вышла Анна Павловна, ведя на поводке престарелую пекинесиху Жулю. Вид из окна был почти такой же, как и из Катиного окна… То есть, из квартиры родителей. Всё так знакомо, привычно, даже не верится, что жизнь изменилась. Вчера днём, сегодня ночью, меняется вот в эту минуту, когда она смотрит на знакомый двор и людей, и понимает, что в её жизни всё уже по-другому.
В ванной долго вглядывалась в своё отражение, даже очки надела, чтобы лучше себя рассмотреть. Никаких следов переживаний не заметила, правда, глаза горели каким-то лихорадочным блеском. Волосы слегка взъерошены, губы припухли, а в остальном – она прежняя, даже не скажешь, что уже замужняя женщина. А на безымянном пальце, когда поднимала руку к лицу, поблёскивало золотое колечко. Удивительное дело…
Вернулась в постель прежним путём. Осторожно переступила через спинку кровати, держась за стену, потом медленно опустилась на колени и нырнула под одеяло. Запахнула халат на груди. Спать не хотелось. Ну, вот ни капельки. Стала смотреть в тёмное окно.
Андрей перевернулся на спину, Катя замерла, но он лишь вздохнул и снова задышал спокойно и размеренно. В темноте можно было рассмотреть только его очертания, Катя подпёрла голову рукой и принялась его разглядывать, пользуясь моментом. Одеяло сползло почти до пояса, одна нога из-под одеяла выглядывала, а плечи были непомерно широкими (в который раз она это отмечает?). Перевела взгляд на его лицо, засмотрелась, а Андрей вдруг тихо, но довольно отчётливо произнёс:
- Кать, прекрати.
Она испуганно приоткрыла рот и рухнула на подушку, вцепившись в одеяло.
Жданов опять перевернулся на бок и обнял Катю одной рукой.
- Чего не спишь?
- Не знаю…
- Уже утро? – спросил он, зевая.
- Ещё рано, - успокоила его Катя.
Андрей придвинулся к ней, уткнулся носом в её волосы.
- Поспи ещё.
Что ещё оставалось? Он обнимал её, щекотал своим дыханием шею и спокойно засыпал, а Катя сжалась под его тяжёлой рукой. Жданов, наверное, почувствовал её состояние, в полусне поцеловал в щёку, а рука скользнула по её телу, точнее по халату. Пришлось обнять Андрея, иначе было неудобно лежать.
Первая ночь с мужчиной, когда всё по-настоящему. Можно было смущаться и дальше, думать о том, что Андрей прижимается к ней абсолютно голый, пытаться хоть чуть-чуть отодвинуться, но Катя неожиданно пригрелась в его объятиях, устроилась уютно и как-то незаметно уснула. А проснулась оттого, что Андрей осторожно убрал с её подушки руку. Катя открыла глаза, а муж уже сел, повернувшись к ней спиной, и спустил ноги на пол. Потянулся, а потом встал и наклонился за своим халатом, который лежал на полу у дивана. Он встал, а Катя тут же зажмурилась, чтобы не смотреть на него.
Пока она лежала с закрытыми глазами, Жданов надел халат, затянул пояс, обернулся и посмотрел на свою молодую жену, которая весьма неумело притворялась спящей. Наклонился, поцеловал её в щёку и прошептал:
- Тебе кофе в постель?
Глаза она тут же открыла. Посмотрела на него в смятении и покачала головой.
- Я встаю.
- Вставай, - согласился он с улыбкой и вышел из комнаты, не желая её смущать ещё больше своим присутствием.
Из-за двери ванной комнаты, слышал Катины шаги, она прошла на кухню, кажется, открыла холодильник, а Андрей стоял, руками упираясь в края раковины, и смотрел на себя в зеркало. Если честно, улыбался. Вот весело ему было в первое утро своей семейной жизни, а почему – понять не мог. А ведь ночью всё было не так уж и гладко. Эта проблема всплыла неожиданно и в первый момент Жданова с толка сбила. Он предполагал, конечно, что Катя не слишком опытна, что придётся подстраиваться под неё, проявлять осторожность, но совсем не думал, что могут возникнуть серьёзные проблемы. Понадеялся на то, что раз она согласилась на брак с ним, значит, всё для себя решила, а оказывается, даже не подозревала, что решать надо. Когда он к ней прикоснулся, её так затрясло, что Андрей даже перепугался. Едва сдержался, чтобы не отстраниться, решил, что если её отпустит – Кате станет легче. Если он не будет её заставлять. Даже успел почувствовать себя негодяем, ведь он на самом деле заставляет девочку заниматься с ним сексом. Не по себе стало. Тянул время, целовал неторопливо, пытаясь принять правильное решение, а когда начинал терять голову, прерывал поцелуй.
Она боялась. Сказала, что не его, но Андрей всё равно продолжал вглядываться в её лицо с тревогой. Раньше ему никогда не приходилось уговаривать девушек лечь с ним в постель. Оказывается, он этого и не умел. Ему никогда не приходилось преодолевать какие-то их внутренние пороги и налету решать проблемы, слишком большая ответственность. Возможно, и в этот раз спасовал бы, но это была не просто случайная, да пусть даже и неслучайная, девушка. Это была его жена. И он сам её выбрал. Со всеми её проблемами… Надо было заранее выяснить всё о проблемах!
Андрей открыл холодную воду и умылся.
Но смелости его жене не занимать, это точно. Только вспомнить, как самоотверженно она бросилась его целовать!.. Жданов поневоле заулыбался. Сжимала кулачки, тряслась от страха, но поцеловала. И тогда Андрей решил, что останавливаться нельзя, ни за что, потому что они это не исправят. И для Кати это важно – чтобы он не останавливался. Он понял это, когда она сама к нему прижалась, они на секунду встретились взглядами и Андрей осознал, насколько она боится и в каком отчаянии борется сама с собой. Разве он мог её оставить?
Это был не секс. С Катей невозможно было заниматься сексом, с ней нужно было заниматься любовью. Чтобы преодолеть её внутреннее сопротивление, её нужно было любить. Он и любил. Сегодня ночью он её любил, и очень боялся сделать что-то не так. Иначе как он перед ней потом оправдается? Он ведь ей обещал… обещал быть хорошим мужем, относиться к ней с уважением, не обижать. Любить не обещал, но получалось так, что одно вытекает из другого.
Но это того стоило. Стоило, чёрт возьми! Иначе бы он сейчас так глупо не улыбался, глядя на себя в зеркало.
…Холодильник был забит до отказа, родители об этом позаботились. Катя открыла дверцу и в задумчивости посмотрела на это изобилие. Вот только радости это зрелище не прибавило. Вздохнула в печали и достала знакомую сковороду.
От приготовления завтрака отвлёк телефонный звонок. Катя бросила быстрый взгляд в сторону ванной комнаты и осторожно сняла трубку.
- Алло? – Улыбнулась. – Доброе утро, мам… Всё хорошо, проснулись. Андрей? В душе… Мама, всё хорошо. Правда… Не надо ничего говорить папе! Скажи просто, что у нас всё хорошо. Мам, лучше скажи, что мне с обедом делать! Где написала? – Пришлось влезть на табуретку, чтобы заглянуть на холодильник. Увидела там упомянутую матерью тетрадку, взяла её и спрыгнула на пол. Положила тетрадь на стол и быстро пролистала. – Я нашла, да… Ты уверена, что это просто?.. Нет, я не могу… Что я ему скажу? Что мы будем ходить питаться к моим родителям? Я же не за Кольку замуж вышла, в конце концов… Хорошо, я постараюсь всё сделать правильно. Французский выучила, смогу и котлеты пожарить. Наверное… - Хлопнула дверь ванной, и Катя поспешно с матерью простилась и вернула трубку на рычаг. Второпях заветную тетрадку, исписанную округлым маминым почерком, сунула в ящик стола.
Андрей из ванной ушёл в комнату, а Катя немного постояла в нерешительности и отправилась за ним. Жданов, уже в джинсах, искал в шифоньере подходящую под настроение футболку. Увидел Катю и подмигнул ей. А она неожиданно разулыбалась.
- Андрюш… тебе кофе?
Он кивнул.
- Чёрный, две ложки сахара.
- Хорошо.
- Кто звонил?
Она немного помедлила с ответом.
- Мама.
Жданов сунул голову в вырез футболки, потом улыбнулся.
- Ясно. Волнуется?
- Лучше я пойду завтрак готовить, - решила Катя вместо ответа, а Андрей рассмеялся.
- Что я такого сказал?
На кухне он появился спустя несколько минут. Катя как раз прикрыла крышкой сковороду с омлетом. Убавила газ и обернулась на голос мужа.
- Кать, у меня для тебя подарок.
- Подарок? – Она повернулась и с недоумением посмотрела на красивый пакет в его руках. – Зачем?
Жданов только головой покачал.
- Потому что подарок. – Сел на стул у окна, взял Катю за руку и притянул к себе. Усадил к себе на колени, преодолев лёгкое сопротивление. – Открывай.
Она осторожно заглянула в пакет, потом посмотрела на Андрея. Он обнял её двумя руками и с интересом наблюдал, как она достаёт из пакета коробку.
- Подарок маленький, но думаю, он тебе понравится. Такое всегда приятно в подарок получать.
- Телефон? – Катя разглядывала картинку на коробке.
Жданов кивнул.
Телефон был необыкновенный. Катя разглядывала изумрудно-зелённую крышку с золотым обрамлением и вспоминала свой заслуженный телефон, который неприлично состарился ещё года два назад. А вот такой она никогда не видела. Открыла крышку и провела пальцем по золотистым кнопочкам. Андрей наблюдал за женой, а затем запросто пристроил подбородок на её плече.
- Тебе нравится?
Она кивнула. Опомнилась и быстро сказала:
- Спасибо.
Жданов фыркнул.
- Спасибо?
Катя посмотрела на него, не сразу уловив иронию в его голосе. Потом набралась смелости и быстро его поцеловала в губы. И повторила:
- Спасибо. Такой красивый. Я никогда такой не видела, - призналась она.
Андрей заправил ей прядь волос за ухо.
- Ты ещё много чего не видела.
Катя разглядывала телефон, закрыла и снова открыла крышку. А Андрей принюхался.
- Кать, чем пахнет?
Она ахнула, вскочила, сунула телефон в карман и побежала к плите. Андрей смеясь, кинулся ей помогать, а Катя едва слёзы сдерживала. Что он теперь о ней подумает? Даже завтрак не в состоянии приготовить без происшествий.
Омлет, правда, не подгорел, что Катю немного успокоило, но всё равно было неудобно за свой такой явный испуг и суетливость. Налила Андрею и себе кофе, украдкой наблюдала, как он ест, потом достала из кармана телефон, полюбовалась.
- Ну что ты расстроилась? Ничего не случилось, - сказал Андрей, заметив её состояние.
Катя провела по кнопкам пальчиком.
- Я тебе соврала, - призналась она.
Жданов поднял на неё глаза и посмотрел удивлённо.
- В чём?
Печально пожала плечами.
- Я готовить не умею.
Андрей задумчиво пожевал, а после улыбнулся.
- Совсем?
Катя снова пожала плечами, глянула на мужа, а под его взглядом заулыбалась.
- Плохо. Но я научусь!
Он кивнул.
- Это то, что я хотел услышать. – Ещё раз улыбнулся и взял её за руку. – Зато кофе замечательный.
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
класс, спасибо