Тута
«13»
Несмотря на все положительные качества жены, которые Андрей в ней открывал для себя каждый день, иногда Катя совершала какие-то непонятные поступки, чем ставила Жданова в тупик. Причём делала это она не специально и не по недоразумению, а совершенно осознанно, и для неё это было настолько же естественно, как для него странно и непривычно. Вот например сегодняшним утром они едва не поругались. А всё почему? Потому что на вопрос, чем она собирается сегодня заняться без него, Катя спокойно сказала:
- Дел у меня сегодня очень много. Мне нужно по магазинам, потому что я сегодня буду готовить… - заглянула в открытую книгу и прочитала: - Свинину, запеченную с грибами и сметаной. Кажется, это совсем не трудно, я решила попробовать сама. А ещё нужно отдать сапоги в ремонт. Я уже неделю собираюсь это сделать, а всё время забываю.
Андрей допил кофе, не спуская с жены взгляда. Затем кашлянул в кулак, наблюдая за тем, как Катя вытирает тарелки полотенцем.
- Прости, что?
Она обернулась на него и непонимающе посмотрела.
- Что?
- Про сапоги, что ты сказала? – решил уточнить он.
Катя пожала плечами.
- Надо в ремонт отдать. У меня каблук один качается.
- А новые купить? – развёл Жданов руками, от невозможности взять в толк то, о чём она говорит.
Теперь удивилась Катя.
- Зачем? И эти хорошие. Надо только в ремонт отдать…
Жданов соображал полминуты, не меньше. Потом спросил:
- Кать, я мало денег даю? Я больше буду давать.
Она покачала головой.
- Деньги у нас ещё есть, в шкатулочке лежат. До конца месяца нам хватит, я уже всё продумала.
Андрей вдруг призадумался о том, что за всё время их совместной жизни, его жена ещё ни разу не похвасталась перед ним какой-нибудь покупкой. Нет, в дом она покупала какие-то мелочи, посуду, говорила ему об этом, показывала, а вот себе она что купила? Он даже не поленился сходить в комнату и заглянуть в шкатулку, в которой они хранили «семейный бюджет». Деньги, которые он положил ещё неделю назад, так и лежали нетронутыми.
- Андрюш, что-то случилось?
Он закрыл шкатулку и посмотрел на жену.
- Катя, ты деньги тратишь только на продукты?
Она заметно растерялась.
- Почему? Нет… я ещё покупала… я же тебе показывала.
- А для себя ты что-нибудь купила?
- Мне пока не надо ничего.
Оказывается, его жена – просто удивительная женщина. Ей ничего не надо.
Нужно было ей что-то сказать, объяснить. Как-то… Как – Андрей не знал. Выдал ободряющую улыбку.
- А по магазинам с подружками?
В ответ получил снисходительный взгляд.
- Андрюш, ну какие магазины? Нам за квартиру надо платить… и за курсы ещё. Это дорого.
Он подошёл и обнял её, просто не знал, что ещё сделать. Поцеловал в висок и достаточно уверенно начал:
- Давай с тобой договоримся на будущее, что ты не будешь экономить каждую копейку. Если у тебя кончаются деньги, ты просто мне об этом говоришь. О том, где и как заработать, буду думать я, хорошо?
Она стояла и молчала, обдумывала его слова, покусывала нижнюю губу и выглядела несчастной.
- Ну что такое? – спросил Жданов, начиная терять терпение.
- Я устроюсь на работу. Скоро. Кольке же повезло.
- Конечно, устроишься, - не стал спорить он. – Просто я хочу, чтобы ты поняла… я зарабатываю достаточно, чтобы свою жену баловать.
Катя, наконец, расслабилась, положила руку на его плечо и поводила пальцем по свитеру.
- Ты же этого мне не говорил, откуда я могла знать?
Андрей кивнул.
- Да, этот момент я из вида как-то упустил, - повинился он. – Простишь меня? – и, не дожидаясь её ответа, продолжил: - Сходи в магазин и купи новые сапоги. И ни о каком ремонте я слышать больше ничего не хочу, не беспокой меня этим, договорились?
Катя пообещала, но улыбнулась несколько натянуто.
- А почему ты мне про курсы ничего не говорила?
- А можно в следующем месяце оплатить, я узнавала. Я заплатила половину вперёд, а вот вторую половину…
- Давай сегодня съездим, пока у меня время есть, и оплатим.
- Сегодня?
- На работе мне нужно быть только после обеда. Можем пообедать в городе, а потом я поеду. Как тебе?
Она отвернулась от него, но заулыбалась, а Андрей рассмеялся.
- Что? Женщина-загадка. Всё на последний момент оставляет. Собираешься?
- Я быстро.
На людях, с мужем под руку, Катя частенько чувствовала себя неловко. Он такой высокий, красивый, в себе уверенный, решительно шагал вперёд, время от времени наклонялся к жене, чтобы что-то ей сказать, а Кате казалось, что на них все смотрят. Точнее, на неё. Ведь абсолютно понятно, что она рядом с ним не смотрится совершенно. В короткой курточке и джинсах, чувствовала себя рядом с ним подростком, спешила за ним, боясь отстать, и крутила головой по сторонам, ловя чужие взгляды. Ей всё время казалось, что на неё все смотрят и отделаться от этого ощущения, было очень трудно. А Андрей по привычке ни на кого внимания не обращал и, кажется, и её неловкости тоже не замечал.
А сегодня было ещё хуже, потому что сегодня Андрей собирался на какую-то важную встречу и по этому поводу был одет в один из своих шикарных костюмов. Катя неизменно удивлялась тому, с какой лёгкостью и непосредственностью он их носит, и даже галстук сам завязывает, и не выглядит «при полном параде» напыщенным или зажатым. Кажется, его внутреннюю уверенность ничем нельзя сломить.
Андрей шёл вперёд, держал её за руку, а Катя смотрела на его пальто… потом на свою куртку посмотрела. Сравнивала. Вот как тут комплексы не нажить? Всё-таки когда, он одет не столь презентабельно, ей собственную несостоятельность пережить легче, а так – хуже некуда.
Утро у них на самом деле получилось насыщенным. Помимо важного дела – оплаты курсов, Андрей предложил ещё и в магазин съездить, время позволяло. Катя вначале решила, что он просто хочет помочь ей с покупкой продуктов, принялась отказываться, совершенно не представляя, как Андрей будет ходить по супермаркету с тележкой в своём дорогущем пальто. А он, оказывается, совсем о другом магазине говорил. Катя даже рассмеялась, когда услышала.
- Дались тебе мои сапоги.
- Дались, - на полном серьёзе сказал он. – Потому что мне кажется, что сама ты долго до магазина не дойдёшь. Лучше я прослежу.
- Андрей…
- Не спорь, пожалуйста.
Эта странная, чуть грубоватая, забота вызвала у Кати улыбку.
Вот так они и оказались в магазине. Жданов свернул на стоянку первого попавшегося на пути торгового центра и вскоре они уже шли мимо сверкающих витрин, а Катя беспрестанно оглядывалась, начиная приходить к неутешительному выводу: её муж – транжира. О здешних ценах даже подумать было страшно. Поэтому Катя и не удивилась, не увидев в обувном магазине ни одного покупателя. Правда, Андрея это нисколько не смутило, Катя видела, что он уже украдкой посматривает на часы, и поэтому спорить с ним не решилась, только разозлит его, а в последствиях она до конца ещё не разобралась. Насколько опасно его злить?
- Выбирай, - сказал он, когда они вошли в магазин. – Я позвоню, хорошо?
Она кивнула, больше ничего ей не оставалось. И остановилась, разглядывая ряды обуви. В душе всё явственнее намечалась паника.
Андрей отошёл в сторону, а к Кате приблизилась улыбающаяся продавщица. Окинула её оценивающим взглядом, потом посмотрела на Жданова, и заулыбалась старательнее.
- Здравствуйте, я могу вам помочь? Вы ищите что-то определённое?
Катя на мужа тоже оглянулась, тот послал ей мимолётную, но ободряющую улыбку, и отвернулся. А она принялась сбивчиво и торопливо объяснять девушке, что ей нужно. Та внимательно выслушала, покивала и попросила минуту подождать. Во время этого ожидания Катя разглядывала обувь: туфли на высоченных каблуках или вообще без оных, со стразами и бантами, всех мыслимых расцветок. Сапоги были представлены в огромном количестве, от такого многообразия шикарной обуви, да ещё зеркал и блестящих полов, кружилась голова.
На смену одной девушке в зале появилась другая, похожая на предыдущую, как сестра-близнец. В таком же строгом костюме насыщенного серого цвета, гладкой причёской и неброским макияжем. Дежурно улыбнулась Кате и остановилась неподалёку, наблюдая за ней и Андреем.
На примерку принесли сразу несколько пар сапог. Одни – излишне вычурные, лакированные и на высоком каблуке, Катя даже мерить отказалась. Продавщица спорить не стала, унесла коробку, а вернулась с другой.
- Это новая коллекция, - щебетала она без остановки, показывая Кате обувь. – «ORORO». Вам нравится?
Катя быстро кивнула, не желая вникать в подробности.
- А какие больше? С каких начнём?
Катя снова обернулась на Андрея, но он на неё совсем не смотрел, разговаривал по телефону.
- Вот с этих, - сказала она, указав на понравившуюся пару.
- Очень хорошо. Это тоже новая модель, от VIVIEN LEE.
- А это так важно? – озадачилась Пушкарёва.
- Конечно, - удивилась в свою очередь девушка. – Примерьте. Сами всё поймёте.
В словах и поведении продавщицы было столько учтивости, что Кате даже неудобно стало. Обычно при посещении магазинов перед ней никто так в любезностях не рассыпался, и от всего этого Катя растерялась. Сказать девушке хоть слово против, казалось неучтивым.
Но надо признать, что предложенные для примерки сапоги на самом деле были очень красивые, а главное, удобные, а на ногах смотрелись так, что Катя поневоле залюбовалась.
- Мне вот эти очень нравятся, - призналась она, глядя на себя в зеркало. Потом улыбнулась девушке, получила в ответ любезную улыбку и обернулась, чтобы посмотреть на мужа. И нахмурилась, когда поняла, что Андрей по-прежнему на неё не смотрит, и совсем не из-за важного-преважного телефонного разговора. Он спокойно беседовал с другой девушкой-продавцом, и даже улыбался ей. Это сильнее всего задело. Андрей улыбался, пусть и чуть отстранённо, слушая девушку, которая смотрела на него с большой благосклонностью и интересом. Уж что она ему говорила, Катя слышать не могла, но Жданов вдруг рассмеялся.
Пушкарёва отвернулась и снова взглянула на себя в зеркало – улыбка стёрлась, а в глазах горечь.
Что там Анна Павловна говорила? «На него все женщины заглядываются». Тогда Катя решила не прислушиваться к её словам, они показались ей чем-то несущественным, неважным… Какая ревность? У них же договор, продуманный и детально обговорённый. Правда, о супружеской верности разговор не заходил, у Кати даже мысли подобной не возникало… До этого момента. А ведь у неё на самом деле красивый муж и он привлекает женское внимание. А она… стесняется зайти в дорогой магазин, считая, что ей здесь не место.
Женский смех за спиной сильно раздражал и заставлял затаить дыхание, в надежде расслышать, что говорит Андрей девушке. Ладони вспотели, и Катя незаметно вытерла их о джинсы.
- Вам нравится эта модель? – вторгся в её мысли чужой голос. Катя очнулась, посмотрела на девушку и едва заметно кивнула. Интерес к выбору сапог, который так увлёк ещё несколько минут назад, сошёл на нет.
- Я хочу вам предложить ещё одну модель. Посмотрите, здесь очень оригинальная пряжка…
Катя девушку перебила, на секунду позабыв о вежливости:
- Не нужно. – Повернулась и громко сказала, обращаясь к мужу: - Андрей, я хочу эти!
Её тону он слегка удивился, Катя заметила, как изогнулась его бровь, но тут же заулыбался и шагнул к ней.
- Очень хорошо, - сказал Жданов, оценив её выбор.
На девушку он больше не взглянул. Катя внимательно наблюдала за мужем: как он расплачивался у кассы, как забирал у продавщицы пакет с фирменным логотипом – и вот уже идёт к ней. Легко приобнял за талию, и Катя шагнула к выходу, повинуясь руке мужа, а сама быстро оглянулась на девушку, которая чем-то сумела привлечь внимание Андрея. Встретила едкий, насмешливый взгляд и тут же отвернулась. И не поняла, отчего на душе стало легче. Кажется, всё наоборот плохо, а она вздохнула свободнее и сама взяла мужа под руку.
- Ты торопишься? – спросила она, заметив, что Андрей снова посмотрел на часы.
- Да, боюсь, с обедом ничего не получится. Не обидишься?
- Нет, конечно. Но ты же, наверное, голодный.
Жданов улыбнулся, освободил свой локоть от руки жены и обнял Катю за плечи.
- А я вечера жду. Что ты мне там обещала?
Катя рассмеялась.
- Вкусное.
- Вкусное?
- По крайней мере, я очень постараюсь, - пообещала она.
И почему ей так запомнилась его улыбка, предназначенная другой женщине? Пусть ничего незначащая, но её всё равно задела. Пока шли к стоянке такси, Катя украдкой посматривала на мужа, разглядывала его, пытаясь угадать, о чём он может сейчас думать. Легонько пошевелила пальцами, а Андрей покрепче перехватил её ладонь, и Катя улыбнулась в сторону.
- Точно не обиделась?
Она покачала головой, уворачиваясь от его взгляда. Смотреть в его насмешливые глаза, терпения не хватало. Андрей открыл заднюю дверь такси, положил пакет с покупкой на заднее сидение, а потом притянул жену к себе.
- Какая-то ты загадочная, Катерина. В чём дело?
Катя удивлённо посмотрела, но сама понимала, что удивление переигрывает, а Жданов и вовсе рассмеялся.
- Ты торопился, - напомнила она, пытаясь расцепить его руки на своей талии. А когда выбилась из сил, шёпотом попросила: - Отпусти, люди смотрят.
Андрей несколько долгих секунд смотрел на неё, а она всё так же смешно отворачивалась, смотрела куда-то в сторону, куда угодно, только не на него. Потом быстро наклонился, глянул на водителя, который терпеливо ждал, когда же они, наконец, расстанутся, и можно будет ехать.
Андрей снова посмотрел на жену и решил её поддразнить.
- Кто смотрит?
Она рассмеялась и попыталась его оттолкнуть. Ну как – попыталась? Легко толкнула его кулачком в грудь, но от поцелуя уворачиваться не стала. Провела ладонью по щеке Андрея.
- Пока? – прошептал он.
Она кивнула и села в машину. А потом глядела в окно и даже рукой ему помахала, потому что он стоял и внимательно смотрел вслед такси, и будто бы никуда не торопился. Когда машина выехала со стоянки, Катя повернулась на сидении и стала смотреть в заднее стекло. Андрей шёл к машине уверенной походкой, а Катя вдруг с удивлением подумала, что это – её муж. Скоро месяц, как они женаты, а она ещё только начинает привыкать к этой мысли.
- Девушка, вам радио не помешает?
Развернулась на сидении, закусила губу, чтобы не разулыбаться совершенно глупо, и покачала головой.
- Нет.
Родители при виде её удивлённо переглянулись.
- Что с тобой?
- А что?
- Не знаю, - нахмурился отец. – Странная какая-то. Чего ты улыбаешься?
- Просто настроение хорошее. Пап, я тебе таблетки купила от давления.
Пушкарёв выглядел немного сконфуженным.
- Зачем? Я сам бы купил. Деньги тратишь…
- Да ничего я не трачу, деньги у нас есть. Я в магазин ходила, заодно и в аптеку зашла.
- Ты с Андреем ходила? Я видела, вы вместе уезжали.
Катя рассказала про курсы, хотела похвастаться обновкой, но промолчала, когда поняла, что отец от её рассказа почему-то не в восторге.
- Папа, ну что ты хмуришься? У нас всё хорошо.
Елена Александровна взглянула на мужа, а потом махнула на него рукой.
- Не обращай внимания, - сказала она, обращаясь к дочери. - Просто до сих пор привыкнуть не может, что ты выросла. И из-под его крыла вылетела. Не ты о ней теперь заботишься, не ты, - улыбаясь, проговорила она, погладив мужа по плечу.
- А я разве что говорю? – сказал он, отворачиваясь к телевизору.
Воспользовавшись моментом, Катя быстро поцеловала отца в щёку и выскользнула из кухни. А выходя из квартиры родителей, столкнулась с Зорькиным.
- Вот тебя-то я и ищу, - начал он с ходу и пошёл за подругой вниз по лестнице.
- Мне тебя кормить нечем, - сразу предупредила она. – Я только ещё собираюсь ужин готовить.
- В плане питания я на тебя никогда и не надеялся, Пушкарёва, - фыркнул он, разуваясь в прихожей. Сунул ноги в тапочки Жданова и пошлёпал в комнату следом за Катей. – Ты лучше посмотри, что я тебе принёс. Кать, ты где?
- Да здесь я, - отозвалась она, выглядывая из спальни. – Мне переодеться надо, подожди.
Зорькин послушно сел на диван и начал оглядываться. Потом посмотрел на домашние тапки на своих ногах, которые были велики ему на пару размеров, и задумчиво позвал:
- Кать.
- Что? – откликнулась она.
- Может расскажешь?
- Что? – Катя вышла из спальни и на друга посмотрела непонимающе.
- Про жизнь свою… новую. Ты же мне теперь ничего не рассказываешь.
- А что рассказать? У меня всё хорошо.
- Ты уверена?
- Коль, да что тебе нужно? – разозлилась она. – Ты можешь прямо сказать?
- Да я и так говорю прямо. Расскажи мне о том, как ты живёшь. Твоего «хорошо» - мало.
Она сложила руки на груди и нахмурилась.
- Не понимаю. Тебя родители попросили, что ли?
Колька тут же отвернулся и загрустил, а Катя подошла ближе.
- И о чём попросили?
- Но ты им тоже ничего не рассказываешь, - не стал больше таиться Зорькин. – Они волнуются.
- А когда замуж меня выдавали – не волновались?
- А вот этого я не знаю, Пушкарёва, я не родитель. Но ты ведь, правда, ничего не рассказываешь!
- Да что я должна рассказывать им? Я за день по пять раз к ним поднимаюсь, и всё со мной в порядке.
- Ну, ладно, не кричи… Это ты им всё скажешь, но я-то знаю.
- Что?
- Что ты замуж вышла совсем не по той причине, которую им озвучила. Ну, не верю я в вашу… с мужем твоим, внезапную любовь. С чего бы это?
- Коля, тебя это не касается.
Он фыркнул и свернул журнал, который держал в руках, в трубочку. И на Катю через эту самую трубочку посмотрел.
- Не думаю, что тебе бы пришло в голову выходить за него замуж, даже если ты с ним и переспала разок.
Катя тут же вспыхнула, от этого разозлилась, отняла у Зорькина журнал, и стукнула Кольку им по голове. Тот рассмеялся и потёр ушибленное место.
- Что? Я не прав?
- Психолог фигов.
Колька только плечами пожал.
- Оставь моего мужа в покое. У меня хороший муж.
- Правда?
- Да.
Зорькин развалился на диване и улыбнулся.
- Ну, раз так…
Глядя на его хитрую физиономию, Катя погрозила ему свёрнутым в трубочку журналом.
- Я даже думать не хочу о том, что у тебя на уме!
Кинула в него журналом и вышла из комнаты. Забрала из прихожей пакеты с продуктами и ушла на кухню. Вскоре там появился Зорькин, сел за стол и снова принялся оглядываться.
- А кем он работает, Кать?
- У него своя фирма, - тут же ответила она и замолчала, уловив в своём тоне хвалебные нотки. Ей самой это показалось странным, и Катя поспешила исправиться: - То есть, у них с другом.
- И что? Доходный бизнес?
- А что тебя удивляет?
- Да ничего меня не удивляет. Просто любопытно. Вот например, если он хорошо зарабатывает, то почему жильё не купит? Всё снимает… это не солидно. К тому же, он теперь семейный человек.
Катя закрыла холодильник, обернулась и на друга поглядела с вызовом.
- А мне любопытно – почему ты сидишь здесь? Ты же на работе должен быть?
- А у меня выходной.
- Какая-то странная у тебя работа, с выходными на неделе.
- Не придирайся к словам, пожалуйста, - усмехнулся он. – Хочешь, чтобы я ушёл?
- Я хочу, чтобы ты не задавал мне дурацкие вопросы!
- Да никакие они не дурацкие. Думаешь, я не понимаю, что ты замуж выскочила из-за Старкова? И, по-моему, это глупо.
Катя аккуратно выставила на стол банки с консервированным горошком и кукурузой, а потом подняла на друга глаза.
- Это неправда.
- Мне-то не ври. Думаешь, я не знаю, что он женится?
- Откуда знаешь?
- Да все уже знают… Светка мне сказала. А я знаю, что ты к нему на свидания бегала в последнее время. Ведь бегала?
- Отстань.
- Кать.
- Коль, ну что тебе нужно?
- А ты Андрею про Старкова сказала? Он в курсе твоей великой любви?
- Он в курсе, успокойся.
Колька вытаращил на неё глаза.
- Да ладно…
Катя взяла в руку банку с горошком и на друга замахнулась.
- А если ты кому-нибудь скажешь…
- Да ты что! Первый день знакомы, что ли?.. И он на тебе всё равно женился?
- Коль, это тебя уже не касается. У нас с Андреем всё хорошо. – Помолчала, а потом призналась: - Намного лучше, чем я ожидала… То есть, я такого даже не ожидала.
Зорькин оценил появившись на её щеках румянец и хмыкнул.
- Ещё бы… Он, наверняка, умеет очаровывать женщин. Единственное, чего я не понимаю – что он в тебе нашёл?
- Я сейчас обижусь, - предупредила его Катя.
- Да ладно тебе… сама всё понимаешь.
Катя вдруг заметно опечалилась, и устало опустилась на стул.
- Понимаю. Мы когда вместе куда-нибудь выходим, я себя рядом с ним гадким утёнком чувствую. А сегодня в магазине такое было…
- Что?
Пушкарёва подумала, а потом рассказала другу об инциденте с продавщицей, которая об её мужа чуть глаза не сломала. Колька выслушал и покачал головой.
- И ты этому удивляешься?
- Да нет, чего мне удивляться? Просто неприятно было… очень.
- А ему ты об этом сказала?
- С ума сошёл? Что я ему должна была сказать?
Зорькин плечами передёрнул.
- Что ревнуешь.
А Катя приоткрыла рот, глядя на него изумлённо.
- Я - что?
- Ревнуешь. Разве нет?
- Нет, конечно!
- Ну да, - насмешливо скривился Коля, - а ты теперь будешь сидеть дома и, как примерная жена, ждать, когда он вернётся с мамонтом. И ни в жизнь не спросишь, где он этого мамонта добыл – на охоте или в близлежайшем магазине!
Катя кинула в него веточкой петрушки.
- Ненавижу, когда ты такой!
- Между прочим, я серьёзно. Я тебе вот показать принёс… Куда ты журнал дела?
- Какой журнал?
- Которым меня по голове лупила! Где?
- На подоконнике лежит.
Зорькин схватил журнал и принялся его листать.
- Сейчас я тебе покажу!..
Катя снисходительно на него посмотрела и начала убирать оставшиеся на столе продукты в холодильник.
- Вот, смотри!
Она обернулась, поправила очки и взглянула на страницу журнала.
- Что?
- Ох, Катерина!.. Вот, твоя модель телефона. Который тебе муж, якобы, подарил.
- Почему – якобы? – удивилась Катя.
- А ты посмотри сама. На цену внимание обрати…
Катя положила журнал на стол и разгладила страницу, которая упорно заворачивалась в трубочку. Пробежала глазами, и удивлённо выдохнула:
- Сколько?
- Вот-вот, - закивал довольный собой Зорькин. – Я как увидел – сам обалдел.
- Мамочки… - Катя снова опустилась на стул и беспомощно на Кольку посмотрела. – Он что, с ума сошёл?
- Откуда мне знать? Это же твой муж. Поэтому я и спрашиваю – сколько он зарабатывает.
- Да откуда же я знаю? Андрей сам деньгами распоряжается. Мне даёт сколько надо… Много даёт, и говорит – не экономь.
Колька подпёр голову рукой, в задумчивости обвёл взглядом стол, подобрал веточку петрушки, которая совсем недавно летела в него, и сжевал.
- Слушай, Кать, а может он бандит какой?
- Ты кино пересмотрел?
- Почему? Всякое бывает… Ну, вот что ты про него знаешь?
- Да всё я про него знаю! – рассердилась она. – У него своя фирма, он долго жил в Европе, поэтому друзей у него здесь практически нет. И родители его живут в Европе, их фотография у нас на полке стоит, между прочим! И мама у него красивая, и он её любит! Вот ты свою маму «мамулей» называешь? А он называет! Я же слышала, как он с ней разговаривает!
- А ты с ней разговаривала?
Катя стушевалась.
- О чём я с ней буду говорить? «Здравствуйте, меня зовут Катя, я ваша невестка, давайте познакомимся по телефону?». Я так не могу… А она знаешь какая?
- Какая? – съязвил Зорькин.
- Красивая! Такая элегантная, как королева! Что я ей скажу? А Андрей… он мне приветы от неё передаёт, каждый раз. Вот так вот. И никакой он не бандит, и прекрати наговаривать на моего мужа!
Колька протяжно вздохнул и вытащил из вазочки конфету.
- Хорошо бы… А то обидно будет. А как же Старков?
- Да никак! Он меня больше не интересует!
- Ой, помнится, такое я уже слышал.
- Отстань.
- Кать, а муж у тебя ревнивый?
- Нет!
- Ты уверена?
- Хочешь, покажу тебе сапоги? Знаешь, какие красивые? У меня никогда таких не было. Из какой-то коллекции… я название не запомнила.
- Дорогие, наверное, да?
Катя с трудом перевела дыхание, сжала руки в кулаки, а потом достала из пакета две луковицы и положила перед Зорькиным. Дала нож и разделочную доску.
- Вот, режь, и замолчи, наконец.
- А почему я лук режу?
- Потому что я так решила. Или можешь идти домой.
Он что-то недовольно забормотал себе под нос, но взял нож и начал чистить луковицу.
Зорькин столько ей умудрился наговорить, что всё настроение готовить у Кати пропало на корню. Остановилась у окна, посмотрела на улицу, и попыталась собраться с мыслями. И тут же на себя разозлилась. С мыслями собраться, настроиться? Кому какое дело до её настроения? Через несколько часов с работы придёт муж, голодный, и его должен ждать вкусный ужин и жена в хорошем настроении, которая выслушает и улыбнётся лишний раз, просто так, чтобы сделать ему приятно…
Взяла с подоконника кулинарную книгу, открыла на нужной странице и громогласно объявила:
- Готовить будем «Свинину, запечённую с грибами и сметаной»!
Зорькин замер на секунду, смакуя про себя название.
- Звучит здорово… а ты уверена, что сможешь?
Катя пожала плечами.
- Вроде ничего сложного. Даже подозрительно просто. Свинину я купила, грибы купила, сметану купила, - начала она загибать пальцы. – Лук ты режешь… Режешь?
- Режу, режу, - пробормотал он, шмыгнул носом и утёр слёзы рукавом. – Все мои беды от доброты… Можно подумать, меня этой свининой угостят!
- Режь, Коля. У меня глаза накрашены.
- Блин… Катька, а ты не думаешь, что тебе нужно что-то в себе поменять?
- Что ты имеешь в виду?
- Ну… этот самый, гардероб.
Катя задумалась.
- Боюсь, что толка от этого не будет.
- А ты не экономь, - посоветовал друг. – Вот увидишь, когда о деньгах думать перестанешь, всё получится намного проще. И, возможно, лучше.
Катя поневоле улыбнулась.
- Ты-то откуда знаешь?
- А я по Светке сужу. Или думаешь, что у неё вкус лучше, чем у тебя? Просто у неё денег больше.
Эта мысль показалась Катерине интересной. Она прижала к себе тяжёлую книгу, присела на широкий подоконник и на минуту призадумалась. Зорькин посмотрел на неё и ухмыльнулся.
- Всё-таки деньги портят человека… Лук я порезал, дальше что?
Дальше нужно было вымыть, обсушить и нарезать ломтиками свинину. Это важное дело, Катя другу не доверила и взялась за дело сама. Но прежде повязала фартук, убрала волосы в хвост, вымыла руки и, наконец, почувствовала себя настоящей хозяйкой. Теперь уже Колька сидел на подоконнике, жевал яблоко и в пятнадцатый раз читал Кате вслух рецепт, контролируя её действия. А когда она замерла в ступоре от фразы «откинуть на дуршлаг», рассмеялся.
- Хороша хозяйка, нечего сказать!
Зато, когда в замочной скважине повернулся ключ, по квартире витал соблазнительный аромат запечённого мяса. И стол был накрыт по всем правилам, а помимо главного блюда, Катя собиралась побаловать мужа салатом, пусть и совершенно простым, из овощей. Но зато он был выложен на красивую тарелку, на листья салата, а рядом с новыми тарелками сверкали начищенные серебряные столовые приборы – подарок родителей на свадьбу.
Всё, как Катя и мечтала. Все сегодняшние тревоги и важные разговоры были позабыты, и она ждала только Андрея – чтобы он пришёл и её старания оценил.
Кольку она прогнала ещё час назад, но прежде он снял пробу, похвалил и тогда уже собрался уходить. Загадочно сверкал на неё глазами, но Катя это старательно игнорировала, и за дверь его, хохочущего, практически вытолкала.
Хотелось праздника. Хотелось чего-то волшебного и трогательного. И несмотря на расстройство из-за воспоминаний о навязчивой продавщице, больше помнился их с Андреем поцелуй на стоянке. И, наверное, поэтому она не только красиво накрыла стол, но и сама нарядилась. Сняла домашний костюм и надела платье. Пусть скромное, не слишком модное, ни из какой не из «коллекции», но выглядеть красиво сегодня очень хотелось.
Но в прихожую встречать Андрея не вышла. Он уже привычно крикнул:
- Кать, я дома!
А она дождалась, пока он войдёт в комнату, а потом снова его голос:
- А запахи-то, запахи какие… Я точно дома? Не ошибся?
И тогда она вышла из спальни. Хотела удивить мужа, хотя и думала, что он по-доброму посмеётся над её желанием устроить важный (почему-то никак не могла произнести слово «романтика», даже про себя) ужин, а когда вышла и увидела цветы… сама и удивилась.
- Андрей…
- У нас важный вечер, я угадал?
Неожиданно он произнёс её слова, и Катя поняла, что ему тоже немного неловко. И поэтому с готовностью кивнула и улыбнулась.
- Да, важный вечер.
Важные вечера тоже по-разному проходят. Можно долго сидеть за столом, при свечах, пить вино, произносить красивые фразы и строить планы на будущее… И брать сидящую напротив девушку за руку, смотреть ей в глаза, восторгаться тому, как блестят они в мерцающем свете свечей, убеждать себя, что твоя избранница – единственная и неповторимая. А можно быть обычным и даже чуточку нелепым, не прикрывать рукой или бокалом пятно от вина, которое ты поставил, проявляя чудеса опытности, открывая бутылку. И хвалить ужин, который приготовила тебе жена. Хвалить не потому, что это доставит ей удовольствие или это такой тонкий ход с твоей стороны, а потому что она смотрит на тебя с детским восторгом и ждёт твоего решения. Не похвалы, а именно решения на уровне – нравится или не нравится. А потом вместе хохотать, обнаружив, отсутствие света, и то, что все свечи в доме сожжены во имя «важного вечера». И можно не заниматься любовью только потому, что это было бы правильное завершение такого замечательного вечера. Да ещё и без света… словно кто-то решил сделать им подарок, не желая всё это заканчивать.
Можно просто сидеть на диване, обнявшись, в полной темноте, допивая вино, и о чём-то перешёптываясь. Тихо-тихо, потому что в абсолютной темноте и тишине, каждый шорох и шёпот кажется чем-то громоподобным и необоснованно резким. Да и не нужным.
И платье, то, что не модное и не из коллекции, наверняка всё мятое. Хорошо, что ОН не видит.
Катя повозилась, устраиваясь поудобнее, и взяла Андрея за руку, чувствуя, как его пальцы тут же сжали её ладонь. Улыбнулась в темноте. Хотя, какое ему дело до её мятого платья? Он так приятно тыкается носом в её волосы, жарко дышит, а иногда смеётся, когда она начинает отодвигаться от него, спасаясь от его щекочущего дыхания.
- Странно, - пробормотал он, когда Катя уже уютно устроилась у него на груди, но ещё отчаянно боролась со сном. – Зачем люди придумали электричество? Неужели им в темноте заняться нечем было?..
Запомнились эти слова, сонное недоумение в голове Андрея и луна в окне, подозрительно яркая. А проснулась Катя оттого, что Андрей завозился. Открыла глаза, не понимая, отчего ей так неудобно лежать и тут же их закрыла и тихонько застонала.
- Свет дали, - сказал Андрей хриплым голосом.
Катя с трудом села и потёрла щёку, которой прижималась к плечу мужа во время сна. Жданов поднялся с дивана и потянулся.
- Спать, милая, спать, - пробормотал он, на ходу расстёгивая рубашку.
А Катя рассмеялась, наблюдая за ним. Он выглядел таким смешным в мятой рубашке, с заспанным лицом и взъерошенными волосами. Андрей на её смех оглянулся, сначала посмотрел непонимающе, а после усмехнулся и поманил её пальцем.
- Иду…
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
