|
- Шурка, милая моя… - шептал он, и чувствовал себя совсем мальчишкой, потерявшим голову на первом свидании с девушкой. Смешно, глупо, но и притягательно, заманчиво… Вот она - настоящая жизнь на полную громкость, а он-то думал найти ее в совсем другом месте и совсем иначе, с другими…Сколько их было? Со счета сбился, и ни с одной не испытал того, что сейчас с Шурой, его Шурой. Он сошел с ума и был этому рад. - Соскучился по тебе, как же я по тебе соскучился!…Моя…
Каждое новое ласковое слово, больно ударяло по Шуре. Не могла слушать их, не была она ЕГО, как и Рома не принадлежал ей. Все здесь чужое, и она здесь чужая… вторгнувшаяся на запретную территорию путем обмана. Набрала в грудь побольше воздуха, собралась с силами… «То, что сегодня кажется катастрофой или вырванным у судьбы счастьем, назавтра становится просто вчерашним днем». Она хорошо выучила это правило, бояться больше нечего, избегать тем более.
- Что-то не так?- спросил Роман, заметив, как внезапно напряглось ее тело.
- Ром, нам надо поговорить.
- Шур, какие разговоры?! Давай после!
- Твоя мама знает, кто я такая на самом деле, – она, наконец, выдохнула.
Он замер.
- Еще с Владимира, практически с самого начала.
- Почему раньше никто мне ничего не сказал? – ледяные нотки в голосе, отдались в сердце Шуры ранящими иголками. Слишком разителен был контраст по сравнению с недавним ласковым шепотом.
- Ты был так доволен тем, как удалось провести весь Владимир… Мне дали выбор - либо я молчу, либо будет скандал, я решила уберечь тебя от выяснения отношений. Не видела в этом смысла. Прости меня…
- Подожди, а вчерашний мамин звонок? Кто его подстроил? - Он подтянулся к светильнику и включил свет, хотелось лучше видеть лицо Шуры.
Та встала, накинула на себя халат, понимая, что после ее признания, вряд ли Малиновскому захочется быть с ней рядом.
- Я понравилась твоей маме. Она большой разницы между Светой и Шурой не заметила, хочет женить тебя на мне.
- Что?! – Холодность сменилась изумлением.
- Она звонила мне вчера, спросила как у НАС дела, я ей в очередной раз попыталась объяснить, что НАС нет. Ром, я честно пыталась все это время донести до нее эту мысль. А потом она позвонила тебе и сказала, что приезжает. Я не хотела больше обманывать всех.
- Почему же ты передумала?
- Мама сказала, что я должна отговорить тебя признаваться во всем, еще, мол, не время…
Она сидела под внимательным взглядом Ромы, краснея от стыда и закусив губу, в попытках остановить, готовые хлынуть вот-вот слезы.
Глаза Малиновского же вдруг засветились лукавыми искорками, вместо того, что бы полыхнуть праведным гневом. Он сначала тихонько рассмеялся, а потом не выдержал и захохотал громче, повалился на постель и увлек за собой Шуру.
- Бедная, бедная моя Шурочка, да… попала ты… - успокаивающими движениями стал гладить ее по волосам, щеке, шее…- Представляю, как тебе сейчас тяжело…
Никак не укладывалось в голове, почему после всего он продолжал настойчиво звать ее «своей» и даже сочувствовал… Или только ей все казалось настолько серьезным, а ему лишь смешным….
- Ты насмехаешься? Лучше бы ты сердился или даже презирал меня! – Попыталась вырваться. Ее слабые попытки Рома пресек, лег на нее, вдавливая своим телом в кровать, попытался поцеловать уворачивающуюся девушку:
- С чего ты это взяла? – спросил он, решив все же доказать Шуре его серьезное к ней отношение не только делом, но и словом, - Я совершенно не собирался насмехаться над тобой, а сердиться и тем более презирать?! Фу, какое слово гадкое! Мне ли не знать свою мать. У меня то не получается ей отказывать, как я могу ожидать от кого-то другого иммунитета к ее манипуляциям.
- И что теперь делать? - Она попыталась запахнуть полы халата и сдвинуть коленки, которые Рома тут же с настойчивостью заголял.
- Ну… есть вероятность, что она так и не доедет до Москвы. Раз решила нас уложить в одну кровать, мешать же нам не станет, правильно? А если все же приедет, я ей во всем признаюсь, только не выдавая, что ты раньше призналась во всем мне. Так лучше. Вдруг не простит тебя за предательство.
- Неужели не понимаешь, это я предала тебя! – Упрямо настаивала Шура.
- Понимаю и замечаю, что ты все последние дни не в себе… Впрочем, как и я сам... «травма черепно-мозговая моя любовь…», - напел он строки из песни своей любимой группы…
- Мне лучше уехать! Прямо сейчас! - она, занятая собственными мыслями, не обратила внимания на ненароком произнесенное им признание в своих чувствах.
- Еще чего! - Рома стал стаскивать с нее халат - ни за что не отпущу тебя! А как же компенсация за причиненный мне моральный ущерб, не говоря уже о физическом?!
- Физическом?... Какой еще физический ущерб?
- А мое разбитое сердце?! Ты о нем не подумала?! – он приставил палец к груди и нажал на воображаемый курок. Рухнул к Шуре на живот, тут же покрывая его поцелуями… - Шур, ну давай в другой раз поговорим, а? Я так тебя хочу!
***
- Рома, Рома… - потрясла Шура его за плечо, - вставай.
Видя тщетность своих усилий, решила прибегнуть к другому способу побудки - стала языком щекотать грудь мужчины, и тот не сдержал улыбку.
- Пора вставать.
- Уже… встал, - он открыл глаза и подмигнул девушке, она заглянула под одеяло – на работу они сегодня точно опоздают.
Недвусмысленное Шурино облизывание губ завело Рому еще сильнее, он стал направлять девушку вниз, мягко нажимая на плечи:
- Ты читаешь мои мысли, как и я твои…
В двери позвонили.
- Мама?.. – разочарованно спросила Шура, глянув на Рому снизу.
- Не отвлекайся…
Раздался еще один звонок.
- Надо…
- Она же сама хотела, что бы мы занялись тем, чем как раз сейчас и занимаемся. Подождет, - перебил ее Рома.
- Как ты себе это представляешь?
Рома тоскливо вздыхая, поднялся с кровати.
- Одень, что-нибудь.
Он взял ее шелковый зеленый халатик, сброшенный на пол, и попытался влезть в него.
- Тебе подходит, ты в нем такой мужественный, - хихикнула Шура. Ее халат совершенно не скрывал того факта, что всего минуту назад Рома «встал» для продуктивной и приятной работы НЕ на благо «Зималетто» и Шура, как истинный помощник, помогала ему в этом процессе с привычным рвением.
- А то! – наклонился и поцеловал.
В дверь настойчиво зазвонили в третий раз.
- М-м-мммама! – прорычал Малиновский, злясь на непрошенного гостя, - а ты заметила, что у меня в квартире нам вечно кто-то мешает?
Он сменил ее халат на свой из шкафа, и пошел открывать двери.
***
- Ма, рад тебя видеть. Мы еще спали, прости, что сразу не открыл.
- Здравствуй, дорогой.
Рома помог разобраться с мамиными сумками, поставил на кухне чайник и вернулся в спальню.
- Шур, не спеши, я пойду пока с ней поговорю, – он присел рядом.
- Я с тобой. Ты же хотел, что бы я тебя поддержала.
- Сам разберусь. Вставай, одевайся, умывайся, как ни в чем не бывало. К тому времени, как к нам на кухне присоединишься, мама уже все будет знать.
- Ром, этот разговор… Он точно нужен? Если хочешь, я могу снова подыграть.
- Нет, хватит, вчера я согласился, думая, что это надо тебе, но сегодня, ради маминых фантазий, отказываюсь.
***
На столе его уже ждал кофе, а на сковородке поджаривались яйца. «Нет, определенно в присутствии женщины в доме есть своя польза!», - подумал Рома.
- Мама, ты лучшая! - вырвалось у него вполне искренне, хотя и с задней мыслью о задабривании перед предстоящим разговором.
Он сходил в гостиную и принес детскую фотографию Шуры, положил перед мамой на стол.
- Ты уже знакома с этой девушкой, но мне бы хотелось познакомить вас еще раз.
Та покрутила в руках фото и положила обратно:
- Что ты имеешь в виду? – с подозрением спросила она.
- Она не Света, а Шура.
Мама, изображая непонимание, взглянула на сына.
- Я тебе все сейчас расскажу. Знаком я с ней уже давно, мы вместе работаем, она мой секретарь.
- А зачем ты назвал ее Светой?
- Ты хотела невесту, я ее привез. Тебе же никто не может отказать! Вот и мне проще было обмануть, чем сказать правду.
Мама кашлянула. Ей тоже стоило бы во многом признаться Роме, но она пока не решалась.
- Шура говоришь?... И как ты убедил ее участвовать в своем цирковом представлении? - спросила она.
- У нас с ней довольно доверительные отношения… и близкие…
- Так вы живете вместе?
- Не совсем… мы и здесь разыграли все лишь для тебя одной.
- Между вами совсем ничего нет? – мама вела тему разговора в нужное ей русло. Если Рома ответит строго «нет» на ее вопрос, вряд ли что-то у них с Сашей получится в будущем, и даже она не сможет это изменить.
- Я с некоторых пор в этом не так уверен... - Как объяснить, что он испытывает к Шуре на самом деле? Это же не трёп с пьяным Ждановым, - Не знаю, как с тобой говорить на такую непростую тему, прости…
- Не надо, не говори, - улыбнулась Анна Петровна. Ромина заминка и смущение было большим, чем то, на что она рассчитывала. – Саша, так Саша, или, как ты там ее называешь, Шура?
- И ты даже ругаться не станешь? - сделал вид, что удивлен.
- Знаешь, я тут подумала, во всем виновата я сама, больше никогда не стану на тебя давить и заставлять что-то делать против воли, - «вот только женю на Саше, и живите дальше, как хотите», - мысленно добавила она.
Последний раз редактировалось Байба 17 фев 2009, 02:02, всего редактировалось 1 раз.
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
