|
***** 25 *****
Кира шла по тёмным коридорам, направлялась к президентскому кабинету, и внимательно прислушиваясь, но кроме голосов гостей, доносящихся из зала и холла, слышно ничего не было. И казалось, что вокруг неё не темнота, а сгустившиеся тучи, предгрозовые, которые нависли над всей её жизнью и давят, давят… Что-то такое происходило, именно в этот момент, Кира это чувствовала. Внутри толчками поднималось беспокойство, и она не знала куда бежать, что делать, чтобы всё это, наконец, закончить, выяснить до конца. Чтобы разобраться в себе и в окружающем её сумраке.
Вот и шла по этому тёмному коридору, влекомая какой-то неведомой силой, в стремлении найти правду. Какое-то странное чувство, томящее и мучительное. Предчувствие беды.
Завернула за угол и практически налетела на какого-то человека. Кира довольно громко вскрикнула – и от страха, и от неожиданности, а мужчина успел подхватить её под локоть. В первый момент Воропаева только судорожно хватала ртом воздух, а потом опомнилась и настойчиво высвободила свою руку. А затем и отступила на пару шагов.
- Вы чего здесь ходите в темноте? – поинтересовалась она взволнованным шёпотом. Сама не знала, почему заговорила именно шёпотом, это ещё больше взбудоражило нервы. Посмотрела на него немного испуганно и ещё отодвинулась.
Она могла видеть только его силуэт, тёмную фигуру и слышала, как он дышит, словно бежал откуда-то.
Откуда он мог бежать по коридорам офиса?
Мужчина сдвинулся в сторону и опёрся рукой в стену на уровне Кириного лица.
- А вы?
- Вообще-то, я здесь работаю, - осторожно проговорила Воропаева. – Я к своему кабинету иду. А вот что вы здесь делаете?
- Осматриваюсь.
- В темноте? – не поверила она.
Он засмеялся.
- Да, вы правы. Но мне показалось неудобным включать свет. На это у меня права точно нет.
- Тогда что вы здесь смотрите? – в её голосе послышалось просыпающееся раздражение. Кира уже скинула с себя испуг, расправила плечи и вздорно фыркнула. – И что за странный интерес? Вы собираетесь выкупить «Зималетто»?
Мужчина рассмеялся, причём довольно легко и беззаботно.
- Ну что вы? Откуда у меня такие деньги? Просто… интересно. Я любопытен, знаете ли.
- Я тоже любопытна, - возразила Кира, но уже спокойно. Обошла его, прошла к столу секретаря и включила настольную лампу. А потом оглянулась и с любопытством посмотрела на любителя ходить по тёмным коридорам.
Молодой, симпатичный и улыбается мило. Вот только его улыбка не трогает. Она словно приклеена к его лицу и ничего не значит. – Я тоже, знаете ли, любопытна, но не до такой степени, чтобы путешествовать по незнакомым тёмным коридорам.
- Кира Юрьевна, я вас напугал?
Воропаева удивлённо посмотрела.
- Мы знакомы?
Он покачал головой.
- Нет, но я же не просто так сюда пришёл.
Кира слегка качнула головой, присматриваясь к нему с явным интересом. А молодой человек улыбнулся.
- Меня зовут Михаил Борщёв. Меня Юлиана пригласила, мы с ней работаем вместе.
- Ах вот в чём дело! – Воропаева облегчённо вздохнула. – Что ж, приятно познакомиться, - и протянула ему руку. – Правда, при довольно странных обстоятельствах.
Михаил пожал плечами.
- Просто недоразумение. Юлиана мне много рассказывала про «Зималетто», вот я и решил посмотреть.
- Это не «Зималетто», - покачала Кира головой. – «Зималетто» - это наши швейные цеха и конечно мастерская Милко, а это… просто кабинеты.
- Да, наверное, вы правы.
- А вы чем занимаетесь? Если не секрет, конечно.
- Не секрет, - улыбнулся он. – Я недавно открыл ресторан в Москве. Конечно, без Юлианы я бы просто не справился. Москва – очень сложный город.
Кира с пониманием покивала.
- А Катя президент компании?
Воропаева насторожилась.
- Катя? Вы знакомы?
Борщёв улыбнулся.
- Да, давно. Но потом наши пути разошлись… Она ведь замуж вышла, да?
Кира кивнула, всё ещё с подозрением глядя на нового знакомого. Что-то такое было в его голосе, что давало понять, что он говорит не просто о знакомой.
- Да, за моего брата.
Михаил удивился, а потом и смущённо улыбнулся.
- Вот как… Извините, я не знал.
- А за что вы извиняетесь? – не поняла Кира.
Он посмотрел на неё абсолютно честными глазами.
- Ни за что… просто к слову.
- Ну конечно.
Кира не поверила ему. Уж слишком выразительной была его попытка выкрутиться в последний момент.
- Может, вернёмся в зал? – предложил Михаил, игнорируя её испытывающий взгляд. – Или… вы ведь хотели зайти в свой кабинет?
Кира обернулась на дверь кабинета, а потом покачала головой.
- Нет... Я искала одного человека, но его, по всей видимости, здесь нет. Да, давайте вернёмся в зал.
- Надеюсь, я вас не обидел? – спросил он, когда они подходили к дверям. Кира недоумённо посмотрела.
- Нет. С чего бы это?
- Просто вы как-то насторожились, когда я спросил о Кате. Вы не подумайте, мы с ней просто друзья.
- Я ничего такого не думаю, Михаил. Что вы?
Борщёв кивнул и улыбнулся.
- Тогда может, выпьете со мной? А то, если честно, кроме Юлианы и Кати я здесь никого не знаю. А им не до меня.
Кире неудобно было отказать. Она кивнула и пошла с ним к бару, чувствуя его руку чуть выше своего локтя.
- Знаете, я рад за Катю, - сказал он через пару минут.
Кира даже удивилась такому настойчивому желанию снова вернуть разговор к Кате Пушкарёвой. Это наводило на определённые мысли.
А Миша смятённо посмотрел и застенчиво улыбнулся.
- Правда, рад. Она такой человек, что если уж полюбила кого-то… Вашему брату очень повезло.
- Вы так думаете? – недоверчиво усмехнулась Воропаева.
- А вы так не считаете? У вас плохие отношения?
- Какая разница, какие у нас с ней отношения? Сашке с ней жить. И если его устраивает… Что я могу поделать?
Борщёв кивнул.
- Да. Главное, чтобы они были счастливы. Чтобы доверяли друг другу…
Кира изумлённо посмотрела на него.
- Зачем вы мне всё это говорите? Мне всё равно – доверительные у них отношения или нет. Или для вас это имеет значение?
- Конечно, имеет, - удивился он вполне искренне. – Я беспокоюсь о ней.
- Не стоит, - холодно оборвала она его. – У неё всё в порядке. Даже лучше. Катенька у нас в шоколаде.
Повернула голову и вдруг встретила довольно странный взгляд своего собеседника – холодный и сосредоточенный. Кира словно споткнулась об этот взгляд. Но Борщёв тут же заулыбался, когда она посмотрела на него.
Кире стало не по себе. По коже неожиданно пробежал мороз, и даже голос пропал. Она кашлянула в кулак и поставила бокал с недопитым вином на стол и натянуто улыбнулась.
- Извините, мне надо идти. Надо жениха найти.
Борщёв понимающе улыбнулся.
- Конечно. Извините, что я вас задержал. Очень приятно было познакомиться.
Кира кивнула, отступая от него.
- Взаимно. До свидания, Михаил.
Он задумчиво посмотрел ей вслед, а потом хмыкнул и обернулся к бармену.
- Коньяк.
>>>>>>>>>>>>
Отправив Катю обратно в зал, Андрей решил найти отца. Ушёл Пал Олегыч не далеко, сидел в конференц-зале, сложив руки на столе и понуро опустив голову.
Андрей вошёл и тихо прикрыл за собой дверь.
- Пап…
Пал Олегыч вздохнул, но глаз на него не поднял.
- Я радовался, - убитым голосом заговорил он, - думал, что хоть Сашка остепенился и всё у него нормально. Жена молодая, красивая, умница. Спрашивается, что ещё надо? И он счастливым выглядит… Но ты ведь не мог всё не изгадить, да? Что ты за человек такой?
- Я?
- А кто? – воскликнул Жданов-старший. – Я не понимаю, откуда такая вражда между вами возникла? Что можно пойти на такое?
- Папа! – не выдержал Андрей. – То, что ты говоришь – это чушь!
- Чушь, говоришь? – Пал Олегыч выпрямился и в упор посмотрел на сына. – А ты хоть понимаешь, как всё это со стороны выглядит?
- Да плевать мне, как это выглядит! – Андрей прошёл к столу, рывком выдвинул стул, но так и не сел. – И наша вражда с Сашкой здесь не причём! Это другое.
- Что другое? И от Кати я не ожидал. Ведь живут всего ничего…
- Прекрати, - тон Жданова стал угрожающим. – И Катьку не трогай!
Андрей всё-таки сел и с минуту они молчали, собираясь с мыслями, а потом он сказал:
- Пап, давай спокойно поговорим. Я тебе всё расскажу. Ты только… не рассказывай никому, ладно? Не надо.
- Не надо? – Пал Олегыч укоризненно покачал головой. – Он же брат тебе почти, а ты его жену…
Андрей возмутился.
- Вот только не надо мне о морали говорить! Не тебе это делать! Ты же знаешь, как это бывает!
Пал Олегыч вдруг стукнул кулаком по столу.
- Замолчи сейчас же!
Андрей вздохнул, а потом поднял руку и потёр переносицу, устало прикрыв глаза на секунду.
- Извини, пап.
- Извини, - передразнил его отец. – Не извиню! Я ещё раз тебе повторяю – Катя не твоя очередная… Она жена Саши. Ты это понимаешь?
- Я понимаю!
- Тогда что?
Андрей закрыл глаза и невесело усмехнулся. Помолчал, а потом повторил:
- Ты не рассказывай никому, хорошо?
Пал Олегыч развёл руками и зло посмотрел на него.
- Ты только это и твердишь – не рассказывай! А раньше ты о чём думал? Как вы теперь жить-то будете? Вы ведь одна семья! И она…
- Да моя бы воля, я бы всё рассказал! – неожиданно выкрикнул Андрей. Тон был агрессивным и нетерпеливым. Но тут же сник и добавил уже со вздохом: - Она всё… Катя переживает.
Пал Олегыч внимательно всматривался в лицо сына и всё больше хмурился.
- Думаешь, мне всё это нравится? – продолжал Андрей. – Я вообще не понимаю, что происходит. У меня такое чувство, что она бросается из крайности в крайность, сама запуталась и меня…
- У вас что… серьёзно?
- Я не знаю, папа! – воскликнул Жданов и вскочил. – Я запутался совсем.
- А как же Сашка?
- А что Сашка? Что, ему одному жена изменяет, что ли? Ещё и не такое бывает, и ничего – живут люди!
- Ты так легко об этом говоришь, потому что сам в такой ситуации не был. Ты не знаешь, что это такое, когда любимая женщина…
- Я знаю, что это такое, папа! Поверь мне.
Пал Олегыч нахмурился.
- Кира?..
- Да причём здесь Кира? – Андрей даже рассмеялся. – Кира… - Жданов прошёлся по залу, а затем подошёл к своему стулу и сел. Посмотрел на отца весьма выразительно. – Пап, дай мне совет. Что мне делать?
Пал Олегыч откинулся на спинку стула и вздохнул.
- Откуда же я знать могу? Я даже не знаю, что ты хочешь.
- Я хочу…- Андрей запнулся. А действительно, чего он хочет? Вернуть Катю? Но ведь как раньше ничего уже не будет. А как по-другому, он не знает.
Закрыл глаза и вздохнул.
- Вот именно, - подтвердил Пал Олегыч, внимательно наблюдая за ним. – Ты сначала подумай… Хотя, надо было это сделать прежде, чем соблазнять Катю.
Андрей криво усмехнулся.
- А с чего ты взял, что это я её соблазнил? – встретил упрекающий взгляд отца и уныло улыбнулся. – Хотя, ты прав, конечно. Я. Соблазнил бедную девочку… И что теперь с этим делать я не знаю.
- Оставь её в покое, - категорично заявил Пал Олегыч. – Не приближайся к ней больше, и она успокоится со временем. У неё муж, семью нужно строить… Катя умная девочка, она всё поймёт правильно. И никто об этом не узнает, я клянусь.
Андрей удивлённо смотрел на него.
- Папа, да ты что? А я? Как я её оставлю?
- Что значит как? – всерьёз разозлился отец. – Так и оставишь! Если хочешь всё исправить…
- Я хочу всё исправить! – утвердительно кивнул Жданов. – Но не так, как ты предлагаешь! Я не смогу просто смотреть, как она с Сашкой! Не смогу просто жить рядом и наблюдать! Как ты себе это представляешь?
- А как ты себе это представляешь? И дальше спать с ней? Что вы вертеп устраиваете? Она чужая жена, Андрей! Ты это понимаешь?
- Понимаю! Я понимаю!.. Вот только подлеца из меня делать не надо! По привычке меня обвинять! К твоему сведению, папа, это он у меня женщину увёл! Воропаев увёл у меня жену, а не наоборот.
- Какую жену, что ты придумываешь?
Андрей уже успел раскаяться, что сболтнул лишнее, но желание хоть с кем-то поделиться, переселило.
- Я собирался жениться на Кате. Летом. Планы уже строил. Но… Я не знаю, как это получилось. Просто неожиданно она оказалось замужем за Воропаевым! – Андрей даже руками всплеснул. – Вот как так бывает? А она мне отказывается это объяснять! Почему она выбрала Воропаева? Сашку, а не меня! Ведь всё было нормально!
- Подожди, подожди! Что значит, жениться ты собирался?
- А как это обычно бывает? – разозлился он. – Меня в наших с ней отношениях всё устраивало, вот я и решил…
Пал Олегыч нахмурился.
- И как давно у вас эти самые отношения?
Андрей выразительно поморщился.
- Какая разница, пап?
- А всё-таки?
- С Нового года, - неохотно ответил Жданов и видел, как лицо отца вытягивается по мере того, как до него доходит истина. Андрей ждать не стал и кивнул, подтверждая свои слова. – Да, все выходные мы провели вместе.
- Та-ак, - протянул Пал Олегыч, багровея.
- Папа, не надо так на меня смотреть! – возмутился Андрей. – Мне не пятнадцать лет. Не надо меня воспитывать! Я сам как-нибудь… Я тебе всё это рассказал с одной единственной целью – чтобы ты оставил всё как есть. Не влезал. Мы сами разберёмся. Я не прошу тебя понять, просто оставь все, так как есть.
- Как есть? – поразился Пал Олегыч. – И просто наблюдать, как вы сходите с ума? Вы же ни о ком не думаете!
- А ты думал в своё время? О маме, об общественном мнении?.. Что ты мне сейчас пытаешься объяснить?
Пал Олегыч потемнел лицом, но говорить ничего не стал. Только сверлил сына тяжёлым взглядом.
Андрею стало очень неприятно под этим взглядом и, в конце концов, он просто стукнул ладонью по столу и поднялся.
- Я сам всё решу. Я смогу… А ты никому не говори. Я сам.
- Что сам? Скажешь?
Андрей покачал головой.
- Нет. Я сам во всём разберусь. И сам решу. А ты не вмешивайся. Это моя жизнь.
- Не только твоя.
- Но и не твоя, пап. С этим я разберусь сам.
Пал Олегыч не ответил.
>>>>>>>>>>>>
Катя нашла в зале Воропаева, шла кнему, не обращая внимания на гостей и веселье, царящее вокруг. Вцепилась в его локоть и натянуто улыбнулась поздоровавшемуся с ней мужчине, которого знать не знала.
Саша прервал разговор и внимательно глянул на Катю.
- Ты где была?
Она подняла на него виноватые глаза, и Саша тут же нахмурился, почувствовав неладное.
- Что случилось?
Катя качнула головой, отводя глаза.
- Я домой поеду. Я устала. А ты оставайся… я такси вызову.
Хотела отойти, но Воропаев больно вцепился в её локоть и отвёл в сторону. Старался улыбаться на публику, а взгляд стал цепким и неприятным.
- Что ты вытворила?
Катя лишь вздохнула. Вот уж действительно вытворила, по-другому и не скажешь.
- Ну?
- Нас Пал Олегыч… застукал, - еле слышно проговорила она в сторону. Александр не расслышал и тряхнул её за руку.
- Катерина! – шёпот был настолько зловещий, что Катю поневоле всю передёрнуло.
Пришлось посмотреть на него.
- Попались мы. Андрей пошёл с Пал Олегычем говорить, но…
Воропаев сплюнул с досады.
- Чёрт бы тебя подрал вместе с твоим Ждановым! Приспичило!..
Катя виновато опустила голову, но напомнила:
- Я домой хочу. Отпусти меня домой.
Саша с полминуты размышлял, оглядывая зал, а затем кивнул.
- Да, едем домой.
- Ты можешь остаться, я сама доберусь, - попробовала она проявить гибкость, чтобы ему угодить.
Но не угодила. Александр зло глянул и ухмыльнулся.
- Да, ты уже добралась сама! Убил бы!
Уже на выходе они столкнулись с Маргаритой. Та удивлённо посмотрела на них.
- Вы что, уходите?
Саша приобнял Катю за талию.
- Да, Кате стало нехорошо. Ей домой надо.
- Нехорошо? – Маргарита, кажется, всерьёз забеспокоилась. – Катя, что с тобой? Может, врача вызвать?
- Нет, нет, - Катя слабо улыбнулась и покачала головой. – Я просто устала, Маргарита Рудольфовна. Нанервничалась, закружилась… мне полежать надо и всё пройдёт.
Маргариту её слова не успокоили, но спорить она не стала.
- Скоро ты врать будешь даже глазом не моргнув, - порадовал Катю Сашу, когда они уже спускались в лифте.
Она лишь вздохнула.
Всю дорогу он молчал, Катя даже понадеялась, что сможет избежать сегодня неприятного разговора, но куда там! Только дверь квартиры закрылась, как Воропаев тут же начал скандалить.
Александр повесил на вешалку её пальто и тут же прошёл в гостиную, не потрудившись снять ботинки, за что Катя его всегда ругала, упоминая мартовскую грязь. Обычно он относился к этому терпеливо, а вот сегодня Катя даже не рискнула про ботинки напомнить. Тоскливо разглядывала грязные следы, оставленные им на дорогом паркете, и томилась.
Грязь на полу – это такая глупость… Её, возможно, больше ничего волновать в этой жизни не будет. Потому что Воропаев её убьёт прямо сейчас.
Села в кресло и приуныла.
Саша прошёл мимо неё, туда-обратно, потом досадливо сплюнул и только после этого снял своё пальто. Швырнул его на диван и вновь заходил.
- Что ты сопишь? – зло поинтересовался он.
Катя вздохнула и откинулась на кресле. Кресло было глубокое, и она оказалась в полулежачем положении. Сложила руки на животе и снова вздохнула.
- Пал Олегыч зашёл… Он всё видел.
- Это я уже понял! Не надо мне одно и тоже талдычить! Какого чёрта ты со Ждановым опять? Ты же мне вчера ещё говорила…
- Вот такая я дура! – неожиданно воскликнула она.
- Какое открытие она сделала, посмотрите на неё! – рявкнул Воропаев. – Я это и так знал! И твержу тебе об этом уже давно!
Катя обиделась. Раньше тушевалась от таких его слов, а вот теперь всерьёз обиделась. Гордо отвернулась от него и промолчала.
А Александру было не до неё. Он метался по комнате, как зверь в клетке. Кате даже в какой-то момент показалось, что от него дым пошёл, вот как человек от праведного гнева закипел.
- Что же делать-то теперь? – бормотал он себе под нос.
- Андрей с ним поговорит. Он обещал.
- Да что твой Андрей может? – вскричал Саша, остановившись перед ней. – Если бы он мог что-то путное, никогда бы в такой заднице не оказался!
Катя наградила его выразительным взглядом и вдруг заметила, что это возымело действие. Воропаев отступил, но не высказаться не мог.
- Приспичило ей! Остроты ощущений захотелось? На столе потрахаться? Понравилось?
- Может, хватит уже? – Катя всерьёз на него разозлилась. – И не… не было ничего! Мы просто целовались, а тут Пал Олегыч и вошёл!
Про довольно откровенную сцену, которая предстала глазам Жданова-старшего, она решила благоразумно промолчать.
Но и этим не угодила.
- Ещё лучше! Молодой жене захотелось романтики на стороне! Посюсюкаться с заштатным ловеласом!
- Андрей что-нибудь придумает.
- Придумает? Пока от его придумок одни проблемы! Новых хочешь?
- А ты чего от меня хочешь? Я не могу ничего исправить! Что мне сделать?
- Головой надо было думать, а не другим местом! – огрызнулся Саша.
Отвечать на это оскобление Катя не стала. Воропаев ещё немного побегал по квартире время от времени издавая гневные вскрики, а потом успокоился. Присел на диван и задумчиво посмотрел на неё.
- Ты Жданову что рассказала?
Она покачала головой.
- Ничего. Я уже устала это повторять.
- А почему? Почему не расскажешь? У вас ведь снова амур-тужур?
- Что ты такое говоришь? – Катя даже оскорбилась.
- А что такое? Ты с ним спишь, но при этом…
- Я с ним не сплю! – резко оборвала его Катя. Выпрямилась и расправила на коленях платье. – Это было один раз и… Я не обязана тебе это рассказывать! – опомнилась она, а Воропаев гнусно усмехнулся.
- Обязана. Как верная и любящая жена, - и вдруг рассмеялся. – Должна отчитываться, с кем спишь.
- Отстань! – разозлилась Катя. Поднялась и направилась к своей комнате.
- Да-а, - вздохнул Воропаев ей вслед. – Какие же вы бабы всё-таки дуры. Как мало вам надо, чтобы всё забыть и простить.
Катя показалась из своей комнаты и выразительно посмотрела на него.
- Я не простила Андрея. И ничего не забыла. Просто…
Не договорила, слова закончились. Под насмешливым взглядом Воропаева ушла обратно в свою комнату и закрыла дверь.
Но ведь на самом деле не простила. Сердце словно разделилось поровну. В одной его половине по-прежнему жила та самая заветная любовь – тёплая, светлая, детская немного, которую она испытывала до всей этой истории, до того, как всё сломалась, а в другой половине – сосредоточилась вся боль и обида. И Катя порой не знала что сильнее – любовь или боль.
Она искренне готова была возненавидеть Жданова каждый раз, как получала от него очередную рану. В такие моменты за обидой приходила ненависть и Катя клялась себе, что больше никогда, никогда его больше к себе не подпустит. Что обязательно забудет, вычеркнет из своей жизни, памяти, но потом Андрей приходил к ней, смотрел своим особенным взглядом, прикасался вроде случайно, и она таяла. Потом, конечно, казнила себя, винила за слабость, но было уже поздно.
Нужно было уезжать. Катя уже поняла, что пока она будет жить рядом с ним, общаться, то прекратить ничего не сможет. И оттолкнуть не сможет.
Да и если просто уйдёт из «Зималетто», но останется в Москве, ничего не закончится. Андрей не оставит её в покое. Тем более после развода.
Вот так и получалось, что надо уезжать. Далеко. Туда, где кончаются воспоминания.
Но как же соблазнительно ухватиться за последний шанс. Разве ей не полагается моральное удовлетворение? Пусть и не совсем моральное, а скорее физическое.
А Жданов ей задолжал, очень сильно.
Воропаев уже в который раз спрашивает, не собирается ли она всё Андрею рассказать. Беспокоится, не испортит ли она ему в самый важный момент. И Колька на днях этим интересовался.
Но рассказать всё Андрею, значит отомстить ему, а Катя ещё не решила, хочет ли она этого. За свою боль и обиду она возьмёт с него другую плату, а то, что сделала для Жданова, было её выбором, личным. В этом он не виноват. Выходит, что и мстить не за что.
Правда, обстоятельства могут измениться.
Или их изменит Воропаев.
_________________  - Расскажите о себе в двух словах.
- Всякое бывало 
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
Эт меня от нетерпения аж дергает... хехехе
интересненько 
Будем ждать ответов! 
