Привет, дорогие мои
Надеюсь не разочарую я вас своей продой?
Жду ваших откликов
Жизнь прекрасна и удивительна! Как мало нужно человеку для счастья! Какие все вокруг красивые и замечательные! Рома мчался по коридору, не чувствуя под собой ног. Кинулся радостно к вышедшей из лифта симпатичной мордашке.
- Танечка! Как хорошо, что ты здесь! Я так мечтал тебя увидеть! - Обнял девушку за талию. - Вот скажи, как тебе удается быть такой ослепительной?
Дверь лифта снова открылась, и оттуда вышла Катя и еще одна хорошенькая девушка.
- Аллочка! - воскликнул Рома, засияв во все свои 32 зуба. - Ну, это просто чудо какое-то! Как раз собирался тебе звонить!
С удовольствием игнорируя Катю, все так же обнимая Танечку, Роман подскочил к Алле и чмокнул ее в подставленную с милой улыбкой щечку. Подхватил под локоток.
- Девчонки, мне срочно нужно с вами кое-что обсудить. У меня есть грандиозный план!
Так и не глянув на Катю, даже не повернув в ее сторону головы, Ромка в обнимку с двумя красотками, смеясь и перебрасываясь шуточками, направился в сторону бара.
Катя проводила взглядом веселую троицу. Малиновский не обращает на нее никакого внимания. Не видит в упор. И это совершенно естественно!
А что же такое было вчера? Ведь он целовал ее? Или нет? Обнимал, шептал ласковые слова... Но если бы это было так, не прошел бы он сейчас мимо нее, как мимо пустого места? Может, ей все это померещилось? Тоже приснилось?
Снова навалилась сильная усталость и разболелась голова. Катя почувствовала, что эмоциональный подъем, вызванный таким замечательным сном, где Андрей подбадривал и обнимал ее, обещал свою поддержку, закончился. Силы ее на исходе. Сколько же можно? Она ничего не понимает в окружающем ее мире.
Медленно переставляя будто прилипающие к полу ноги, Катя пошла в свой кабинет. Прикрыла за собой дверь, тяжело села на стул и застыла. В голове билась единственная, ужасная мысль: она сошла с ума! У нее галлюцинации!
Работать Катя уже не могла совсем. Только сидела неподвижно, уставившись в одну точку.
Ей нужно идти к врачу. К психиатру. Вот придет она, такая уродина, в брекетах, в нелепой одежде, со своими косичками и расскажет, что влюбился в нее без памяти красавец-шеф, президент крупной компании. Можно еще фотографию его из какого-нибудь глянцевого журнала принести.
Дрался из-за нее, умолял о взаимности, мечтал на ней жениться. Да, и еще всю фирму свою на нее переписал. И превратилась она в красавицу, миллионершу, бизнес-леди. Все мужчины были от нее без ума, а жених ревновал ее к каждому столбу.
Вот. А потом она проснулась, и ничего этого почему-то нет. И не влюблен он совсем, и свадьбы никакой не предвидится. И страшилище она опять. Странно как, правда? Зато вице-президент бегать за ней начал, тоже озарила его к ней внезапная любовь.
Ее из психушки точно не выпустят. Так и останется там, на белые стены смотреть и свадьбу свою то с одним, то с другим представлять. Что же делать, господи?!
Громкая трель телефонного звонка вывела ее из оцепенения. Катя долго смотрела на аппарат. Брать ли трубку? С кем-то разговаривать, пытаться решить какие-то вопросы... Зачем? Она все равно уже здесь не работает. Может быть, ее здесь вообще нет. Ей все кажется.
Но телефон все звонил и звонил. Создавал шум, от которого еще сильнее болела голова. Для того, чтобы стало, наконец, тихо, Катя схватила трубку.
- Андрюха, все, дело сделано! - Ромка влетел в президентский кабинет все такой же счастливый - Таких рыбок пригласил сегодня на вечер, закачаешься! Гуляем!
Андрей улыбнулся. Хотел уже согласится, но вспомнил о вечно ждущей его дома невесте.
- А Кира? Я и так вчера вдрызг пьяный к ней завалился. Ей это, знаешь, не понравилось.
- Ну что Кира! - с досадой отмахнулся Малиновский. - Придумай что-нибудь! Первый раз что ли?
А и в самом деле! Давно он уже беззаботно не развлекался. Надо отдохнуть. И от бесконечных страхов, мыслей тревожных, и от Киры. Все в порядке у него в тылу, все нормально. Катя поможет ему, на нее можно положиться, как всегда. Ромка, конечно, балда, обзывает ее по всякому, ругается, но поближе на нее посмотрел, и суть верно уловил. Не может у Кати быть никакого любовника. И никакого злого умысла. Она предана Зималетто и ему, Жданову. Боже, как хорошо! Решено! Гуляем!
Озвучить свое решение Андрей не успел. В каморке раздался телефонный звонок, и Катин голос глухо произнес:
- Коля! Привет.
Приятели переглянулись и, не сговариваясь, на цыпочках подкрались поближе к двери.
- Что? Адвокаты опять звонили?
- Ну, да, я же Филину вчера сказал, что ты нездорова, чтоб перезвонил, - Коля был возбужден. - Он настаивает на встрече, говорит, срочно нужно с Зималетто что-то решать.
Боже, какой еще Филин? Что решать? Она не может сейчас ни с кем ничего обсуждать, не в состоянии ни о чем думать. Кроме того, все это уже было. В ее сне. Тогда Коля ходил один на эту встречу. У нее было совещание. Ей приснилось такое развитие событий в этой ситуации. Вот пусть и сейчас идет один.
- Коль, сходи, поговори с ними, пожалуйста!
- Я? Один?
- Ну, а что такого? Пойди сам. Ты же все знаешь, полностью в курсе всех дел. У меня столько работы, просто ужас, и к тому же я плохо себя чувствую.
Если бы он только знал, насколько плохо!
- Пушкарева, ты что?! - Коля не знал и поэтому просто возмутился. Подруга хочет бросить его в пасть тиграм! - Я не могу! А вдруг я что-то не то сделаю? Или не то ляпну?
- Коленька, миленький, родной мой, ты все сделаешь правильно, ты же очень умный! Я в тебя верю.
- Вот именно, я умный! И один не пойду! Они меня там сожрут!
- Ты во всем разбираешься. Сам кого хочешь в финансовых вопросах сожрешь!
Катя иногда умела быть убедительной. И знала, как нужно разговаривать со старым другом. Похвалить, восхититься его деловой хваткой и сообразительностью, и он горы свернет.
Напряженно вытянувшиеся под дверью руководители компании жадно ловили каждое слово. Слышать они могли, к сожалению, только Катины реплики, и то, что они слышали, им категорически не нравилось. Возникшее поначалу недоумение быстро переросло в тревогу. Каждая фраза усиливала панику, била по нервам. Жданов просто прилип ухом к двери. Роман, затаив дыхание, вцепился в пиджак друга обеими руками.
Разговор продолжался. Катин размеренный, равнодушный голос произносил невероятные, чудовищные слова.
- Ты же знаешь, как это важно для нас. Действуй. Обсудим все дома.
Пауза.
- Ты будешь вознагражден, обещаю! ... Ого! Ну и аппетит у тебя, - резкий искусственный смех, - ну, ладно, так и быть, свою долю получишь. Не бойся, тебе хватит. Все, пока.
Рома почувствовал, что в легких нет воздуха. Совсем. Он забыл, что нужно дышать. Глубоко вдохнул и с ужасом посмотрел на Андрея. Тот был бледен, как стенка, возле которой они стояли. Ощущение неотвратимо надвигающейся катастрофы парализовало обоих.
Безмолвно уставившись друг на друга, друзья пытались осознать, что же это сейчас такое было. Беседа двух сообщников? Двух проходимцев, делящих между собой их компанию? Или это просто конец света?
Наступившая в каморке тишина все же привела их в чувство, заставила шевелиться. Нельзя, чтобы Пушкарева вышла и застукала их под дверью.
Андрей перевел взгляд на свою руку, судорожно сжатую в кулак. Заставил себя разжать побелевшие пальцы. Руку было некуда девать, и он некоторое время посмотрев на нее, засунул ее в карман.
Повернулся и все так же молча, зная, что Роман идет за ним, пошел в конференц-зал, с трудом отрывая от пола вдруг ставшие совершенно чужими пудовые ноги.
Откуда же им было знать, что Катя обещала Зорькину вознаграждение за труды в виде маминых вкуснейших пирожков с картошкой и капустой?
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
Теперь мы знаем "позывные". 
Опять "совещаться"? 
Ведь решили ДОВЕРЯТЬ девочке! 
Всё ещё не прийдёт в себя 
Ой, Синичка, и как найти ответы на все вопросы?! 