|
"А Жданов-то ревнует не по-детски! Во дела!", - Малиновский откинулся на спинку стула и пригубил вино, наблюдая за перекошенной физиономией своего друга. Они сидели в ресторане, куда пришли все втроем после очередной встречи. Мило беседовали о литературе - Малиновский сам не заметил, как оказался втянутым в рассуждения о Пелевине, хотя, как никто другой, чувствовал свою принадлежность к миру Дискурса и Гламура, обсуждать литературу, пусть даже и психоделическую, было ему внове. Ещё посмеялся про себя - так, того и гляди, комсомольцем заделаюсь - работа, "учёба", почти что интеллектуальные споры. Убицца веником!
Едва им принесли заказ, как у Кати зазвонил мобильный. Глянув на экран, она, как это уже часто происходило в последнее время, порозовела от удовольствия и расплылась в улыбке.
- Алло, Денюшка, здравствуй. Ты погоди секундочку, - Катя виновато посмотрела на мужчин, произнесла, закрыв трубку ладонью, - я быстро. Вы не ждите меня, - и выскользнула из-за стола.
Жданов, застывший с поднятой рукой на эти пару секунд ее разговора (звонок застал его излагающим свою очередную мысль и увлечённо жестикулирующим при этом по обыкновению), тут же схватил бокал с водой и несколькими глотками осушил его. Потом попросил у проходящего мимо официанта виски. Весь его вид выдавал крайнюю степень раздражения.
- Ты чего, Андрюха? - Малиновский, просекший мгновенную смену настроения приятеля и догадавшийся о ее причине, всё-таки решил не отказать себе в удовольствии и услышать откровения Жданова.
- Нет, Малина, как тебе это нравится? Да так же работать невозможно! Этот... звонит ей чуть ли не через каждую минуту!
- По-моему, ты преувеличиваешь. Мы с утра вместе, и он ей ни разу за это время не позвонил.
- Да у нее просто телефон был отключён - я заметил.
Малиновский внутренне подивился такой наблюдательности. Раньше Жданов не видел, когда Пушкарёва хромала, а теперь заметил отключённый телефон. Ну-ну.
- И, главное, просил же - не беспокоить в рабочее время!
- А сейчас обеденный перерыв. И говорили мы совсем не о работе, как это ни странно.
Жданов исподлобья взглянул на Рому и нахмурился, признавая справедливость его слов. Помолчал некоторое время, видимо, пытаясь найти оправдание своему гневу, и пробурчал:
- Это всё равно неприлично, вот так вставать из-за стола во время обеда. Мы же вместе пришли!
- Ты ещё напомни, что платишь тут за нее. А когда ей разговаривать? Всё остальное время она работает.
- Нечего ей вообще с ним разговаривать! Попомни моё слово, Малиновский - всё это добром не кончится.
- А ты ускорь процесс, сердобольный наш. Объяви Кате выговор с занесением в личное дело за порочащие ее связи. А заодно позвони и поставь в известность ее дражайшего родителя - как ты думаешь, он в курсе любовных похождений своей ненаглядной дочурки? Отношения у них явно не платонические - видел я вчера, как этот Денис ее обжимал. Аж дух захватило.
Андрея передёрнуло и он поспешил сделать несколько глотков своего "успокоительного".
- И не говори! Видел я, смотреть противно! - Жданов сделал ещё глоток и поперхнулся.
И вот тут-то Малиновский и понял, что его друг, президент Зималетто, кумир и разбиватель женских сердец ревнует свою страшненькую помощницу до одури. Нет, то, что Андрею ухажёр Катерины был противен, Рома понял давно. Но поначалу считал, что тому неприятен факт Катиных отношений, как был бы неприятен и факт ее, скажем, беременности, в следствие которой ей бы пришлось покинуть компанию на какое-то время, да и потом уже гораздо меньше уделять внимание работе - что он просто опасался за ее работоспособность, падение которой негативно сказалось бы на делах Зималетто. Но тут всё гораздо серьёзнее. Представить, что у Жданова внезапно проснулись романтические чувства к этому страшилищу Малиновский, конечно, не мог - это была обычная ревность собственника, испытывающего, как говорил один из литературных героев, врождённую антипатию к дележу. Но было при этом что-то в его поведении, не вписывающееся в обычные представления о собственнической ревности. Жданов бесился, но изо всех сил старался держать себя в руках. Был ли он в данном случае стратегом, не желающим портить отношения с ценным сотрудником, или пытался щадить ее чувства, боясь ее обидеть? Сейчас ещё рано об этом судить. Но такое его состояние - на взводе - не могло продолжаться долго, уж слишком хорошо Малиновский его знал. А, следовательно, он вот-вот сорвётся, и, учитывая долгое "воздержание", срыв обещает быть знатным. Таким ураганным, что может повести за собой ссору - Катя, хоть и очень преданна Зималетто, сейчас счастлива, влюблена и любима (хотя в последнем он о-ой как сомневается), и если Жданов будет препятствовать этой самой любви, да еще и в агрессивной форме - она уйдет. А этого он допустить не может. Вернее, то, что уйдет – очень даже ему на руку, но она должна уйти к нему, а не к Воропаеву, например, который тоже кружит над ней, как коршун (и как Жданов это терпит?). Надо с ней поговорить, намекнуть, что он, Роман, с удовольствием возьмет ее под свою опеку, случись что-нибудь с ее... работой. Сказать, что давно намеревается открыть свое дело, и будет счастлив, если она, как героиня Рене Зельвегер в этом кичевом фильме Джерри Магуайер, присоединится к нему. Вот это будет выглядеть, как жест, достойный восхищения – открыть свою фирму, несмотря на тепленькое местечко в таком огромном монстре, как Зималетто! О том, что он будет продолжать здесь работать, Рома, конечно, умолчит. До поры до времени. А Жданов? А что - Жданов? Он ведь сам будет виноват в этой потере. Его, кстати, надо подтолкнуть. Не сейчас – сначала он подготовит Катю. Игра должна быть очень тонкой, чтобы Андрей взорвался, когда Пушкарева будет уверена в нем, Роме. А пока надо его приструнить.
- Палыч, ты личико-то попроще сделай. Свои помещичьи замашки надо засунуть сам знаешь куда. Ты что, хочешь с ней поссориться? Вон, кстати, она возвращается. Я тебя умоляю, веди себя прилично. А то со стороны может показаться, что ты ее ревнуешь. Хочешь выставить себя полным идиотом?
Андрей хмуро взглянул на него и промолчал.
- Катюш, а вы как раз во-время. Мы тут хотели обсудить кое-какие вопросы, связанные с предстоящим показом. Как вы считаете..., - и Роман принялся излагать свою точку зрения, сыпя неимоверным количеством предложений и разбавляя их шутками, тем самым заставляя Андрея отвлечься от провокативных мыслей, которые тот, вне всякого сомнения, прокручивал в голове.
Поговорить с Катей Малиновскому удалось в тот же вечер. Воспользовавшись тем, что Жданов ушел из офиса чуть раньше (они с Кирой поехали смотреть очередную квартиру), Роман заглянул в каморку.
- Привет, Катенька. Как дела? Вот, угощайтесь, - и он протянул ей шоколадку.
- Все хорошо, Роман Дмитрич, спасибо.
- Зашел к Андрюхе – а тот уже уехал. Даже странно - не увидеть его на рабочем месте, он в последнее время такое рвение проявляет трудясь на ниве Зималетто, что все просто кипит и плавится. А мне вдруг захотелось побездельничать чуток, перекинуться парой слов по-приятельски. Ничего, если мы с вами чайку попьем? Я хоть и плотно пообедал, но работа мозга, как вы знаете, сжигает уйму калорий, вот я и проголодался. А у вас, я знаю, всегда запасы съестного имеются – или Потапкин уже все сгрыз?
- Да нет, сегодня еще не успел. У меня блинчики с творогом – будете?
- С удовольствием. Погодите, я Шуру попрошу чай принести сюда.
- Ну что вы, я и сама могу сделать.
- Конечно, можете. Но вы и так заняты – выше крыши. И бегаете весь день туда-сюда. А тут еще и голодный вице-президент на голову свалился. Ничего, в конце-концов, это ее обязанность.
Переговорив с Кривенцовой, он взял из пластиковой герметичной коробочки блинчик и начал его сосредоточенно жевать.
- Может, разогреть?
- Да нет, они тепленькие еще. Я не перестаю восхищаться талантами вашей мамы – ей бы ресторан открыть, отбоя бы от посетителей не было.
- Ну, что вы. Чтобы ресторан содержать надо много сил и профессиональных навыков иметь. Куда уж маме с этим справиться. Да и начальный капитал необходим.
- А если вы ей станете помогать? У вас голова просто золотая, вы любое дело сможете организовать.
- Ну, я же работаю. А рестораном поначалу надо будет постоянно заниматься – вряд ли у меня на это будет время.
- Да уж, работаете вы, как обычно – за семерых. И как ваш молодой человек к этому относится?
- Денис? Ну, он, конечно, ворчит иногда – мы и вправду видемся помалу, хоть и встречаемся каждый день.
- Да, тяжело ему, наверное. Влюблен, а тут вас делить приходится с этой работой проклятущей. А, Шура, входите. Вот сюда поставьте поднос, пожалуйста. Спасибо.
Подождав, пока Кривенцова уйдет, он продолжил:
- А вы не пробовали поговорить с Андреем, чтобы он не так вас работой загружал?
- Ну что вы, Роман Дмитрич. Разве можно за счет работы строить личную жизнь? Да еще сейчас, когда показ на носу. Андрей Палыч и так переживает, если меня отвлекают. Да и я сама понимаю, что это нехорошо – вот и прошу Дениса не звонить сюда часто. А вообще я справляюсь пока.
- Да, Катюш, я знаю. Я это постоянно и говорю Андрею, когда тот начинает брови хмурить и губы поджимать. Он на вас срывается?
- Нет-нет, что вы! Андрей Палыч ведет себя очень деликатно, хотя я и понимаю, что ему не сильно по душе, когда я отвлекаюсь или ухожу раньше, чем он бы хотел бы.
- Катя! Да что вы, в самом деле! Вы работаете больше и продуктивнее любого сотрудника в Зималетто! Да вы себе не представляете, насколько вы ценный кадр, во всех отношениях! Андрей мне, конечно, друг, но в данном вопросе я его совершенно не поддерживаю. Он просто тИран по отношению к вам! Ах, если бы...
Малиновский замолчал, словно смутившись. Потер рукой подбородок, с сомнением взглянул на Катерину и медленно продолжил:
- Катюша, я хотел вам признаться – только вы не подумайте обо мне плохо. Я мечтаю открыть собственное дело – такое, которое можно детям передать. Зималетто все-таки принадлежит семьям Ждановых и Воропаевых. И это всегда будет так. Вы не подумайте, это не зависть или неблагодарность во мне говорят – Андрей был и останется моим лучшим другом, я за него в огонь и в воду готов. Но для мужчины собственное дело – показатель его самостоятельности, смелости, решительности.
Катя с удивлением взглянула на него – то же самое, или почти то же самое месяца полтора назад говорил ей Воропаев.
- Пока это только мечты, хотя и не совсем отвлеченные – у меня есть кое-какие идеи, да и денег я скопил немного. Я понимаю, что это очень рискованный шаг – я сам никогда не руководил бизнесом, у меня большие пробелы в образовании (кстати, именно благодаря вам, вернее, нашим занятиям, эта идея стала все больше и больше меня вдохновлять). И, возможно, мне суждено прогореть. Но я бы так старался, Катюш, я бы всего себя этому посвятил. Это я выгляжу таким разгильдяем, наверное, потому, что все довольно легко дается, работка тут из серии не бей лежачего, должность высокая, но тыл прикрыт другом. Мне иногда от себя противно становится. Кажется, что сам себя в болото загнал. И сейчас, начав заниматься, я вдруг понял, что хочу расти. А в теплом и уютном месте, где нет нужды вертеться, мне это не грозит. Ну вот, расфилософствовался я тут. Просто это я к чему веду – глядя на вас, понимаешь, что с таким помощником (помощник – не в смысле должности, а в смысле соратника) – умным, терпеливым, преданным, настойчивым – ничего не страшно. Катюш, я не пытаюсь вас переманить – сам же сказал, что преданность – одна из ваших основных черт. Но я хочу, чтобы вы знали – я горжусь знакомством с вами, и если, по какой бы то ни было причине, у вас не заладится – в Зималетто или в жизни вообще – я тут. А вообще – с чего бы у вас что-то не ладилось? Сейчас я просто нарадоваться за вас не могу – вы светитесь вся. Ну, дай вам бог, как говорится – вы это заслужили. И, если честно, я даже немного завидую этому вашему Денису, хотя он и славный парень, сразу видно, - и Роман взглянул на нее неожиданно пылко.
- Ну что вы, Роман Дмитрич, - Катя от смущения покраснела чуть ли не до слез, - как вы можете такое говорить. У вас такие девушки – разве я им чета?
- Да, Кать, вы правы. Вернее, это они вам не чета. Просто ни разу. Ну, да ладно. Я вас засмущал совсем. Давайте, по последнему блинчику, - и Малиновский засунул целый блин в рот, чем очень рассмешил Катю.
_________________
"А я так счастлив, я так рад, что кто-то счастлив" (с) АукцЫон
Последний раз редактировалось Della 17 янв 2008, 13:07, всего редактировалось 1 раз.
|
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
.Теперь хоть пару слов,но обязательно буду писать.
Вообще, гнусность Дениса аж с монитора сочится! Пока Жданов деликатничает, этот гаденыш может крупно напакостить и Кате, и Зималетто. Кажется, он планирует последнее, но через Катю! 
Делла, я уже переживаю! А твой Андрей мне нравится, у него все "не чересчур". 
Автор, когда мы узнаем усё про Дениску?
Одна надежда на Андрюшу. 
Кстати, а где другие заинтересованные лица, что-то они никак себя не проявляют в продолжении истории 
Вон и Рома, и Саша уже выстроили тактику и стратегию, а ЖАП даже до платоники не добрался. Ему толчок нужен, он пока на верности Кире зациклен. Кстати, а где её автор спрятала? Все главные герои уже отметились,пусть пунктирно, но прорисованы.
Проду в зал 
Но я очень надеюсь, что Катерина быстро раскусит его "трогательную заботу". 
