- Как ты могла, Кира! Просто в голове не укладывается. Обманом попытаться залететь! Да ты понимаешь, что я больше верить тебе не смогу? Никогда? О твоих «альтернативных шагах» я вообще молчу! Какая грязь! И ты бы потом мне и родителям спокойно в глаза смотрела?
- Именно поэтому я и не пошла на это, Андрей. Это правда очень грязно. Но ты пойми, я ведь была в отчаянии!
- И поэтому решила добиться своего любой ценой? Я уже не говорю о риторическом вопросе, что решение иметь ребенка должно быть обоюдным. А потом что? Привлекла бы тяжелую артиллерию в виде моих родителей, требуя, что ребенку нужен отец?
- А ты не хочешь детей?
- Кира, о чем ты! Конечно, я хочу детей. Но этот вопрос должен быть решен нами обоими, а не тобой одной, причем за моей спиной. И не говори мне, что тобой двигало желание иметь детей. Ты хотела этим привязать меня к себе. Как ты не понимаешь, что твои манипуляции отвратительны?
- Да? А ты что, святой? Ты не склонен к манипуляциям? Сделать мне предложение только для того, чтобы получить мой голос на совете! Это ли не вершина цинизма? И продолжать изменять мне направо и налево после того, как добился своего! Ты хоть представляешь, что я чувствовала, когда все смеялись за моей спиной?
- И поэтому ты решила доказать всем, что таки смогла приструнить Андрея Жданова? Не мытьем, так катаньем? И если ты считаешь, что я такой негодяй, так почему не оставишь меня? Или собственнические инстинкты являются основными в твоей системе ценностей?
- Нет, Андрей. Просто я люблю тебя и прощаю твои проступки, принимаю недостатки. А ты не умеешь прощать. Я совершила ошибку и признаю это. Есть ли кто-то, застрахованный от ошибок? Но, видимо, Пушкарева была права – человек, не умеющий прощать, не умеет любить.
Жданов с удивлением посмотрел на Киру:
- А при чем здесь Катя?
- Это ей Изотова рассказала о своих грязных намерениях. А Пушкарева решила оповестить меня. Странно, правда? Всегда прикрывающая тебя Пушкарева, идеальная секретарша, никогда не совершающая ошибок, вдруг решила не отдавать тебе пакет, предназначенный быть переданным лично в руки. Можно сказать, пошла на должностное преступление.
- Катя… Она все видит через розовые очки.
- Да, и именно поэтому ты прислушиваешься к каждому ее слову.
Жданов промолчал. Вдруг вспомнился вечер, проведенный с Катиными пирожками в его кабинете, Кирин звонок и последующая отповедь его помощницы, говорящей о том, что Кира – тыл. Какой же она тыл, если вот так попыталась нож в спину всадить! Спокойно, Жданов. Какой нож? В какую спину? Она что, побежала к Алексу, убеждая того потребовать забрать свои акции в начале его, Андрея, президентства, если он не согласится тут же на ней жениться? Нет. Она поступила так же, как поступили бы в ее ситуации восемьдесят процентов женщин. Она хотела подтолкнуть. Столько ждала… Закрывала глаза на все. Да, Жданов, все-таки, мелкая у тебя душонка, только себя в любом ландшафте видишь. Вон, Катя, не задумываясь, приняла сторону Киры. И не благодаря пресловутой женской солидарности или сочувствию влюбленной – она, как всегда, выявила суть из нагромождения эмоций. Человек оступился – надо ему помочь. Потому что кто из нас без греха? Во всяком случае не он, не Андрей Жданов.
Андрей посмотрел на заплаканную Киру, и гнев его потух.
- Ладно, Кирюш. Считай, что мы с тобой квиты. Только обещай мне, что больше никогда не станешь пытаться мною манипулировать.
Кира всхлипнула и прижалась к нему. Андрей обнял ее, поцеловал в висок, и они некоторое время стояли молча, погруженные в свои мысли. Потом он спросил:
- Кир, а что там, с ребенком? Раз ты полгода забеременеть не могла…
- Я ходила к врачу. Со мной все в порядке. И, если хочешь…
- Да, я тоже схожу, проверюсь. Надеюсь, все будет хорошо.
Катя лежала в постели и пыталась анализировать события сегодняшнего вечера. Воропаев пришел к ним часов в восемь, еще вчера договорившись о встрече. Управившись минут за сорок с коротким собеседованием и подписанием рабочего контракта с отцом, Александр собрался уходить, но был остановлен предложением остаться на ужин, причем сделанном в свойственной папе непререкаемой манере. К удивлению Кати, Воропаев мгновенно согласился, и был препровожден на кухню, где мама уже накрыла на стол.
Папа был в ударе – постоянно шутил, рассказывая байки из жизни Забайкальского военного округа, наливкой, правда, не злоупотребляя – все-таки, при начальстве не хотелось выставить себя в не совсем приглядном свете, но Воропаеву подливал. Александр, не переставая поражать Катерину, проявил себя с совершенно неожиданной стороны – смеялся шуткам, задавал вопросы по теме и все время работал челюстями, поглощая разносолы, щедро подкладываемые в его тарелку заботливой маминой рукой.
- Лен, ты, все-таки, не переусердствуй – еще ведь и сладкий стол намечается, - сказал папа, когда очередная добавка украсила тарелку гостя.
- У, как здорово! Я очень люблю сладкое. А что у нас не десерт?
- Пироги с вишней, курагой и корицей.
- Какое разнообразие! Неужели сами все пекли?
- Конечно, Ленка, ЕленаСанна, мировая хозяйка! Я думаю, никакие рестораны с ее стряпней не сравнятся.
- Вы совершенно правы. Я давно так вкусно не ел. А домашней еды так и не помню, когда в последний раз пробовал.
- А что же так, Вам некому готовить?
- Есть домработница, но трапезничать в одиночестве как-то тоскливо. Вот и хожу по ресторанам.
- А что же Вы один до сих пор? Катя говорила, что не женаты.
- Да не встретил еще. Вернее, встретил, но… эх, сложно все, - и Воропаев опустил глаза в тарелку.
- Что, неужели замужем?
- Валер! – Папа! – хором воскликнули женщины, застыдившись сказанной бестактности.
- Нет, не замужем. Но и несвободна, - и тут Воропаев (Катя готова была в этом поклясться) на секунду скользнул по ней таким тоскливым взглядом, что она чуть со стула не упала. Александр же тотчас сосредоточился на еде.
- Так отбить! Чтобы такой парень, да не смог девушку завоевать? Ни за что не поверю! Мешок на голову и через седло! – папа наклонился к Воропаеву и, понизив голос, доверительно сообщил, - я же Ленку отбил. Вот был бы таким деликатным, другого бы сейчас Катюха папой называла.
- Я подумаю. Если что, к Вам за советом обращусь, а может, и за помощью, - и тут Воропаев опять полоснул взглядом по Катиному лицу, а потом подмигнул ее отцу.
Когда подали пироги, Александр бурно выражал свой восторг от каждого проглоченного кусочка. И вдруг спросил, обратившись к ней:
- Катя, то есть, Катерина Валерьевна, а вы пироги печете?
Катя не успела ответить, папа ее опередил:
- Да когда ей – работает сутками. Хотя, конечно, все у нас Катюха делать умеет - и пироги печь, и пельмени готовить. Да времени нету – мы с матерью ее и не видим совсем.
- И я тут еще со своими проблемами, - Воропаев покаянно взглянул сначала на папу, а потом на нее.
- Ну, чего ж хорошему человеку не помочь. Катька у нас отзывчивая.
- Да, еще какая – я таких девушек и не встречал никогда. Золотое сердце, гений в экономике, так еще, как выясняется, и хозяйка отличная. Правда, в последнем мне приходится верить Вам на слово.
- А Вы приходите в субботу – Катюха сама пирогов напечет.
- А все будет по-честному? Без маминой помощи?
- Ну, что Вы! Слово офицера! Приходите – не пожалеете.
«Эх, папа! Что же это такое – сватает он меня, что ли? Как же ему объяснить…», - Кате было очень неприятно, потому что видела – отец явно загорелся идеей продемонстрировать все ее способности новому начальнику. Или он уже забыл, что Воропаев – его начальник?
- Катенька, а вы что скажете? Приглашаете меня?
- Да конечно, приглашает! Вы даже не сомневайтесь! – отец опять не дал ей ответить.
- Ну, тогда с удовольствием.
Тут у Кати зазвонил мобильный, и она, извинившись, вышла из-за стола и поспешила к себе в комнату. Звонил Денис – ужасно хотел встретиться, соскучился, просил выйти хотя бы на полчасика. Катя сказала, что сегодня вряд ли получится – она в кои-то веки дома, и родители не захотят ее никуда отпускать. И тут же услышала шепот над ухом:
- А вы скажите родителям, что проводите меня – вот и урвете минутку на встречу со своим ненаглядным.
Катя вздрогнула от неожиданности и уронила мобильный. Воропаев поднял его, и, глядя ей прямо в глаза, шепотом же медленно произнес:
- Не бойтесь, я не буду вас шантажировать. А если и буду, то… исключительно пирогами.
- Денис, я перезвоню. Александр Юрьич, Вам вовсе необязательно тратить на нас свое субботнее время.
- То есть, другими словами, ВЫ меня видеть не хотите? Значит, ваш папа ошибся? А мне он показался человеком, знающим жизнь. Я ведь даже советами его воспользоваться решил. Но не сегодня. А мое предложение относительно прикрытия вашего свидания остается в силе.
- Благодарю Вас. Но думаю, что я им не воспользуюсь.
Александр еще с секунду смотрел на нее, а потом вышел из комнаты.
Позже (минут двадцать назад), проводив гостя, Катя услышала разговор родителей:
- Лен, а мне показалось, что Александр на нашу Катюху глаз положил.
- Так он же о какой-то девушке говорил, у которой, вроде, парень есть.
- Ну, это он так аллегорически сказал. Что, мол, сердце ему не принадлежит. А Катька наша сама знаешь, по кому сохнет.
- Ну, он-то вряд ли об этом знает.
- Почему? Они в последнее время часто видятся, он мог ей намекнуть, а наша дуреха рассказала бы ему о своих чувствах к тому бездельнику. Говорю тебе – просто так такой человек не станет на пироги напрашиваться.
Дальше Катя не слушала. Ей надо было подумать.
Итак, Воропаев что-то замышляет. Все эти взгляды, шепот, намеки… Но что ему надо? Представить себе, что он влюблен, Катя не могла. Слишком уж эта идея казалась фантастичной. Но что тогда? Переманить ее к себе в компанию – так она и так ему помогает. Но что бы Александр не замышлял, она поговорит с ним. Скажет, что ей непонятно и неприятно его поведение, и если он хочет и дальше продолжать с ней работать, то пусть объяснится.
А тут еще папа… Сейчас загорится этой идеей их возможного «романа». И как она его разубедит? И ведь надо еще о Денисе рассказать – сколько скрывать можно. Бездельник… Он всего лишь бездельник в их глазах. Эх, скорее бы Андрей Палыч вернулся – она просто обязана с ним поговорить на счет Деньки.
Мысль о начальнике напомнила ей о вчерашних событиях. У Кати сжалось сердце. Как там Кира Юрьевна? Решилась ли рассказать? Смогла ли убедить? Так хочется верить, что ей удалось. Андрей Палыч должен все понять. Она, Катя, в него верит. Искренне.
|
). Что-то у меня слишком много "если" и никаких идей! 
Надеюсь, у Деллы они (идеи) есть! 
А поворотец неслабый! А если еще Кирюша с Денисом в сговоре, то и вовсе крутой! Катюшке может сильно аукнуться ее собственная доброта.
НАИВНАЯ ДЕВОЧКА... 
...хотя, в отношении Дениса... 
Спасибо, Делла, уже в томительном ожидании следующей проды 
ИМХО конечно.