А уж про следующую сцену, я вообще молчу!!! Ты, который, якобы, так любишь Катю ... полностью утонувший в любви к ней ... как можно было упасть так низко!!!

Значит, Рома все же сорвался... последняя попытка... жаль, не смог уйти красиво

Он чуть было не совершил шаг, который навсегда убил бы её расположение к нему. И понимание. Она, как никто, понимала его, она видела то, чего не видели другие. Она знала, что он никогда не совершит этого шага.

А мне показалось, что это только Ромин глюк, и ничего не было

ППКС

Она подошла к дивану и опустилась на него, напряжённо выпрямившись и не сводя с него глаз. ...Наконец он осторожно поднялся, чувствуя ещё слабость и лёгкое головокружение. Медленно подошёл к Кате и посмотрел на неё сверху вниз. Она бесстрашно подняла к нему усталое лицо. Эти глаза… в них можно просто утонуть, это ведь не тот жалкий бассейн.
- Поцелуй меня, - вдруг сказал он – спокойно, без надрыва.
Она вздрогнула, но тут же решительно покачала головой.
- Нет, Рома. Нет.

… Он услышал её «нет» и как-то отчётливо и отстранённо понял, что ничего этого не нужно, что всё закончилось.
- Кать, я пойду. – Он отвернулся и медленно пошёл к двери. Она молчала и просто смотрела ему вслед. У двери он обернулся.
- Спасибо, - сказал он и посмотрел на неё долгим взглядом. Знал, что ей нечего ответить ему, просто прощался с ней. И она это тоже знала и тоже смотрела на него в последний раз. Ведь параллельность его любви никогда не была для неё загадкой, которую ему самому было так страшно разгадать.

это только Ромин глюк

Эта бешеная зависть жить Роме не даёт! Вот прямо соль на его рану высыпали!

- Заткнись и слушай меня. Ты не просто исполнитель, ты еще и главной организатор всей этой истории. Сам принимал решения, так что не надо перекладывать с больной головы на здоровую… Понимаю, совесть замучила – решил найти крайнего? Поздравляю, нашел…

Глава будет

Завтра утром

Но внешне он был спокоен, и уже одно это давало надежду на то, что она больше никогда, никогда не услышит от него этого перевернувшего её душу «мне плохо».

Она чувствовала, что не может назвать изменой то, что было с ним.

Поначалу она видела в его сближении с другой свою вину – потому что сама отдалилась от него. И не просто чтобы согреться он сблизился с этой другой, и не пошлое слово «прибился» здесь было ключевым… он сделал это, так как не верил больше, что нужен ей, - не верил потому, что она отвергала его раз за разом. А возможно ли было вообще с его стороны верить в другое? Мог ли он проникнуться благостью её намерений, неизменным условием которых была её любовь? Можно ли было обвинять его в непонимании её мотивов и, обобщая их отношения, вообще говорить об отсутствии взаимопонимания в тех условиях?..
Наверное, нет. Это непонимание и было неизбежной жертвой, это и было ценой, которую пришлось заплатить, чтобы помочь ему. Он понял одно: она несчастлива с ним, ей с ним плохо. Возможно, он и знал, что лжёт сам себе, думая, что она разлюбила его, но то, что он причиняет ей, пусть даже любящей, боль, не подлежало для него сомнению. И он решил уйти. Устраниться. Отпустить её.

Она чувствовала, что не может не верить ему, что все её опасения рассудочны и никак не связаны с настоящими ощущениями. Он нежен, терпелив, спокоен… Есть только одно, самое сильное, самое точное чувство – их любовь. Только любовь способна дать настоящее понимание. И сопротивляться самой себе, винить себя, сомневаться в нём больше просто не было смысла.

Хоть закидайте меня тапками с ног до головы!!!! Оправдать человека, которому это оправдание нафиг не нужно (да простит меня автор, но я нужды Андрея не вижу) Кто вообще Кате сказал, что оно (оправдание) ему нужно?

Пора возвращать к жизни Зорькина.

– Но… но у меня к вам есть другое предложение

Не спеша она шла вдоль берега, смотрела на свинцовую рябь воды, поднятую неизбежным спутником поздней осени – внезапно налетевшим колючим ветром. Ветер пытался спорить с зимой, разгонял хрусткую плёнку льда, уже начавшую затягивать озеро. Но Катя не замечала этого, она уже успела подружиться с этим ветром, защитившись от него тёплой одеждой – и улыбкой, как бы говорящей ему, что он не властен над нею и лучше уж пусть будет ей другом, чем врагом. И он сдался, и он успокоился – не трепал больше длинный шарф, накинутый на плечи, не взметал вверх рассыпавшиеся по плечам волосы. Только пролетит, коснётся своим холодным дыханием – просто чтобы знала, что он здесь, с ней, никуда не улетел, потом вернётся, погладит благодарно – и снова успокоится…

Несколько лет она, чувствуя себя необходимой, почти обязанной свёкру и «Зималетто», жила по инерции, не задумывалась о своих целях и желаниях, не видела необходимости разбираться в них. То, что случилось с Андреем, заставило и её саму оглянуться назад с тем, чтобы потом с большей ясностью посмотреть в будущее.

я сначала даже не поняла кто главу выложил

Где твоя роза......

И будет вам счастье и подпольная кличка "Кирочка"

- Колька, какие слёзки?!.. Всё хорошо,