Только запятые. Ну и повторы местоимений кое-где убрала. Все остальные правки нужно согласовывать с вами. Если хотите, напишу свои замечания, только лучше это сделать через личку. Если нет - можем ограничиться запятыми.


***
От «Шереметьево» у Кати мгновенно заломило виски. С тех пор, как она десять лет назад уехала учиться в Страсбург, она несколько раз прилетала в Москву именно в «Шереметьево», да и остальные аэропорты мира, в которых ей довелось побывать, были не менее шумными и людными, но почему-то сейчас этот аэропорт показался ей просто ужасным. В глубине души Катя понимала, почему ей вдруг стало так плохо. Не зря говорят, что все болезни от нервов ‒ она нервничала, потому что уже десять лет не была дома, в квартире над гаражом семьи Воропаевых. Как-то так получилось, что, когда она приезжала к отцу, они прямо из аэропорта ехали отдыхать к родным в другой город или же на дачу, а как-то раз даже жили у друзей отца, потому что в гараже делали ремонт. Катя десять лет не была там, где выросла, десять лет не видела людей, с которыми выросла, и потому она нервничала так, что ей самой было смешно. Круто менять свою жизнь в семнадцать лет вполне нормально и не так уж сложно, в двадцать семь ‒ гораздо проблематичнее. И отец, как назло, не смог ее встретить.
Брать такси от аэропорта Катя не стала, решила воспользоваться общественным транспортом ‒ когда она переводила в евро сумму, которую просили за свои услуги таксисты и бомбилы, ее начинала душить огромная жаба. Тем более что от «Шереметьево» до Белорусского вокзала шел аэроэкспресс. Свою ошибку Катя поняла, едва зайдя в метро, ‒ нужная ей электричка отправлялась с Казанского вокзала, до которого еще нужно было добраться. Большой чемодан, немаленькая дорожная сумка, дамская сумочка и Катя оказались почти несовместимы с московским метро. В электричке Катя облегченно выдохнула. Конечно, с европейскими скоростными поездами не сравнится, но все лучше, чем метро.
Воропаевы жили в элитном коттеджном поселке, который назывался «Озерки», располагался в живописном месте, был построен уже давно, имел хорошую охрану и был тихим и респектабельным. При отсутствии машины добраться до него можно было лишь на автобусе из соседнего города Егорска, где была железнодорожная станция, куда и ехала Катя. Строго говоря, автобус шел в дачный поселок, находящийся рядом «Озерками», просто останавливался недалеко от главного въезда в последний. Относительно недалеко. Ходил автобус редко, альтернативы ему не было, топать около километра пешком Катя не собиралась, и потому она заранее решила поймать машину до «Озерков».
Встав на обочине, Катя вытянула руку, а второй достала из кармана телефон, чтобы проверить почту. Пока она читала, она не заметила, как перед ней затормозила машина и чуть вздрогнула, когда рядом раздался голос:
‒ Я в вашем полном распоряжении, прекрасная незнакомка. Отвезу, куда скажете, даже на Луну.
Катя оторвалась от телефона, взглянула на машину ‒ «Порш Кайен» ‒ и ее водителя и, вспомнив слова своего босса, сказала мысленно: «Вот видите, и не такие совпадения в жизни случаются». Вслух же она произнесла, улыбнувшись:
‒ Я уверена, что нам как раз по дороге.
Водитель улыбнулся в ответ и открыл дверь машины, скользнув одобряющим взглядом по Катиной фигуре.
Когда Кате было тринадцать, у нее вдруг выросла грудь. У первой в классе. И это была грудь далеко не девочки-подростка. Вкупе с недавно поставленными Кате брекетами, еще не сошедшей детской пухлостью и круглыми очками, которые она носила, как ярая поклонница недавно вышедшей в свет книги о «Гарри Поттере», это сделало ее предметом насмешек одноклассников. В итоге Катя стала одеваться в бесформенную мешковатую одежду, чтобы скрыть фигуру. К семнадцати годам брекеты с нее уже сняли, и ее фигура окончательно сформировалась, но она не умела одеваться по-другому и вообще боялась что-либо изменить в своей внешности. В университете соседка по комнате, ставшая ее близкой подругой, помогла ей в первую очередь научиться любить себя, а затем избавиться от старой одежды и старых комплексов. Красавицей Катя, конечно, не стала, но она с удивлением обнаружила, что у нее привлекательная женственная фигура, притягивавшая мужские взгляды, если ее правильно подчеркнуть, вот как сейчас, и красивые выразительные глаза. Судя по всему, Андрею Жданову этого было достаточно, чтобы захотеть подвезти случайно увиденную незнакомку. С другой стороны, он всегда был таким, чему удивляться?
Катя искоса посмотрела на Андрея, ругая свое предательски быстро колотящееся сердце. Она была уверена, что давным-давно переросла эту глупую детскую влюбленность, ан нет, стоило ей встретить Андрея, как у нее снова перехватило дыхание и к щекам прилила кровь. Кате вспомнились ее горькие подростковые слезы, записи в дневник о том, что Андрей влюбился в другую и теперь ее жизнь кончена, постоянно шпионство за ним… Катя невольно улыбнулась ‒ она взяла дневник с собой в Страсбург и не помнила, чтобы выбрасывала его. Найти, что ли, и перечитать, ностальгии ради?
‒ Так куда мы едем? ‒ уточнил Жданов, явно приняв Катину улыбку на свой счет.
‒ Туда, куда ты и собирался, ‒ отозвалась Катя. ‒ Если, конечно, ты собирался в «Озерки».
‒ В «Озерки», ‒ подтвердил Андрей. ‒ Ты тоже живешь там? Хм, мы раньше встречались?
‒ Встречались.
‒ Не может быть, я бы запомнил бы такую очаровательную девушку, ‒ подмигнул Андрей. ‒ Ты не дочь Михайловых?
‒ Нет. К тому же они уже пару лет как уехали из «Озерков».
‒ Племянница Дронова? Кажется, я в детстве с ней играл. Если это ты, то знай, что я до сих пор под впечатлением от твоей меткости: это ж надо было так точно попасть Льву Андреевичу прямо в темечко.
Да, Катя помнила племянницу Дронова, она была натуральной блондинкой с огромными голубыми глазищами и губками бантиком, и при этом настоящей оторвой. Ничего общего с Катей.
‒ Нет, я не она. Не пропусти поворот.
На машине дорога от Егорска до «Озерков» занимала мало времени, и к тому времени, как «Порш» Андрея въехал на территорию поселка, его владелец не успел перебрать и трети подруг детства, которые могли быть Катей. За воротами «Озерков» Андрей сбросил скорость и поехал по улице нарочито медленно, ожидая, когда Катя попросит его остановиться перед тем или иным домом.
‒ Прямо, все еще прямо. Теперь налево. Все, приехали.
‒ Это дом Воропаевых, ‒ прищурившись, сказал Андрей.
‒ Я знаю. Если ты не планировал к ним заехать, то я пойду.
‒ Ты совершенно точно не их племянница или дочь, ‒ заявил Андрей.
‒ Определенно нет, ‒ весело согласилась Катя
‒ Но я тебя не знаю!
‒ Знаешь, просто не помнишь. Не волнуйся, я не собираюсь никого убивать и ничего красть.
Не похоже было, что Андрея и в самом деле волновало нечто подобное. Он воспринимал Катино поведение как флирт и, кажется, не прочь был освежить память и познакомиться с Катей поближе. Он хотел было что-то сказать, но его прервал нетерпеливый сигнал машины, раздавшийся сзади. Обернувшись, Катя увидела припарковавшуюся за ними машину, которой они мешали проехать в дом.
‒ Все, мне пора, ‒ сказала Катя, открывая дверь «Порша».
‒ Как всегда, не вовремя, ‒ пробормотал себе под нос Андрей и добавил, обращаясь уже к Кате: ‒ Я помогу с чемоданами.
Когда они вышли из автомобиля, водитель второй машины последовал их примеру, и Катя мгновенно узнала его и поняла реплику Андрея про «не вовремя». Они с Александром Воропаевым с детства не ладили.
‒ Жданов, если ты решаешь, заглянуть к нам в гости или нет, то ответ «нет». Езжай отсюда, не создавай пробку, ‒ недовольно процедил Александр, подходя к ним, и небрежно кивнул Кате в знак приветствия: ‒ Катерина.
‒ Без твоих советов как-нибудь обойдусь, ‒ отозвался Андрей, доставая из багажника чемодан и сумку Кати. ‒ Подожди, Катерина? ‒ Он вгляделся в Катю и нахмурился. ‒ Какая Катерина? Что, дочка Валерия Сергеича? ‒ недоверчиво предположил он.
‒ Да, ‒ призналась Катя.
‒ Ух ты! ‒ не сдержавшись, выпалил Андрей.
‒ Проваливай, мешаешь, ‒ раздраженно сказал ему Александр.
‒ Угу. Катя, у нас совсем не было времени поговорить ‒ приходи завтра к нам на прием в честь дня рождения отца, расскажешь, где ты пропадала все эти годы.
‒ Спасибо.
Андрей счел это положительным ответом, хотя Катя не была уверена, стоит ли ей принимать это приглашение, и сел в «Порш», напоследок зыркнув на Александра. Тот, вернувшись в свою машину, чуть сдал назад, пропуская Андрея, и открыл ворота, жестом показав Кате, чтобы она проходила. Катя послушалась
«Ну, здравствуй, прошлое», ‒ сказала она себе, делая шаг вперед.