Дима
***
Я дверь, к которой нет ключа;
Мне жребий тягостный достался,
Мной кто-то хлопнул сгоряча
И ключ доверия сломался...
Я дверь, к которой нет ключа,
Напрасно воры по привычке
У ржавых скважин хлопоча,
Украдкой ищут к ним отмычки!
Я дверь, к которой нет ключа...
Не раз разбить меня пытались,
Ногами грязными стуча,
Но так за дверью и остались!
Я дверь, к которой нет ключа!
Зачем ключи к... открытой двери?
Войди - за ней горит свеча,
Она зовёт тебя и верит!
Ты дверь откроешь лишь любя,
Поверь, открыть меня не сложно,
Не ОТ себя!.. а НА себя!
Открой... войди! Но осторожно...
Артур Макаров
Отец решил поговорить со мной по душам. Опомнился! А где он был раньше? Два года назад, когда все это началось? Мне было так скверно… Я не понимал, что со мной происходит, куда рвется моя душа? А поговорить об этом мне было не с кем…
Подружки…Их было несколько. Мы весело общались, ходили на тусовки, в кино на американские мультики. А потом они начали ссориться, каждая старалась стать единственной для меня. Дашке я поддался, только из этого ничего не вышло. Она так презрительно смеялась. Наверное, и остальным рассказала – мне казалось, что они все смотрят на меня с усмешкой.
Наверное, я трус, потому что не покончил с собой – жалко было отца и маму.
Среди ребят друзей у меня не было, но я слышал, как они треплются о девчонках, о своих победах – больше выдуманных, но меня это уже не привлекало.
У меня были совсем другие желания…
Все встало на свои места, когда появился Поль. Мы познакомились в интернете, переписывались несколько месяцев. Нам было интересно общаться – он будущий художник, француз русского происхождения, учится в Суриковском и рисует портреты на Арбате – подрабатывает. Когда узнал, что я имею отношение к модному дому Зималетто, попросил провести его на показ новых моделей. Так мы познакомились лично. Папа дал билеты, даже не спросив, для кого. Я стал помогать Полю – он рисовал портрет, а я «одевал» его в соответствии с образом. О сексе мы и не упоминали! Но однажды разговорились после пары бокалов вина, и оказалось, что нас волнуют одни и те же проблемы… Он уже имел опыт, он стал моим кумиром!
Встречаться наедине было негде – Поль жил в общежитии, а расставаться не хотелось ни на минуту… Мы сидели в кафе, барах, пили, конечно – там нельзя не пить! Мы были счастливы! И никакие запреты, призывы к учебе, не могли остановить меня! Но я все еще готов был рассказать все родителям – носить в себе такую тайну становилось все труднее. Чужие люди не поймут, осудят, а родители – они же мои самые близкие люди! Еще только сестра, Кристя. Она-то меня понимала, не осуждала и радовалась за меня – наконец-то у меня есть друг!
Поль предупреждал меня, что делать этого нельзя, а я… Когда мама увезла меня из Голубого огонька, я сказал ей правду. Такой ее реакции я не ожидал! Она не обрадовалась моему счастью, и не пожалела меня – ведь я изгой, и буду таким до конца жизни, а это значит, что жизнь моя не будет легкой. Она же готова была меня убить! Так и сказала:
- Я придушу тебя своими руками! Лучше бы ты родился уродом, или умер при рождении!
Отец с Романом спасли меня, но все равно, во мне что-то умерло. Наверное, надежда – я ведь хотел быть счастливым, и чтобы мама и папа радовались моему счастью. А быть счастливым тайно – это уже и не счастье.
И вот теперь отец созрел для разговора. Что ж, поговорим, папа!
*
- Нам надо поговорить, Димыч! Серьезно, как мужчина с мужчиной.
- Я вроде не совсем мужчина, - криво усмехнулся сын, и Андрей запоздало ругнул себя за промашку – разговор сворачивал в опасную сторону.
- Я не об этом
- Почему же не об этом? Давай сначала как раз об этом – расставим точки над i
- Хорошо, если ты этого хочешь, поговорим. Что ты хочешь услышать?
- Я хочу знать, как ты ко мне относишься? Теперь, когда знаешь обо мне такое… Ты меня презираешь? Тебе стыдно, что у тебя такой сын?
- Отношусь так же, как и раньше – люблю тебя, волнуюсь за тебя, думаю о твоем будущем.
- Это правда!?
- Правда, теперь, правда. Не скрою, сначала я был в шоке…А как ты думал? Я ведь и предположить не мог. Плохо знал тебя, мало с тобой общался . Виню себя за это, но изменить ничего нельзя, прошлое не меняется. А будущее твое меня волнует.
- Я не хочу его менять, я не расстанусь с Полем!
- Я понимаю, и я этого не требую.
- А что же тебя волнует?
- Ты забросил учебу, ты много пьешь, куришь, и не только табак…Такой образ жизни погубит тебя, подорвет здоровье.
- И это все?
- Разве этого мало для волнения?
- Это я исправлю. Учебу наверстаю… постараюсь… В крайнем случае, пересдам после сессии. Алкоголь и травка меня не привлекают, это я за компанию только, так что брошу без проблем. Отказаться от сигарет не обещаю, во всяком случае, сейчас.
- Уже неплохо! Если, конечно, выполнишь свои обещания
- Ты мне не веришь?
- Обстоятельства бывают сильнее нас. Поль позовет, и ты пойдешь с ним.
- Пойду, но не с ним, а к нему – Димка заговорчески улыбнулся, и, видя, что отец не понимает, пояснил.
- Поль взял кредит и хочет снять квартиру или комнату, там мы сможем встречаться и без выпивки.
- Ты уж постарайся, Димыч.
- Па, не переживай, я стану человеком! Если ты со мной…
- Как же я без тебя…
- Па…а…мама? Она больше меня совсем не любит?
- Сынок…она…любит…Но она не может смириться. Пока…Но я надеюсь, все наладится со временем.
***
Надежды Андрея не оправдались – не налаживались отношения в семье.
Кира разговаривала с сыном только через него или через дочь
– «Андрей, скажи своему сыну, чтобы убирал за собой посуду!
- Кристина, передай брату, что ему звонили из деканата – не сдаст задолженность, пойдет в армию!»
Димка свои обещания выполнял: сессию сдал, правда, на тройки, и не пил – по крайней мере, домой пьяным не приходил.
Другое дело, что приходил только ночевать, и иногда очень поздно.
В такие вечера Кира изливала на Андрея весь накопившийся негатив:
- Он совсем не бывает дома! Не пришел даже на встречу с Павлом и Маргаритой!
- Кира, он же не знал о их визите.
- А на день рождения сестры? Он тоже не знал ?
- Он ее поздравил, и подарок ей вручил, а в кафе ты сама запретила ему приходить.
- Я запретила приходить с Полем!
- А почему ? Компания была молодежная, они, хотя и постарше подружек Кристины, прекрасно бы вписались – девчонкам нравятся не одногодки, а ребята постарше.
- Но они же…
- Да у них что, на лбу написано, что они не просто друзья?
Возражения Андрея злят Киру, она срывается на крик – опять истерика…
И когда возвращается сын – радостный, с блаженной улыбкой на губах, он попадает под водопад злых слов матери, под ее истеричные крики, и счастливое выражение вмиг покидает его лицо, он съеживается, втягивает голову в плечи, и бочком, чтобы не задеть мать, быстро исчезает за дверью своей комнаты. Там он в безопасности – отец не даст матери проникнуть туда, он примет ее гнев на себя…
|
до открытого, приемлющего и такой образ жизни... 
