Задачу перед собой он поставил сложную, трудновыполнимую, но от мысли позвать на помощь друзей пришлось отказаться. То, что он собирался делать, конечно же, противозаконно, если говорить честно, просто преступно. Так что, он уж как-нибудь сам справится. Один. Подводить под статью друзей он не имеет права. Да и дело это личное, можно сказать, семейное, посторонние тут не нужны.

Сначала он сделал некоторые приготовления, запасся необходимыми предметами - вот уж не думал, что доживет до того дня, когда ему подобное понадобится!
Потом решил воспользоваться современным методом добывания информации - зашел в интернет-кафе. Кто-то может, конечно, считать, что он уже стар, отстал от жизни, несведущ в компьютерах, но ничего, в том, в чем надо он быстро разберется! Не такой уж он дурак!
Набрал в поисковике "Зималетто" и в связи с этим фамилии "Жданов" и "Малиновский". На него тут же посыпалась куча информации о компании и о жизни ее владельцев. Много читать он не стал, недосуг ему во всякие сплетни углубляться, но фотографии рассмотрел внимательно, особенно долго любовался снимками вице-президента компании Романа Дмитрича Малиновского - вечно улыбающегося, довольного жизнью, почти всегда окруженного полуголыми, размалеванными девицами. Об Андрее Палыче Жданове - молодом, перспективном руководителе, тоже почитал достаточно, а больше всего о том, какая красавица и умница у него невеста Кира Воропаева и какая из них замечательная получится семейная пара.
На официальном сайте компании нашел и основные служебные телефоны - вдруг пригодятся.
После этого, подготовившись, как мог, Пушкарев поехал к Зималетто. Припарковал машину неподалеку и стал ждать. Наблюдал за снующими туда-сюда сотрудниками. К вечеру, когда поток людей увеличился, ему пришлось выйти из машины и подойти поближе к дверям.
О том, что его заметят, запомнят, а потом из-за этого может быть поймают, Валерий не думал. Он вообще не задумывался о том, что будет, например, завтра. Это не важно, не имеет значения. Важно то, что происходит здесь и сейчас. Он защитит честь и достоинство своей дочери, своей семьи, докажет этим хозяевам жизни, что не все им позволено, что справедливость - это не пустой звук и за то, что они сделали, за их издевательское отношение к людям неотвратимо следует наказание.
Он был собран и сосредоточен, внутри чувствовал только гнев и ненависть. Как перед боем с врагом.

Но чем больше Пушкарев ждал, тем больше сомневался в том, что ему удастся выполнить задуманное. Во-первых, Малиновского надо опознать. Все-таки живьем он его никогда не видел и шансов на то, что он не пропустит его в толпе, было немного. Во-вторых, перехватить их обоих надо тогда, когда рядом не будет других людей, а улучить такой момент очень трудно. Вон здесь сколько народу, а на показе и подавно толпы будут. Да и вообще, вдруг они сегодня на работе отсутствуют? Черт их знает, какой у них распорядок дня! Это Катюша пропадает здесь круглосуточно, света белого не видит, а начальство не обязано! Можно туда, конечно, позвонить, но дальше секретарей он не доберется, а кто ж ему доложит, где находится и чем занимается руководство…
Эх, надо бы еще раз с Катей поговорить, но отойти на поиски телефона-автомата он уже не может, а своего сотового у него нет. Вот ведь - не полностью он подготовился...

Наконец он увидел Жданова. Тот вышел в сопровождении нескольких человек и они, громко переговариваясь, направились к машинам. Какая-то женщина с зонтиком спросила у Жданова, может ли она ехать с ним, и он согласился.
Ладно. Сначала Малиновский. Все-таки Катенька здесь тоже работает, и у них сегодня показ, если до показа исчезнет президент компании, то представления не будет. А вот если пропадет вице-президент, ничего страшного не случится, переживут. Во всяком случае, он, Пушкарев, так думает.

В конце концов, ему повезло.
Когда он уже почти убедил себя, что Малиновского он пропустил и план его на грани срыва, в дверях показалась смеющаяся парочка, и Валерий сразу узнал эту наглую, самодовольную, вечно усмехающуюся морду. Мужчина бесстыдно лапал за задницу худую, высокую девку, из-под шубки которой выглядывала маленькая тряпица, которую только человек с большим воображением мог принять за юбку. Эта так называемая юбка никак не выполняла свои функции: не прикрывала вышеозначенное место и не мешала нахальной мужской руке разгуливать, где придется.
- Ромочка, - капризно тянула девица, повиснув на Малиновском и практически вклеившись в него всеми своими формами, - ты что, не хочешь отвезти меня на показ?
- Золотце, что ты, очень хочу! Но не могу, прости, мне домой нужно забежать буквально на минутку. Я только переоденусь и сразу примчусь к тебе. Жди меня, я вернусь и весь вечер буду любоваться только тобой!
Его рука в процессе этой противно-слащавой речи переместилась с попы вверх, еще больше задрав юбчонку, поелозила по спине и вернулась назад на попу. Девица в ответ на эти манипуляции вся извивалась и переступала ногами.
Валерию на этот интим было стыдно смотреть. Тьфу ты, что у них здесь за нравы?!
- А может, я с тобой поеду? - беседа продолжалась, и тонкая кисть с длинными красными ногтями погрузилась в волосы ухажера. - Не хочу расставаться! Я тебя в машине подожду, пока ты переоденешься.
- Ну что ты, солнышко, - рука была извлечена из волос мягко, но уверенно. Видимо, сопровождение действительно не входило в его планы. - A вдруг пробки, если ты опоздаешь, Милко убьет нас обоих. Вон тебя такси ждет. Поезжай и очень скоро я буду у твоих ног! Ты даже не заметишь моего отсутствия!
Наконец, еще немного поломавшись, девица отлипла от кавалера, оставив у него на щеке ярко-красное пятно от поцелуя.
Не успел он сделать в одиночестве и двадцати шагов, как его окликнула еще одна нимфа, одетая точно так же, как и предыдущая - меховая явно дорогая шуба, модные высокие сапожки и жалкое подобие юбки.
- Роман Дмитрич! - словно для того, чтобы избавить Валерия от последних сомнений, пропищала она и побежала за ним, чуть не ломая ноги на тоненьких шпильках. - Куда же вы так торопитесь? На показ, наверно? Я могла бы составить вам компанию! - радостно затянула она ту же самую песню.
Но и эту претендентку на место в машине, а может и не только в машине вице-президента ожидал отказ, сопровождаемый улыбками, объятиями и поцелуями.
А зря господин Малиновский не взял попутчиц! Ох, придется бедным девушкам коротать вечерок без этого павлина.
Валерий даже удивился злорадству, которое ощутил в душе, при мысли о том, что вскоре ожидает "Ромочку".
Проследив, в какой именно автомобиль садится дамский любимец, Пушкарев быстро вернулся к своей скромной машинке. Поехал следом за ним. Благополучно сопроводил до самого дома - элитной многоэтажки в элитном районе. Остался ждать возле подъезда. Пусть переоденется, во время их разговора всем нужно быть при параде.

Роман уже собирался сесть в машину, когда сзади его окликнули:
- Молодой человек, простите, пожалуйста!
Рома оглянулся. Возле него на тротуаре, согнувшись и тяжело опираясь на палку, стоял пожилой мужчина.
- Извините за беспокойство, нога вот разболелась, вы не проводите меня до машины? Она здесь рядом, за углом стоит. А то боюсь, мне одному не дойти.
- Конечно, конечно, - Рома был сама галантность. Подошел к старику, одной рукой обнял его, подхватив под локоть, а другую подставил для опоры. - Держитесь за меня.
Сделали пару шагов:
- А может вам скорую вызвать? Вам, наверное, нельзя ходить, полежать нужно.
- Нет, нет, спасибо, - старик тяжело, с хрипом дышал, - не волнуйтесь, сейчас все пройдет. Я ступил как-то неловко, ногу подвернул. У меня в машине мазь, разотру и все.

Пока все шло как по маслу, враг сам топал в ловушку. Военная хитрость удалась. Малиновский на удивление легко согласился ему помочь, а ведь Валерий совсем не был уверен, что тот откликнется на просьбу какого-то жалкого прохожего. Ну да, на первый взгляд они вполне приличные люди, сразу ни за что не скажешь, что сволочи.
- А я вас, кажется, знаю, - решил он на всякий случай еще раз удостовериться. - Вы же Роман Дмитрич Малиновский?
А то ошибется еще, не дай Бог!
- Да.
- Вице-президент компании "Зималетто"?
- Он самый. Мы знакомы?
- Моя дочь у вас работает. Много хорошего о вас от нее слышал.
На лице Малиновского расплылась его обычная улыбочка первого бабника Москвы.
- Правда? А как ее зовут, вашу дочку?
- Вот мы уже и на месте, вот моя машина, - проигнорировал Пушкарев последний вопрос. И тяжело оперся на капот, переводя дыхание.
- Как вы себя чувствуете? - в голосе Малиновского слышалось вроде как искреннее беспокойство. - Получше? Сможете сами машину вести?
Валерий внимательно всматривался в лицо стоящего рядом человека. Интересно, а если он скажет, что боится не справиться с управлением, этот медбрат вызовется и до дому его довезти? И все свои дела бросит?
Он даже заколебался. Усомнился в правильности своих намерений. Может, ладно, может, Бог им судья? Кто он такой, в конце концов, чтобы судить...
Малиновский, не зная, что решается его судьба, меж тем снова улыбнулся:
- Так вы не ответили, как все-таки дочку-то вашу зовут? Я ж ее знаю, наверно? Кому мне привет передать?
В ушах у Пушкарева зазвенело. И сквозь этот звон прорвались издевательские, убивающие слова, будто произносимые ему в лицо прямо сейчас:
„я подготовил таблицу, что-то типа меню: твои действия на завтрак, обед, ужин и… ночь. Ночь с Пушкаревой это самое трудное, но ты уж постарайся. С другой стороны говорят, что страшилки любят, как в последний раз. Так, что возможно ты даже получишь какое-то удовольствие…“

- Спасибо вам большое, - сдавленно прохрипел он сквозь сцепленные зубы, - со мной все в порядке. Могу я вас еще попросить: там, на заднем сидении, сумка с лекарствами лежит, дайте мне ее, пожалуйста, чтоб мне самому не тянуться.
- Конечно, - все так же улыбаясь, Малиновский открыл дверцу, нагнулся и полез в машину. И вот в таком полусогнутом положении вдруг почувствовал, как под ребра ему ткнулось что-то твердое:
- Садись в машину! - жесткий приказ был отдан тем же голосом, но совсем другим тоном. - Быстро!
Рома растерялся. Никогда в жизни на него еще вот так никто не нападал.
- Что? - спросил он недоуменно и попытался выпрямиться, но не успел - получил сильный удар чем-то твердым по затылку и потерял сознание.
Очнулся Рома довольно скоро от головной боли. С трудом открыл глаза и понял, что полулежит на заднем сидении машины, а обе руки его накрепко привязаны к дверце. Машина двигалась, и за окном было темно.
Рома потряс головой и невольно застонал.
- Очнулся? - подал голос водитель.
- Кто вы? Что вам нужно?
- Скоро узнаешь, - последовал зловещий ответ.
Роман задергался:
- Вы что, с ума сошли?! Куда вы меня везете?! Выпустите меня немедленно!
Водитель промолчал и за всю дорогу Малиновский не добился больше от него ни слова.

Наконец, машина остановилась. Рома сгруппировался, готовясь к бою. Сейчас его будут куда-то вести, а для этого нужно отвязать веревку от дверцы. Ну а там уж он постарается... В конце концов, он моложе и сильнее.
Но шанса проявить свою силу ему не дали. Водитель обошел машину, открыл дверцу с Роминой стороны и резко ткнул ему чем-то вонючим в лицо. Отстраниться Рома не успел, машинально вдохнул и... снова отключился. Вернее, заснул, потому что Пушкарев сунул ему в лицо платок, пропитанный хлороформом.
Когда Роман очнулся в следующий раз, он уже лежал на полу в темноте связанный и с заклеенным скотчем ртом.

После содеянного и пережитого запал у Пушкарева немножко прошел. И чувствовал он себя неважно. Тряслись руки, подкашивались ноги, и снова болело сердце.
Все-таки не каждый день ему приходится по-бандитски нападать на людей. И перетаскивать тяжелое бесчувственное тело из машины в гараж. И связывать человека по рукам и ногам.
Ему было плохо.
Но он привык всегда доводить начатое до конца и не отступать от однажды принятого решения.

Нужно поймать второго. Главного исполнителя.
Он должен проделать всю операцию еще раз - должен найти и заманить в свои сети Андрея Жданова.
Хотя это очень проблематично, тот, наверное, сейчас в окружении кучи народу под аплодисменты речи толкает. А потом, по окончании действа может в такой же толпе куда угодно поехать, да хоть бы и дальше кутить! Кто их знает, как они подобные мероприятия проводят. Как же наедине-то его застать? Потом-то уж он разберется! План по захвату давно готов. Пушкарев хоть и немолод и здоровье уже не то, но голова у него еще соображает и сноровка военная присутствует. Есть еще порох в пороховницах! Вон с кобелем этим Малиновским все прошло без сучка, без задоринки! Лежит сейчас в гараже, отдыхает. Неудобно, поди, лежать, не то, что с девчонками голыми в теплой постельке, но ничего - потерпит. Подождет подельника, разговор Пушкарев с ними обоими вести будет.
Ишь, как за ним женщины бегают! Да и за Ждановым, наверное, точно так же. Что ему невеста? Так - брак по расчету, капиталы, небось, как это у богачей принято, соединяют. Невесту он не любит и не уважает, раз мог за ее спиной творить такое. А кого они любят-то вообще, кроме самих себя?!
Мерзавцы! Молодые, богатые, разбещенные! К своей цели по головам идут, кроме себя, никого за людей не считают!

Малиновского он в своем собственном гараже запер. Единственное, о чем он принципиально не заботится, это о том, чтобы замести следы. Вот этого он точно делать не будет. Пушкарев за свои поступки привык отвечать! И ответит. Пусть его потом накажут, пусть посадят, но он свой долг перед дочерью, да и перед самим собой выполнит! А там уж будь, что будет... Он потом сам сдастся, сам в милицию пойдет. А Леночка и Катюша эти сегодняшние его действия поймут и простят, должны же они понять, что иначе он просто не может...

Во сколько же заканчиваются у них эти показы? Сейчас начало десятого. Ух, долго же он с этим мерзавцем возился...

Надо позвонить Кате. Узнать, может, у нее новая информация есть о Жданове, что он там после показа делать намерен.
Может быть, Катенька уже собирается домой? Хотя вряд ли, она говорила, что раньше одиннадцати не закончит отчет этот их. Дома значит, около двенадцати будет. Лена к тому времени уже точно проснется, заметит его отсутствие, разволнуется... А может и сейчас уже проснулась и его разыскивает. Как плохо, что нет у него своего сотового. Пригодилось бы ему сейчас последнее слово науки и техники…

Вот так беседовал сам с собой после содеянного подполковник Пушкарев. Сидел в машине, курил сигареты одну за другой и думал. Вообще, в последние годы он курил мало. Ему вредно, он это понимал, да и Лена всегда сердилась, если запах чувствовала. Он старался ее не волновать и курил только на встречах с друзьями или изредка в форточку, когда жены дома не было.
Но сейчас не тот случай, чтобы о здоровье думать. Вся жизнь под откос пошла.

Время поджимает. Сидеть некогда. Решил ехать по указанному Катей адресу туда, где проходит показ, а там уж как пойдет.
По пути заметил телефон-автомат, позвонил Кате. И тут ему снова повезло, Бог, видимо, на его стороне! На его недовольный вопрос, как же Катенька доберется так поздно домой, она папу успокоила, мол, не волнуйся, меня Андрей Палыч отвезет. Вот оно как! Благодетель нашелся! Ну да, у них же вроде как "отношения", вполне может быть, что считает Жданов себя обязанным Катеньку домой возить.
А может и не домой?! Может, потащит ее куда-то сволочь эта?! Он же влюбленного из себя изображает, он ее соблазнил, он дотрагивался до нее ручонками своими…

Надо его у входа в Зималетто перехватить, успеть надо обязательно!

Он не успел. Спешил, гнал на огромной скорости, нарушал правила, но не получилось у него, потому что он растяпа. Машину вовремя не заправил, вот бензин в самый неподходящий момент и закончился. Пришлось на заправку ехать, время терять. А потом пришлось только наблюдать, как Жданов быстро к дверям Зималетто идет и за ними скрывается. Валерий даже кинулся за ним, хотел окликнуть, остановить, вернуть, но увидел, что внутри сидит полусонный охранник, с которым Жданов уже весело разговаривает. Отчего же это он такой довольный? Сияет, улыбается, кажется, даже шутит. Вон, смеются чему-то с охранником на пару. Показ, наверное, прекрасно прошел, вот и радуется.
Скрепя сердце, вернулся Валерий в машину. Ничего он сейчас сделать не может. Не будет же он врываться в здание, обезвреживать охранника, нестись на административный этаж и хватать Жданова прямо при Катеньке.
Ладно. Он подождет.

ИМХО, ВС во внтуренней речи не употребит такой неологизм, как *мега* - я имею в виду фразу "ТАКОЙ мега цинизм, ТАКОЕ мега презрение"