Приведдд!
ну что, народ, готовы чтить работу языками???
Ваще-то мы гадючки ещё те! Особенно я, Алька...но что ж тут поделать!
Глава 7. Спать? Ха три раза!
Благословенное слово "СОН"!!! Ей это не грозило, потому что спать, находясь в одном доме с любимым человеком, было невмоготу. Даже после всего того, что он ей тут наговорил, даже после всех тех "чудесных" минут их общения ей было чертовски трудно прилечь на его диван. Оставшись в полном одиночестве, девушка начала подмечать все мелочи в его гостиной. Дорого, стильно, красиво, но как-то совершенно безжизненно, мёртво. Ощущения уюта в этой гостиной не было и Катя, время от времени, ёжилась, озираясь по сторонам. Противные мураши никак не желали убегать со спины, заставляя девушку подергивать плечами. Пушкаревой казалось, будто бы его взгляд следит за ней исподтишка… как бы невзначай, ненароком… Любопытствующий взгляд черных глаз. Разве могла она сейчас спать? Кто бы смог? Конечно, бесспорно, совершенно определенно спал бы сейчас тот, кто никогда не любил и не страдал от любви, вот такой вот неразделенной и мучительной любви, которая выпала на долю Катерины. Дискомфорт, испытываемый девушкой, с каждой минутой усиливался, и бороться с ним, она уже не могла. Ходила, как неприкаянная, по комнате, включила музыку и подняла глаза к потолку, прислушиваясь к шагам на втором этаже.
- Да что же ты там делаешь???
Скрип половиц… Удары явно чего-то тяжелого об пол…
- Он что там, головой об пол бьется???
Спросила саму себя и прыснула, представив эту душераздирающую картинку с Андреем в главной роли. Прислушавшись к грохоту, она, кажется, начала догадываться, чем занимается ее ненаглядный.
Он явно что-то двигал!!! Мебель? Первая, пришедшая в голову, мысль была пойти и помочь, так сказать, по-братски… После мелькнула совсем шальная идея - сходить наверх за полотенцем. Когда же, наконец, она поняла, что не может больше простоять и одной минуты в ЕГО гостиной, девушка на цыпочках направилась к лестнице. В прихожей было темно. Свет включить Катя не рискнула, боясь привлечь к себе внимание сидящего на втором этаже объекта своей страсти, а потому шла медленно, ощупывая каждую ступеньку рукой и аккуратно ставя ногу на следующую.
«Только бы не загреметь… только не загреметь…»
Когда скрипнула половица, девушка перестала дышать. Шум на втором этаже резко прекратился, полоска света появилась в поле зрения Пушкаревой, и та присела на корточки. Спустя несколько минут, шум возобновился, но полоска света так и осталась маячить перед глазами обезумевшей от страха Катерины. Адреналин зашкаливал все разумные нормы, сердце колотилось в горле, мешая нормально дышать, тело, будто одеревенело. Но она упорно продвигалась вперед. Когда полоска света оказалась в паре сантиметров от её ноги, девушка совсем перестала дышать. Такого экстрима она не испытывала уже давно! Вот если бы сейчас Жданов вышел в коридор, то она бы точно умерла прямо тут, свалившись к его ногам. Секунда показалась вечностью, и к великой радости Пушкарёвой, Жданов продолжил греметь мебелью. Катя присела на корточки, все еще продолжая дышать через раз, и заглянула в щелку.
- А может ну её, эту чертову мораль? Все что можно было нарушить я уже нарушила, почему бы еще раз, в самый последний, не заняться с ним любовью? А? - подумала девушка, наблюдая за передвижениями Андрея по комнате.
А тот дефилировал с голым торсом взад-вперед, передвигая всю имеющуюся у него в комнате мебель.
- Ну почему же ты такой классный, а Жданов? – спросила она одними губами, на что внутренний голос ехидно ответил:
- Обычно ты видишь только то, что желаешь! Так уж вышло, милая, что идеализировать объект своих желаний - твоё любимое занятие!
- Это плохо? Что плохого в том, что он мне нравится? И почему бы мне с ним не переспать? Тем более, что он почти… почти свободен, а? Это всего лишь секс, не больше!
- Идея просто класс!!! Переспать с ним чисто по-дружески? Я это правильно понимаю? Так сказать по старой памяти? Конечно! - подстёбывался внутренний гаденыш.
- Ну, знаешь ли, по-дружески или нет, я не знаю, но то, что он не отказался бы – это точно! - огрызнулась на саму себя Пушкарева.
- А скажи мне, милая, как ты после этого будешь себя чувствовать? А? - продолжал свой допрос голос.
- А как можно чувствовать себя после секса с любимым мужчиной, а?
Внутренний голос замолк на пару секунд, а потом разразился гневной тирадой в адрес Катерины:
- А вот мне что-то подсказывает, что чувствовать ты будешь себя как проститутка, прыгнувшая в постель к мужику, которому до тебя, мягко говоря, нет никакого дела. Возбудить тебе его, бесспорно, удастся, а потом? Потом что, Пушкарева?
- Потом…а потом - суп с котом! Что ты пристал ко мне! Какого черта??? Господи, как же мне все это надоело! И ты надоел! И я сама себя уже достала! Моралистка хренова!
Катя пыталась высмотреть Андрея, но тот видимо усиленно занялся перетаскиванием комода из одного угла в другой, и видно не собирался демонстрировать себя девушке. Катя увидела разве что джинсы, пролетевшие мимо двери, и едва не завыла, желая увидеть это явно умопомрачительное зрелище.
- Конечно! Мужик в трусах! Я сейчас кончу! - стебался внутренний голос.
Пушкарева отмахнулась от него, как от назойливой мушки и, резко вскочив, спряталась за угол. Послышались шаги, что-то зашуршало, дверь захлопнулась, Катя выдохнула. Быстро сбежала по ступенькам и плюхнулась на диван. Сон ей все еще не грозил. Девушка встала на ноги и, соорудив из одеяла подобие плащ-палатки, начала мерить шагами гостиную, стараясь выгнать дурные мысли из головы. Бесполезное это занятие - совершенно бесполезное. Уселась в ЕГО кресло и взяла в руки документы. Посидела-посидела и начала… считать и пересчитывать.
Жданов, злой, как тысяча чертей, неудовлетворенный, как миллион одиноких мужчин, занялся "квартирным вопросом" и начал со всей своей дури передвигать мебель в спальне. Были бы дрова и топор - пошел бы колоть, но, увы! Железного друга и деревянных подруг не оказалось, а потому пришлось снимать стресс изменением интерьера собственной комнаты. И откуда сил-то столько взялось! Шкаф, наполовину заполненный одеждой, перекочевал от одной стенки к другой, кровать вообще пыталась примоститься и так и эдак, пока хозяин не решил, что там, где она стояла, ей самое место и есть. В конечном итоге вся мебель была благополучно возвернута на свои прежние места, а Жданов упал весь в поту на кровать. Все это время молчавший внутренний голос произнес:
- Она сама к тебе пришла, а ты её так отшил! Ай да, Жданов! Ай да, сукин сын! А мог бы сейчас сходить с ума в её объятиях… А? Ну не дурак ли?
- Не дурак! И отвянь от меня! Сейчас спокойно разденусь, и спать лягу!!! – не веря самому себе, огрызнулся Андрей.
Спать лечь не удалось. Желание знать, чем она там занимается, было сильнее него, и Жданов, усиленно прислушиваясь к передвижениям объекта вожделения по его гостиной, старался предположить, что же она все-таки там делает. И еще… с кем она так нежно ворковала по телефону???
- А сам-то! Сам! Что же это, детство в вас играет, милейший Андрей Палыч? - менторским тоном вопросил голос.
- А у меня был выбор?
Когда в его кармане зазвонил мобильник, то, посмотрев на дисплей, мужчина увидел поставленный на это время будильник… Вот тут уже какое-то странное желание созрело в его мозгу. Что он хотел увидеть? Ревность? Заинтересованность? Злость? Он, как дурак, целую минуту или две вел разговор с молчащей трубкой, а ей, похоже, было совершеннейшим образом начхать на такое понятие как ревность. Пушкарева витала в своих собственных мечтах и мыслях, и дела до бабОчек Жданова ей не было НИКАКОГО!
- Съел, Жданов? Так тебе и надо! – совершенно безрадостно произнес внутренний голос.
- Лучше бы подавился… - буркнул себе под нос Андрей.
Долго рассиживаться Жданов не мог - ему нужно было срочно увидеть, чем она там занимается! Одна! В его гостиной! Как старый заправский партизан, Андрей открыл без единого скрипа дверь и просочился (если вообще может просочиться почти двухметровый мужик в узкую щелку) в коридор.
Услышал тихую музыку и на цыпочках пошел к лестнице. Каждая половица, как специально, скрипела под его ногами, заставляя проклинать всех и вся. Едва дыша, спустился на одну ступеньку… еще… еще… с третьей ступени сверху, заглянув за угол, он мог видеть, чем она там занимается.
- Нет, она совершенно ненормальный трудоголик! - прошептал Андрей и улыбнулся, рассматривая закутанную в одеяло Катерину, склонившуюся над бумагами.
Будто бы почувствовав его присутствие, девушка подняла глаза и посмотрела в темноту. Конечно, она не могла видеть его - слишком темным был коридор, но он отчего-то испугался и понесся по ступенькам в свою комнату.
- Да что за ребячество-то такое, господи? - возмутился он собственной выходке и собрался уже ложится спать, мельком взглянув на часы и увидев, что времени уже три часа ночи.
"Ну, еще и в прятки поиграл, на ночь глядя!"- подумал Андрей и забрался под одеяло.
Долго, впрочем, лежать ему не пришлось, потому что Жданов услышал шум в коридоре и, быстро вскочив с кровати, вышел на лестницу. Катя, уже полностью одетая, стояла в дверях.
- Ты куда?
- Домой. Не могу спать в чужом доме. Мне ехать нужно.
- Дело твоё… подожди, я оденусь и провожу.
Попрощались холодно, будто бы незнакомы совсем, будто чужие и безразличные друг другу люди. Он вернулся в дом, она пошла в темноту поселка, не представляя себе, каким образом доберется до Москвы. Это в три-то часа ночи!!!
Уж какие силы помогли, не известно никому, но ей даже не пришлось долго мерзнуть на остановке. Проезжающая восьмерка остановилась и девушка, не долго думая, юркнула в авто. Шофер-дедулька попался на редкость разговорчивый и веселый. Время от времени посматривал на пассажирку и улыбался в пушистую бороду.
- И откуда тебя несет в такое время, девочка?
Катя и рассказала почти всю свою горестную историю любви. И про то, откуда едет, и про то, что было, что есть и чего уже не будет… Дед лишь сказал, что она ничего в мужиках не смыслит и может ехать черт знает откуда, в черт знает какое время.
Домой Катерина добралась уже только к пяти утра, в растрепанных чувствах улеглась в кровать и заснула мертвецким сном.
Зато Жданов чертыхался на весь салон своего авто, ругая всех подряд... Он и так едва не умер от страха за Катю, лихо прыгнувшую в машину к совершенно незнакомому человеку, МУЖЧИНЕ! Какой идиот! Ведь могли бы сейчас спать в объятиях друг друга, а он, вместо этого, мчит к себе на дачу, ругая и кляня... кого? Себя! Черт возьми!
- Ненормальная! Чокнутая! Тронутая! - выплевывал сам себе Жданов, злясь в первую очередь на самого себя. - Спать она, видите ли, не может в его доме! А в чьем можешь, а Катерина? С кем можешь? У-убил бы!!! Ей богу, убил!
Жданов въехал в двери своего гаража только к семи утра и, не раздеваясь, завалился на диван, укрывшись ЕЁ одеялом.
Снов не было… или были?
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
