Спасибо за ваши отзывы, за то, что читаетесь и не ленитесь комментировать. Это очень ускоряет, правда.
35 - без спойлера, как просили.
Катя сидела, отгородившись от него какими-то бумажками. Жданов пригляделся: прайсы от поставщиков, которые они утвердили еще неделю назад.
Так, понятно.
- Катюш, ты сегодня прям как неуловимый Джо, - бодро сказал Андрей, обходя стол, чтобы поцеловать невесту. Она подставила ему щеку.
- Неуловимый, потому что никому не нужно его искать?
Андрей раздосадовано чмокнул её, попытался дотянуться губами до губ, но Катя встала с места.
- Рассказывай, - велела она, отходя к окну.
Андрей посмотрел на её спину, пожал плечами и уселся в освобожденное кресло.
- Кать, ну я вчера заехал в «Крыжовник», поужинать. Проголодался я, понимаешь! А меня все бросили, ты меня бросила, Малина помчался «монополию» эту искать… Ну а там эта… - Жданов говорил напористо, почти агрессивно, и Катя стремительно повернулась к нему.
- Андрей, давай ближе к делу, - быстро произнесла она, - ты уже поговорил с Полянским о том, что новое оборудование нам нужно раньше, чем это указано в сроках договора?
- Оборудование? Ты про «Фонтано»? – растерялся Жданов. – Ты об этом спрашивала?
- Ну о чем еще я могла тебя спросить? – кротко спросила Катя.
- Действительно, о чем же еще… - Андрей потрогал завязки на её блузке, - бантик, - умилился он.
Он вообще был неравнодушен к этой детали Катиной одежды. Каждый раз мысли невольно убегали в сторону того, как бы половче развязать тесемки, а там уж…
- Послушай, я тут накидала план действий, - Катя склонилась над столом, разыскивая необходимый документ.
- Ты за это утро, я смотрю, многое успела… Как ты умудрилась так Киру довести?
- Ну, для этого много труда не надо... С Милко, думаю, проблем не будет – маэстро настроен решительно, к тому же большая часть эскизов уже готова…
- Катя, посмотри на меня!
- Надо пересмотреть графики заказов производства, возможно, некоторые партии придется отложить…
- Катя!
Жданов мягко повернул её к себе, но Катя отворачивалась, прятала глаза.
- Катюш, Кать… Не закрывайся от меня, пожалуйста. Давай поговорим.
- Ну давай поговорим, - безнадежно согласилась она.
- Ты совершено напрасно злишься. Тебе не о чем волноваться, слышишь? Кать! Ну, Кать, я женюсь через несколько дней!
- Я бы на твоем месте не была так в этом уверена… Андрей, мне надо проанализировать ситуацию…
- Проанализировать? Катя! Мы говорим о нас с тобой, а не о финансовых отчетах. О тебе и обо мне…
- Андрей Палыч, а давайте лучше поговорим о работе, - предложила Катя неприступно.
Кира заловила Зорькина в тот момент, когда он уже нажал кнопку лифта, чтобы спуститься на производственный этаж и вкусить фрикаделек с компотом в обществе уютной и милой Лизы.
- Зорькин, поди сюда… Что на тебе за галстук? Я же запретила тебе покупать себе одежду самому. Его надо выбросить немедленно!
- Кира, ты меня удушишь… Оставь мой галстук в покое. Он красивый, с павлином…
- Сам ты павлин!
- Ой, а у меня лифт приехал!
- Ты что, боишься опоздать на посадку?
Татьяна и Маша старательно таращились в бумаги, но уши у них, кажется, удлинились на добрую пару сантиметров.
- Коля, у нас с тобой запланирован обед с моими подругами в «Ришелье». Шестикова, Юлиана, еще кое-кто. Так что давай, возьми меня под руку и начинай любить.
Последние слова Кира сказала шепотом.
- Родная моя, - громко сказал Коля длинным ушам. – Судьба разлучает нас, но в моем сердце ты будешь жить вечно! Увидимся позже!
Он запрыгнул в лифт, мерзавец, и был таков.
Из соседней кабинки вышел курьер с двумя огромными букетами.
- Заказ на имя Пушкаревой, - сказал он, - и Кривенцовой. От Жданова.
Кира смерила букеты презрительным взглядом.
- Ну Катьке-то понятно за что, за Изотову, - пробормотала Маша озадаченно. – А перед Шурой-то он чем в чем провинился?
- Неужели Андрей Палыч и с ней?.. – ахнула впечатлительная Танечка. – Ну того, этого…
Кира от злости пнула ногой закрытые двери лифта, унесшего от неё непутевого мужа, и гаркнула на секретарш:
- Работайте, девушки, работайте!
Однако, судьба бедной Лизы была уже предрешена, напрасно Коля к ней так стремился. На производственном этаже его встретил Малиновский.
- Стоять! Куда пошел?
- На обед…
- Ох, юность! Пора нехитрых желаний, - покачал головой Малиновский и втащил несчастного Колю опять в лифт. – Слушай, ну что на тебе за галстук? Я тебя умоляю, не покупай одежду сам! Ты еще к этому не готов.
Зорькин послушно снял злополучный предмет туалета и засунул его себе в карман.
- Между прочим, - сказал Роман благодушно, - я тебя только что уберег от роковой ошибки… Никогда, ты слышишь, никогда не встречайся с девушкой на следующий день после секса! И уж тем более не корми её едой… Иначе все, брат, кранты!
- Но я правда хотел… мне было с ней хорошо…
- Верю, верю, - покивал головой Роман. Они вышли на залитую солнцем улицу и ждали, когда Потапкин подгонит машину Романа. – Однако, это еще не повод… Сейчас мы поедем с тобой на обед с двумя другими красавицами. Нет, Зорькин, это еще не модели. Но уже и не лекальщицы. Это, Зорькин, новая ступенька по пути к вершине… Запомни три правила на сегодня: тебе запрещено шутить, пить алкоголь и заказывать пасту… Ни один мужчина не может быть сексуальным с этими макаронами на вилке. Мясо. Суровое мужское мясо, как на диком Западе. Женщины, мой юный падаван, обожают суровых мужчин… Шура! Подождите, Шурочка!
Женсовет в полном составе вывалился на свободу. От страстного крика Малиновского девчонки шарахнулись в сторону.
- Шурочка, вы получили цветы? – улыбаясь, спросил Малиновский.
- Ой, Роман Дмитрич, я даже не знаю, что и думать… - доверчиво сказала Шура, - может, у Андрея Палыча предсвадебный мандраж? Может, он теперь на всех секретарш кидаться будет? Представляете? Маньяком станет… Как завидит секретаршу – так хвать её и в кусты…
И Малиновский понял, что курьер перепутал букеты.
Некоторое время Катя внимательно разглядывала карточку «Спасибо тебе за все. Завтра я научу тебя играть в покер. Малиновский», потом всучила букет Жданову.
- Покер? – спросила она сердито. – Малиновский еще не все аспекты своего чудовищного чувства юмора на мне испробовал?
Признаваться в том, что Жданов попросил друга заказать цветы для Катерины было нельзя категорически. Иначе это отбросит их назад в прошлое, к игрушкам и открыткам. А момент и без того был напряженный.
- Катенька, ну Малиновский он и есть Малиновский, что с него взять-то… Давай лучше пообедаем где-нибудь, я тебя умоляю.
- В «Ришелье», - насмешливо сказала Катя и откинула назад свои тоненькие косички, которые заплела сегодня с утра назло всем врагам. Пусть боятся.
- У моего мужа сейчас важный деловой обед с представителями банка, - сказала Кира со вздохом. – Вы же понимаете, как сложно быть замужем за бизнесменом…
- И этих банкиров зовут Миранда и Кармен, - подхватила Шестикова с милой улыбкой. Кира проследила её взгляд и пошла пятнами: за столик неподалеку усаживался Зорькин и Малиновский в сопровождении двух грудастых девиц.
- Аааа, они наверное моделей для показа подбирают, да? – пришла на помощь Воропаевой все понимающая Юлиана.
- Это не модели, - хмыкнула Шестикова, которая знала, кажется, всю Москву, - это стриптизерши из клуба «Онгоинг».
Зорькин перехватил разъяренный взгляд жены и вздохнул. Как тесна гламурная Москва, ужас просто.
- Пойду каяться, - сказал он Малиновскому. – А то потом хуже будет.
Некоторые тонкости Кириного характера у него уже была возможность изучить.
- Но пасаран, - напутствовал его Роман. – Голову береги, это лучшее, что у тебя есть.
- Ну надо же, - восхитился Жданов, входя в обеденный зал Ришелье. – Вот как не уходил из «Зималетто».
Катя попятилась, увидев знакомые лица. Но Андрей обнял её за талию и решительно поцеловал в губы.
- Ну пойдем, поздороваемся.
- Так виделись же уже, - неуверенно сказала Катя.
- Стриптизерши? – изумился Зорькин. Он никогда не видел настоящих, живых стриптизерш. – А это… это… - и тут он увидел Андрея с Катей. – А это вот мы Жданову на мальчишник сюрприз готовим.
- Что вы говорите, - сказала Юлиана.
- Милые дамы, - приветствовал их Жданов, все еще не отпуская Катю. – Моя невеста, Екатерина Пушкарева…
Шестикова молча разглядывала Катю. В её голове щелкали какие-то прошлые стоп-кадры. На косичках её взгляд особенно задержался.
- Ну вы очень продвинутая девушка, Екатерина, - сказала одна из Кириных подруг. – Я бы вот никогда не позволила своему жениху приглашать на мальчишник стриптизерш. Особенно, такому жениху, как Андрюша.
- Стриптизерш? – переспросила Катя низким голосом.
- Миранду и Кармен. За соседним столиком, - уточнила Кира.
Катя повернула голову и увидела Малиновского в обществе двух красоток. Беззаботный Малиновский помахал ей рукой.
- Не понял, - сказал Жданов. В нем уже ощущалась надвигающаяся буря.
Зорькин переминался с ноги на ногу и тоскливо смотрел в сторону выхода. Может, сказать, что ему нужно попудрить носик, и бежать?
Катерина решительно отодвинула стул и села за стол к Кире и прочим змеям.
- Стриптизерши, - сказала она наставительно, - на предсвадебном мальчишнике – это часть мирового культурного наследия. Мы, красивые женщины, можем себе позволить не волноваться о подобной конкуренции, не правда ли?
От такой наглости даже Кира невольно улыбнулась, впрочем, очень быстро взяла себя в руки и снова превратилась в холодную статую.
- Так, хватит, - возмутился Жданов. – Какие еще к черту стриптизерши… Что за бред! Катя, я вообще планирую провести мальчишник… планирую… с Валерием Сергеевичем! Буду слушать армейские байки под наливочку!
- Жданов, - сказал Зорькин с чувством, - родина тебе этого не забудет.
- И тебе тоже, - гаркнул на него Андрей. – Ты будешь сидеть рядом и кивать! Вместе с Романом.
- Мало никому не покажется, - уныло согласился Коля.
По дороге на работу Катя развеселилась. Зорькин уже успел объясниться, и теперь её разбирал неудержимый хохот.
- Видел бы ты свое лицо! А их лица, когда я им про свою красоту начала говорить… О, господи, Андрей! Но мальчишник с моим папой… Это, конечно, подвиг!
- А мне нравится Валерий Сергеевич. Вон какого бойца воспитал…
- Бойца невидимого фронта.
- Кать. Кать, давай я тебе все-таки все объясню.
Эта потребность – расставить все точки над i – была внове для Жданова. Всю свою жизнь он стремился избегать объяснений, а вот сейчас у него просто свербило под ложечкой, так хотелось, чтобы между ним и Катериной не было никаких недомолвок.
Катя посерьезнела, насупилась.
- А давай я сама, - предложила она. – Тебя все бросили, и ты пошел ужинать, встретил там Изотову, она проболталась о новой коллекции «Фонтано», и ты потащил её с собой в «Голубой огонек» стращать Милко… Надо думать, наш гений не проникся, потому что, скорее всего, на Изотову он все еще злой. Изотова эту встречу восприняла как знак судьбы и явилась сегодня в «Зималетто» за продолжением банкета. Куда ты её дел?
- Отдал Малиновскому на перевоспитание, - буркнул Андрей, припарковываясь. Он повернул голову и внимательно посмотрел на Катю. Она сидела очень прямо и теребила ремешок сумочки.
- Все это понятно, Андрей… И даже очень вероятно. Если бы эта была не Изотова, только! Я же видела вас с ней… Я же была тогда в каморке. Все это воркование, ваши поцелуи…
- Если бы я знал, если бы я хотя бы мог предположить, что случится в моей жизни такой человек – Катя Пушкарева, - мрачно ответил Жданов, - то я бы провел эти годы по-другому. Но сейчас я уже ничего не могу исправить, Кать.
- Это очень сложно – верить тебе, Андрей. Это почти невозможно.
- Но ты не сдавайся, Кать, ладно?
- Я постараюсь, - кивнула она и взяла его за руку. Привычно уже переплелась пальцами. Из большой ждановской ладони перетекало в Катю тепло. – Мне только нужно…
- Кать, ну я всегда буду рядом. Это я тебе могу пообещать.
|
Вот радость, сразу две главы! 
Напридумывала бог весть что.
) Бедная Катька 
И спасибо!