Глава 10
Дверь неслышно приоткрылась и впустила в президентский кабинет очаровательную женщину с сияющими серыми глазами и озорной улыбкой на лице.
- Юлиана! - подскочила в кресле Катя и бросилась навстречу подруге с распростертыми объятьями. - Как я рада вас видеть!
- Катюш, а что происходит в Зималетто?- поинтересовалась Виноградова после того, как их радушные взаимные приветствия закончились, и они с Катей уютно расположились в креслах возле маленького журнального столика.
- В смысле?
- Мне вчера звонил Милко…
- Жаловался?
- Жаловаться это его обычное состояние, а в этот раз у меня создалось впечатление, что он пережил какую-то катастрофу, причем вселенского масштаба. Кать, я прекрасно понимаю, Вуканович еще тот фрукт, но все-таки что случилось-то?
- Милко обиделся.
- На кого?
- На меня, - вздохнула Катя.
- И по какому такому поводу?
Катя рассказала подруге о новой стратегии Зималетто, и, собственно, причине упаднического настроения и обиды их великого дизайнера.
- Это же замечательная идея! - воскликнула Виноградова. - Надо же, кажется, она лежала на поверхности, но именно ты решилась воплотить ее в жизнь. Ты просто молодчина, Кать! И новая концепция продаж с индивидуальным подходом к покупателю мне очень нравится! Послушай, Катюш, - воодушевилась Юлиана, - вполне возможно, что мы сумеем заключить выгодный контракт с одной известной косметической фирмой. Они будут спонсировать показы, а мы будем предлагать их продукцию в магазинах Зималетто. Как тебе такая задумка?
- Прекрасно, если уж создавать покупателю стиль, то почему не делать это по полной программе.
- А Милко, значит, твою идею не воспринял и встал на дыбы?
- Предложение создать коллекцию для наших секретарей, похоже, его убило.
- Ясно. Не переживай, все образуется, просто Милко страшный консерватор. Кстати, о секретарях. Я через весь офис прошла и ни одного не встретила, все как повымерли. С ними-то что? Тоже обиделись и забастовку объявили? - рассмеялась Виноградова.
- Не знаю, может быть, - неуверенно пожала плечами Катерина.
С женсоветом сегодня действительно творилось что-то странное. Секретари с самого утра шушукались по углам, потом устроили пресс-конференцию в туалете и нарвались на Киру. Воропаева тут же примчалась к ней в кабинет, и обвинила в том, что она нарушила свое слово и якобы тайно пытается вернуть себе Жданова, для чего распространяет нежелательные слухи о причине отмены ее с Андреем свадьбы. Катины уверения, что она не знает, откуда пошли эти разговоры, но постарается во всем разобраться, не произвели на Воропаеву впечатления: - «Посмотрим, - скептически усмехнулась она, - как это у вас получится». Напоследок Кира с присущей ей безапелляционностью потребовала: - «Когда я вернусь из Праги, вы, Екатерина Валерьевна, я и Андрей, мы должны решить что нам сделать, чтобы два месяца, пока вы здесь работаете, нам друг друга не видеть».
- Ну а какие еще у тебя проблемы? - продолжала между тем допытываться Юлиана. - Как отношения с Кирой складываются?
- Кира меня ненавидит.
- Андрей, - догадалась Виноградова.
Катерина посмотрела на подругу такими глазами, что у Юлианы все внутри похолодело, - такой взгляд она видела у Кати только однажды, в тот день, когда она прочитала инструкцию.
- Катюш, ну ты чего? Что с тобой?
- Я уже ничего не понимаю, Юлиана. Я была уверена, что возврата к прошлому нет, что мы давно всё выяснили. Я хотела только одного, чтобы Андрей опять стал президентом, чтобы они с Кирой помирились. Я хотела исправить то, что натворила, и уйти. Поначалу мне казалось, что все к этому и идет. Андрей с первого дня очень серьезно включился в работу, Кира хоть и не жаловала меня, но ради Зималетто согласилась потерпеть, а сейчас все опять перевернулось с ног на голову. Кира сходит с ума от ревности, а Андрей… Он вчера выследил меня у ресторана, где у нас была деловая встреча с Воропаевым. Устроил безобразную сцену, кричал на меня, а потом…, - Катя потерянно замолчала.
- Что потом, Катюш? - вынуждена была спросить ее Юлиана.
- Андрей признался мне в любви, сказал, что ревнует и не может видеть меня с другими мужчинами. Вот зачем он так, Юлиана? Ведь не нужна я ему. Почему он не хочет оставить меня в покое?
Юлиана вздохнула, - «Андрей, опять Андрей».
- Кать, послушай, а может быть, он не обманывает? Может быть, Андрей действительно любит тебя? Вдруг это правда?
- Он? Любит? - опешила Катя от такого ее предположения. - Неет, что вы Юлиана, не может он меня любить, да и у них с Кирой все налаживается. Она о нем так заботится, переживает. Просто ему опять что-то от меня нужно.
- Ты уверена?
- Конечно! Он и не вспоминал обо мне, а сейчас, когда я стала президентом, вдруг разволновался, конечно, все это из-за Зималетто, я уверена.
- Тогда слушай мою команду, Катерина! Кончай киснуть, ступай на свежий воздух, прогуляйся, порадуйся весне, солнцу, а то ты сутками сидишь в этом своем кабинете и только и делаешь, что всех обижаешь.
Виноградова рассмеялась, а Катя в очередной раз удивилась какой же у нее необыкновенный разноцветно-радужный смех.
Юлиана обладала удивительной способностью все менять в лучшую сторону. При ее появлении отвратительная дождливая погода вдруг превращалась во всего лишь грустную, надоевшая нудная работа выполнялась легко и непринужденно, а дурное настроение мгновенно исчезало. От нее исходит какой-то особенный солнечный магнетизм, казалось, что одним взмахом своего зонтика эта лучезарная женщина-фея способна была заставить всех людей вокруг улыбаться и радоваться жизни.
- Тебе совершенно необходимы положительные эмоции. Кстати, Катерина, ты почему Михаилу до сих пор не позвонила? Он так удивился, когда узнал, что ты вернулась в Зималетто. Кать, ну не хочешь ты сейчас других отношений, ну и ладно. Мишка же замечательный парень и он все понимает. Скажи, только честно, тебе же с ним хорошо было в Египте?
- Хорошо.
- Ну вот. Общайтесь, встречайтесь, тебе сейчас очень нужна его поддержка.
- Ой, Юлиана, я совсем забыла. Спасибо вам.
- За что?
- Как за что? За поддержку. За ваши письма.
- Кать, какие письма? Я что-то ничего не понимаю.
- Ваши электронные письма, в последнем еще стихи Бориса Смоленского были, помните? - не совсем уверенно спросила Катя.
- Кать, я конечного люблю поэзию, ты знаешь, но, ни до такой степени, чтобы рассылать друзьям и знакомым письма со стихами. Я никаких писем тебе не писала.
- Как не писали, а кто же их тогда написал?
- Знаешь Кать, что я тебе скажу, поговорила бы ты с Андреем начистоту. Пока этого не случится, ты так и будешь мучиться сомнениями.
Сегодня, должно быть, был день открытых дверей или искренних разговоров по душам. Не успела Катерина проводить Виноградову, как в дверь опять постучали и Ольга Вячеславовна, предварив свой визит вопросом: - Можно, Кать? - вошла к ней в кабинет да не одна, а в компании со всем женсоветом.
- Катюш, нам нужно поговорить, - сразу с порога заявила староста добровольной организации несогласных секретарей.
- Конечно, Ольга Вячеславна, девочки, давайте пройдем в конференц-зал, - предложила Катя, которой сразу же передалось взволнованное настроение подруг.
- Кать, ты прости нас, пожалуйста, - обратилась к ней, как только они расселись вокруг стола, Уютова. – Это все из-за недопонимания и моего неравнодушного отношения к Павлу…
- Что вы, Ольга Вячеславна, я не обижаюсь, - попыталась перебить ее Катерина.
- Нет, нет, Катюш, - замахала руками Уютова, - это я виновата, я засомневалась в тебе, а девочки, - она обвела взглядом притихший женсовет, - они привыкли прислушиваться к моему мнению. Кать, - продолжила она, - мы знаем, что ты спасла нас всех от увольнения и мы очень благодарны тебе за это.
- Откуда? - удивилась Катерина, а потом посмотрела на скромно потупивших глаза подруг и улыбнулась про себя. – «Разве бывает что-то, чего не знает женсовет!».
- Катюш, есть еще кое-что. Случайно, но мы теперь в курсе того, что произошло в Зималетто, что произошло с тобой, мы не хотим никакой недосказанности, - и Ольга Вячеславовна положила перед ней обыкновенную на вид черную офисную папку.
Еще до того как Катя открыла ее, она знала что в этой папке находится.
Инструкция. Отчет.
Неожиданно надавил звенящей пустотой вакуум, и у нее потемнело в глазах. Окружающие предметы и люди словно бы уменьшились в размере, стали размытыми и нечеткими, как будто все вокруг нее раздвинулось вверх и вширь и ушло куда-то далеко, далеко. Катя ничего не видела кроме лежавшего на столе окаянного черного прямоугольника. Она потянулась к нему, стала осторожно листать знакомые страницы, и ей показалось, что их шелест напоминает змеиное шипение.
Ушшшшжалю… Укушшшшу…
Перед глазами встал совет, растерянное лицо Андрея, когда он открыл папку и увидел что в ней находится, его уязвимость, его боль, которую она почувствовала тогда и вспомнила сейчас.
- «Что я наделала», - задохнулась от воспоминаний Катерина и слезы рекой потекли у нее из глаз.
Она долго не могла прийти в себя. Девочки притихли и не трогали ее, видимо понимая, как ей сейчас тяжело.
- Вы это обсуждали сегодня в курилке, да? - обратилась она к подругам, когда немного успокоилась. Они дружно закивали в ответ. - Наверное, - призналась Катя, - мне стоит все вам объяснить, чтобы не было больше сплетен и недоразумений. Все началось после провала коллекции из дешевых тканей…, - начала она свой рассказ.
К концу ее исповеди вместе с ней рыдал уже весь женсовет.
- В этот день я решила, что все кончено, что я должна рассказать на совете директоров о том, что случилось в компании.
- А как же ваши отношения с Андреем? - всхлипывала Танюша.
- Я не хотела, чтобы об этом кто-то узнал, но в тот день, когда я уходила, Кира…
- Она потребовала, чтобы ты открыла пакет, - догадалась Маша.
- Да. А там были открытки, подарки Андрея и письмо Романа.
- Так Кира про вас все узнала!? - воскликнула Светлана Федоровна.
- В письме все очень ясно изложено.
- Ой, Катюша, решиться на такой роман прямо перед свадьбой Андрея... Кать, ведь он же был почти женатый… Хорошо хоть Кира не беременная, - добивали ее своими рассуждениями подруги.
- Катька, бедная Катька, ну и повезло же тебе с этим Андреем Ждановым.
- Я сама виновата, я все неправильно сделала, но ничего, слава Богу, все возвращается на свои места, Андрей скоро станет президентом, они с Кирой поженятся. Все будет так, как должно быть.
Никто не видел, как в этот момент Ольга Вячеславовна с сомнением покачала головой.
- Девочки, - обратилась ко всем с просьбой Катя, - умоляю вас, молчите как рыбы.
- Даже не думай, Кать, - окинула выразительным взглядом женсовет Уютова, - больше от нас никто ничего не узнает.
Наконец-то, все успокоились, и, довольные восстановившемся в их дружном коллективе согласием и взаимопониманием, решили разойтись по рабочим местам.
- А вообще Кать, ты нам не все рассказала, - вдруг заявила Пончева, - вот как ты съездила в Египет, смотри, как ты изменилась, что там с тобой произошло?
- Кать, а помнишь, ты мне говорила о каком-то Михаиле, с которым познакомилась в Египте?
- «Вот ведь, Машка, памятливая какая», - изумилась про себя Катерина.
Пришлось опять возвращаться за стол и рассказывать неугомонному женсовету про то, как она работала с Юлианой на конкурсе красоты и про Михаила. Даже фотографию, на которой они с Мишей вдвоем, пришлось показать, иначе любопытные подруги от нее бы не отстали.
Шумная ватага женщин покинула конференц-зал, и Катя осталась одна. Она прошла вдоль стола и села в то кресло, в котором на последнем перед своим отъездом совещании сидел Андрей.
Взяла в руки пресловутую папку.
Сколько же эта история будет еще длиться? И сколько раз она будет бумерангом возвращаться к ней? Может быть, Юлиана права и ей действительно нужно поговорить с Андреем, чтобы расставить все точки над «и»? Поговорить… Но как? И где взять силы для этого? Андрей сказал, что постарается ее забыть, а она думает о нем постоянно, и считает дни, часы и минуты до его возвращения. Ей так плохо без него, так тоскливо, но она справится, обязательно справится, и она сможет спокойно смотреть Андрею в глаза, когда он вернется, только вот что делать с глупым сердцем, которое никаких доводов не слушает, которое скучает, надеется и ждет.
|
Все-таки, любовь больше отдающее чувство. ИМХО.
Мне Малиновский больше нравится,вот бы у них с Катькой весёлая семейка получилась! 
Вот только сейчас, кажется, получилось.
