Андрюша дует лепестки, пока Рома пляшет вокруг, убеждая его в относительности всего сущего. «Катя мне доверилась!» - говорит он с проникновенной хрипотцой. Андрюша, это Малина! Ау! «Она была со мной искренна, как никто другой!» Не будем про веру Андрюши в искренность Кати (и про дефицит искренности при наличии у него Романа, Киры и даже Изотовой), тут сама формулировка странная. Никто другой не рассказывал ему печальные секреты своего прошлого? Ну так они и не обязаны вообще-то. Правильнее было бы сказать «была искренна, как ни с кем другим». В общем, совершенно справедливо Малина глаза закатывает, потому что «не надо вот этого вот, патееетики этой…» Андрюша же включает большого босса и в ответ заявляет, что не надо цинизма (тоже вот этого вот), и вообще Малина должен быть с Катей искренним и нежным. Рявкнул и тихохонько отслеживает реакцию. Рома офигевши, Андрюша поясняет, что он, видите ли (и это безусловно секрет и открытие для Малиновского) не умеет писать трогательных писем. Тон понизил, независимо бегает глазами. Рома фигеет, дорогая редакция, и сирано – не сирано. Рыбка моя не растет в моих глазах сейчас.
Викины два курса МГИМО не прошли даром – словосочетание «корпоративная этика» дается ей легко и непринужденно. А Машка с Федькой опоздали и вызывают ненависть своим счастливым видом. Федькина футболка, скрывающая Машкины богатства, вопиет, а косички с одной стороны симметричны Катенькиным, а с другой нагло посрамляют их своей толщиной.
Машка и Федька вьют веревки из Киры. Почему ж наша подлая снобка смотрит на них с грустной улыбкой и отпускает, не уволив и даже без выговора?
Пастораль в президентском кабинете. Ослепительно синий на белом Ромочка, изведя энное количество бумаги, ваяет потребное другу трогательное послание. Просто ослепительный (костюмчик!) Андрюша мирно работает с документами, орудуя союзным Ромочкиному свитеру маркером. Ромочка наваял, а Андрюша уросит громким шепотом. Ну, что это такое: «Катя – хватит»? Банальщина. И похабщина (так все же одно или другое?) Рома обижается, подбирает свое отвергнутое творчество и слагает обязанности. А вот и напишет Андрюша сам, «просто и по-человечески»! Для этого, Андрюша, надо быть «простым» и «человечным», а ты «даже спасибо другу не сказал». Нет, совсем не растешь.
Является Федя, и Рома немножко повышает себе настроение, поигравшись в педсовет. А Федя поигрался в квартиру Андрюши. А Андрюша ни во что не поигрался, ему чумадан надо собрать по вкусу Киры Юрьевны. А вообще это нормально – курьера с такими поручениями посылать, по ванным да шкафам рыться?
Андрюша ваяет. Спасибо, Андрюша, рука и запястье прекрасны.
У Киры плохое предчувствие. Амура гонит фальшивую пургу про аутотренинг, потом гримасничает с Шурой. Вообще не было повода. И очередной парадокс – кажется, у Амуры вообще никакого контакта с начальницей. Суетлива и неестественна в самых обычных ситуациях.
Кира пришла к Андрюше. Грустная и спокойная. Андрюша неловко прячет свою писанину. Не может поехать с ней даже обедать - чумадан ждет, видите ли. А во сколько кстати у нас вылет? Кира устала. Впирается Катенька. Андрюша задает ей тот же вопрос. Катенька бекает и мекает. «Я … да… Билеты у меня, я щас принесу, не помню. Тут… проблемы возникли у нас…Я только что звонила в банк…» Замолкает в ожидании вопроса. Получает просьбу не тянуть и говорить яснее. Им отказали в отсрочке? «Да, я говорила с менеджером, но вы же знаете, это бесполезно… Они хотят общаться лично с вами! (быстро, жестикулирует) Я пфф… пробовала все возможное, но…» Андрюша хочет услышать, что конкретно от него требуется. Фер-то ке, в смысле, что делать-то? Катенька мекает. «Нужно решать… проблему с кредитами… срочно… Видимо, придется отложить поездку…» Глазами бегает, на Андрея не смотрит. Кира поражена. И нет, на следующей неделе не получится, проблему нужно решить до конца этой. (Так до конца недели или срочно?), а то счета заморозят. Андрюша разводит руками, мол, сама видишь. Киру перемкнуло. Я так и знала, а твоя Катя отлично тебе подыгрывает. Катя таращит глаза с открытым ртом, а потом бросается в бой: «Кира Юрьевна, я вас не понимаю!» Раньше она в разборки Андрея с Кирой не вмешивалась, а тут… Осмелела Катенька, после второй ночи и новых долговых обязательств, чо уж Андрей пытается успокоить Киру, но как-то нелепо: «Родная, это только из-за ЗЛ!» Только подливает масла в огонь. Кира кричит. Охамевшая Катенька по мере сил участвует в движухе: «Кира Юрьевна, вы не…!» К счастью, Кира ее игнорирует и отвечает только Андрею, но тому от этого не легче. Он психует и устремляется за ней, так сотрясая хлипкие двери, что любо-дорого. Перемещаются в ее кабинет, Андрей пытается достучаться, Кира не слышит, он выдыхает, собирается с силами и делает еще одну попытку. Гладит по ножке. Безрезультатно. Психует еще больше. Едем, и пофигу, чо тут и как. Вновь сотрясает двери.
Кабаева и затемнение с заглушением
Андрюша жалуется Роме. На женскую логику. Очень смешной светильник у них над этими красными креслами, как лапа какая-то) Рома сама милота. «Жданов, ну не грузись ты!» Пошел улаживать. Андрюша кидает вслед «спасибо», и Рома аж оборачивается от неожиданности.
Андрюша рявкает Катю. Уверена ли она, что ситуация с банком настолько критична? Катенька делает неожиданные (или не очень?) выводы из этого вопроса. «Андрей Палыч, неужели вы.. вы что же, думаете, что я не хочу, чтоб вы уезжали?» Между прочим, вопросительная интонация заканчивается где-то на середине фразы, а собственно финал звучит как утверждение. И Катенька этот вывод подтверждает: «Я действительно не хочу, чтобы вы уезжали… (да блин! рядовая рабочая командировка максимум на неделю, что за цирк?!) Но это не причина, и интересы компании сейчас важнее, чем мои интересы и, извините, интересы Киры Юрьевны!». И опять странная формулировка! Какие интересы компании?! А командировка этим интересам противоречит? Вопросы, которые должны там решаться, на самом деле не важны? Банковский демарш - это форс-мажор, и именно так и должна ситуация объясняться, без апелляции к высоким материям в виде абстрактных интересов компании, которые Катенька не в пример Кире Юрьевне прям блюдет-блюдет, хоть ей и невыносимо больно. В общем, как тогда у лифта после отмены увольнения ЖС – на пустом месте белым пальтом махнула, только сейчас еще и Киру получилось пнуть. Андрюша тем временем Катю, упаси Бог, ни в чем не подозревает, но все же более неудачного момента, чтоб сообщить о срыве командировки, придумать было нельзя. Катенька горячо пускается в объяснения: «В банке сменился начальник кредитного департамента, пришел новый человек, новые правила!..» Затормозила. Виновато: «Я опять стала причиной ссоры вашей с Кирой Юрьевной…» Ну не без этого, да. У Катеньки вообще уже рука набита. «Простите меня…» - отвернулась с кислой гримасой (той самой, которая у нее проходит по классу «знает кошка»). Стоит, обхватив себя руками.
Взнервленный Андрюша уселся в кресло (кстати, для этого пришлось отойти от Катеньки подальше), красивую головушку опустил. Катенька посмотрела – и, очевидно, вспомнила ситуацию с контрабандой, когда они на пару с Малиной утешали бедолагу (точнее, когда Малина утешал, а Катенька присоединилась позже), шагнула к «любимому», не меняя положения рук (т.е. все еще закрываясь). «Не надо нервничать, все будет хорошо, слышишь». И на ты перешла вдруг. Редко наша «возлюбленная пара» друг друга этим «сердечным «ты» балует. Схватила за плечо и за руку. «Ну вот, весь на нервах…» Полностью переключилась на руку, прижала ее к себе, но что с ней делать, не знает и вертит неловко. Андрюша на ее манипуляции никак не реагирует, движения навстречу не делает, головы не поднимает. Катя собирается принести валерьянку, Андрюша вальяжно кобенится в потолок, мол, дожили. Катя довольна, ну вот, хороший мальчик, наглаживает по плечу и тискает руку, пойду возьму у Женсовета (заодно рассказав, кому и зачем, без этого не обойтись), уходит, с умилением оглядываясь на «любимого»… «Любимый» даже головы не поворачивает в ее сторону. В общем, очень яркая сцена. Катенька в кои веки вроде бы действительно поддерживает Андрюшу… посреди кипеша, который сама же и сгенерировала. И очень довольная и собой, и кипешем. Который, кстати, по серьезности не дотягивает ни до совместного визита папА и фасовца, ни до задержек зарплаты – случаев, когда поддержка и понимание (вкупе с валерьянкой) Андрею действительно были нужны, а Катеньке в голову это почему-то не приходило.
Милко, Кабаева, ЖС и затемнение. Одной и радости, что Милко на Женсовет поплевал. А, Шура сотрясает воздух. Мол, еще б чуть-чуть, и получил бы гений в глаз. Ню-ню.
Рома уговаривает Киру. Кира отвернулась, заткнула уши. Впирается Юлиана. Ой, а чтой-то у нас с Кирой? Все тебе скажи. Трогает Киру. Та оборачивается, ой, это ты. Устало и без интереса спрашивает, как дела, поворачивается спиной. Юлиана вся в трудах, вся в трудах и валится с ног, о чем и повествует, не обращая внимания на интонацию, с которой был задан вопрос. К вопросу о дружбе, да. Рома обезьянничает охи-ахи и вываливает ей текущую проблему, Юлиана хочет объяснений. Подваливает Милко с Алиной, пугая кулебякой с кальмаром по-китайски (что?! ), Вика с "позвольте представить" и фирменным "да? а вообще да", Кира здоровается с Алиной. Она уже успокоилась, но ей очень плохо и она устала.
Те же и Андрюша. Продолжение скандала. Кира просит прощения, Андрюше сообщают про Алину, он включает невозможный голос.
Катенька. Притаранила в кабинет валерьянку, навела в два стакана, понюхала оба, понесла к столу, довольная тем, как ловко она заботится о «любимом», обнаружила открытку. Явился Андрюша, выпил валерьянку, спасибнул, но Катенькиной заботой как-то несильно проникся. Спросил про встречу с банком. Сел за стол. На Катю не смотрит. Катя маячит рядом, у вас тут вот. Состроила гримасу. Ой. Андрюша, который уже про Катю забыл, не то что про открытку, отдает ее «любимой». А это вам. Написал, мол, я вам тут вам вот, не гладко, но от души. Катя счастлива и включает Гоголя. Как известно, Гоголь ( потому что «хоть святых выноси») включается в Катеньке одновременно с игривостью. Покрутила довольной головой, взяла открытку, поднесла ее к носу, постреляла над ней глазами, изобразила рукой и глазами же, что ну я пойду почитаю, пошла почитать, танцующей походкой вприпрыжку и обмахиваясь открыткой, покрутилась многообещающе в дверях каморки, словно голливудская красотка накануне секса у входа в ванную, скрылась. «Влюбленный» Андрюша перестал (а кто бы не перестал?!) смотреть на нее чуть раньше, чем она исчезла, и жует губами.
Катя радуется тексту, «Андрей Пааалыыыч!», Андрюша рефлексирует, что за чушь он написал. «Она подумает, что я сентиментальный идиот (вот тут наоборот в тему, Андрюша), или бабник, которому есть, с кем сравнивать». Вот тут даже не знаю. А не должно быть, к тридцати-то годкам? Что ж она у тебя совсем дура? Хотя… Ругает себя кретином и злится, зачем он «все это затеял».
А Гоголь в Катеньке требует выхода. Из каморки она выходит совершенно пьяная. «Андрей, - говорит она, тряся головой и завлекательно вращая глазами, - Андрей Палыч! Вы такой шалун…я даже не знала, что выыы…» Как будто он ей в этой открытке Камасутру нарисовал в жанре гиперреализма, ей-богу. Медленно идет к нему походкой пантеры от бедра перед прыжком, обмахиваясь неприличным, но таким увлекательным посланием, потом берет короткий разбег и запрыгивает на «любимого». Какая Кира, какие свидетели, о чем вы вообще. Нацеловывает в щеку. «Кать, да за что спасибо-то, вы меня задушите!» Отпустила. «За счастье». Так это вот это счастье? Не ночь с «любимым», не объятия с поцелуями… открытка? Дует по-детски губки и игриво лупит «любимого» открыткой по макушке! «Как можно спрашивать, за что?» Смотрит, выдвинув в улыбке челюсть, и снова целует. Успела отпрянуть в последний момент перед появлением Киры.
Кира настроена мирно (хотя, наверное, в ней больше усталости сейчас) спрашивает, когда встреча. Андрюша бездарно врет. «Скоро, буквально минут через…» - «Сорок», - заканчивает Катя. А разве не в течение недели должна быть эта встреча? «Хорошо, я желаю тебе удачи», - говорит Кира. Катеньку ситуация (помирились?!) не устраивает. Помявшись с бумажками у стола, она громко обращает на себя внимание вопросом, не нужна ли она больше, и направляется к выходу. Кира стоит близко к двери, не очень удобно, но если подойти к этой двери со стороны кресел, то можно без труда открыть ее пошире и выйти, не задев начальницу. Но Катеньку и эта ситуация не устраивает! Поэтому она чешет напрямую и втискивается между дверью и Кирой, буквально оттеснив ту спиной и задом
Андрей грустно трогает Киру, как котик лапкой. Понял, что она сорвалась, обиженного не строит. Просит звонить, но Кира не уверена, что ему это нужно. «Не будем прощаться». Стоит расстроенный.
Кира приглашает Катю пообедать вместе. Очень вежливо и волнуясь. Бабы поодаль навострили уши.
Малина развернул бурную деятельность. Набор «Неотразимый соблазнитель» уже разложен и упакован. Конфэты, оставь котенка, степлер. Андрюша сварливо срывается на Рому. Мол, не пропадешь с таким товаром. Рома отвечает загадочной фразой про Андрюшину любовь, которая не продается. Андрюша просит положить это все ему на стол, а лучше в шкаф. Рома замечает понурость друга и спрашивает, все ли у него в порядке. Андрюша аж обернулся. «Что мне тебе ответить?» Почему-то мне кажется, что из-за Киры он расстроен, а не из-за вранья Кате.
Вика вне себя от такого бездарного использования французских деликатесов и попрекает подругу батончиком. Кира ее затыкает.
Петли на Катином пальтишечке в профиль – как тараканьи лапы, извините.
Рома запечатывает конверт с инструкцией. ЗАПЕЧАТЫВАЕТ. Конверт с липким краем. Придумывает название пакету. «Укротитель монстров», «Мужчины на грани нервного срыва» и «Неделька» отвергнуты, а вот «Спасти рядового Жданова» в самый раз.
Кира и Катя в ресторане. Катя надулась от неловкости, глупо шутит про несвежий фреш. Кира сглаживает момент, предлагая ей попробовать коктейль. Катя долго пялится на метрдотеля, соглашается. Потом зачем-то вертится на стуле, оглядывая зал. В крысиных косичках новая ветошь. Похоже, у нее стратегические запасы. Снова глупо шутит, на этот раз про «официанта». Кира объясняет про «уважение», Катя мотает на ус. Кира разворачивает и кладет на колени салфетку, Катя повторяет за ней. Давайте поговорим.