Прошу пардону за задержку. Это не редактора, а моя вина... 
А редактор тяжко работает, так что прода не редактирована...  Обо всех ошибках и очепятках прошу сообщать в личку...
- Как это мило… Как это мило с их стороны подарить тебе мой любимый швейцарский... Кстати, это потому, что ты первый выступал. Другие получили по «Сникерсу», - Малиновский взгромоздился на стол и начал разворачивать шоколадку. – А ты давай, рассказывай…
- Что рассказывать? – Жданчик, не успевший позавтракать, обречённо смотрел, как обёртку ЕГО поощрительного приза терзают Ромкины пальцы.
- Как прошел вчерашний вечер?
- А ты разве не помнишь?
- Жданов, не увиливай от ответа!.. Ты прекрасно понимаешь, о чём я спрашиваю, - Ромка откусил шоколадку и зажмурился от удовольствия.
- Вкусно? – мрачно поинтересовался Андрей.
- Бесподобно!... Тебе бы не понравилось… Ты ведь не ешь шоколад…
Подавив тяжёлый вздох, Андрюша принялся открывать бутылку с минеральной водой…
- Жданов, не молчи!
- А я разве молчу?
- Мы зачем сюда пришли?
- Сюда? – Андрей с деланным изумлением оглядел конференц-зал. – Не знаю. Это ты меня сюда позвал.
- Понятно… Значит, о вчерашнем вечере мы разговаривать не хотим…
- Ну хорошо, если ты так просишь, - Андрей отхлебнул из бутылки. – Сначала мы с тобой поехали у Пушкарёвым…
- Жданыч, - Рома перестал жевать. – Меня интересует та часть вечера, которая началась после вашего с Катей отъезда из «Планеты».
- По времени это была уже ночь.
- Природная деликатность не позволяет меня спросить: как прошла ночь?
- Это ты на что намекаешь? – рассердился Жданчик.
- Знаешь, твоё возмущение и твоя скрытность мне бы даже понравились, но… Почему-то мне кажется, что ты вчера опять наломал дров…
- Ничего я не ломал!
- Тогда почему увиливаешь от ответа?
- А почему ты устраиваешь мне допрос?
- Вот, значит, как теперь! – Малиновский отложил в сторону шоколадку. – Раньше ты всё рассказывал… А я вчера, между прочим, отказался от своих планов на вечер. По ТВОЕЙ просьбе… А ты…
Малина соскочил со стола и направился к дверям.
- Ромка, ну… подожди!... Ты что, обиделся, что ли?
- Пойду – работы много.
- Малина! – Жданов задержал друга у самого порога. – Ну… Правда… Нечего рассказывать… Я просто довёз Катю до дома.
- И всё? – Роман недоверчиво посмотрел на Жданчика.
- Ну… по дороге поговорили… О тебе, между прочим.
- Я польщён, - изрёк Ромио с некоторой долей претензии. – Всю дорогу обо мне?
Малиновский вернулся к столу, на котором лежала недоеденная шоколадка.
- Дорога была короткой.
- Не понял… Она что, вышла из машины сразу же, как только вы приехали? – Ромка был неприятно удивлён. – И ты её отпустил?
- А что нам ещё оставалось делать? Её мама наблюдала за нами из окна!
- Ты остановил машину под её окнами? Жданов… - Ромка вздохнул. – Всему тебя учить надо...
«Он не рассказал! Он не рассказал! Он не рассказал!» - Катюша готова была танцевать от радости. Потом ей подумалось, что стоять, прильнув к дверям в конференц-зал, и ловить каждое слово, мягко говоря, некрасиво, и Катенька устыдилась. Но возвращаться в каморку не хотелось – «совещание» в конференц-зале ещё не завершилось. Пришлось скомандовать самой себе «Кругом!» и «Шагом марш!».
- Почему всё хорошее так быстро кончается? – Ромка покрутил в руках пустую обёртку и, прицелившись, бросил её в мусорную корзину.
- Ты о рабочем времени? – Жданчик взглянул на часы.
- Я о жизни и её радостях… Кстати, о радостях… Ты заметил, что у Катерины новые очки? Очень ей идут.
«И ещё я заметил, как ты на неё пялился!» - подумал Андрей, а вслух сказал:
- Да? Не разглядел… Плохое освещение...
- Вот-вот! И освещение плохое, и кондиционера нет…
Андрюша виновато пробурчал:
- Я уже предлагал ей переехать в бывший кабинет Ветрова, она сама отказалась.
- А ты ещё раз предложи. А если откажется – распорядись, чтобы кондиционер установили, лампочку нормальную вкрутили… Прояви внимание!
- А я не проявляю?
- До дому довезти девушку, куколку подарить – это, конечно, хорошо, но маловато. Она должна постоянно чувствовать, что ты о ней заботишься, - Ромка забрал у Андрея початую бутылку.
- Где ты раньше был со своими советами?
- Раньше? Раньше мне приходилось напоминать тебе, что ты обещал девочке повысить зарплату, а потом благополучно об этом забыл… Жданов, а она в «Никамоде» как генеральный директор зарплату получает?
- Я не спрашивал.
- Плохо. Спроси. Девочке наверняка нужны деньги, особенно сейчас.
- Что значит «особенно сейчас»?
- Это значит, что нашей Катюше захотелось хорошо выглядеть. И главное, что у неё это получается. С чем я тебя и поздравляю! – Малиновский похлопал Жданчика по плечу.
«Не с чем поздравлять!» – захотелось выкрикнуть Андрею: то, что привлекательность Катеньки будет заметна другим мужчинам, Жданову совсем не нравилось.
- До обеденного перерыва полчаса осталось, а я ещё работать не начинал, - Андрею не терпелось закончить разговор.
- Трудолюбивый наш!.. А ты в курсе, что твоя пока ещё невеста сегодня не появлялась в «Зималетто»?. По словам её секретарши, заболела…
- Заболела? - удивился Андрей. При своей кажущейся хрупкости Кира Юрьевна обладала крепким здоровьем, даже сезонный грипп частенько обходил её стороной.
- Кира позвонила Амуре и сообщила, что сегодня на работу не выйдет. Голос у неё был хрипловатый, и наши дамы сделали вывод, что Кира Юрьевна простыла.
- И тебе всё это доложили?
- Мне всё это доложила моя верная секретарша Шурочка. Все остальные так переживают за здоровье Киры Юрьевны, что не могут усидеть на рабочих местах.
- Простыла… Надо бы её сегодня навестить, - без особого энтузиазма проговорил Андрей.
- Лучше всего в обеденный перерыв.
- Почему это? – Жданчик, не успевший даже чашки кофе утром выпить, мечтал провести обеденный перерыв в ресторане.
- Как знаешь… Можешь ехать вечером... Примирение по полной программе, так сказать...
Нет, у Андрюши были совсем другие планы на вечер…
«Идти – не идти?... Жданов, ты ещё вон ту отцветшую астру с клумбы сорви и погадай!»
Андрей сидел в машине во дворе Кириного дома и пытался (пока безрезультатно) заставить себя навестить больную. Простой визит к якобы простудившейся невестушке мог обернуться бурным выяснением отношений… Совесть заворочалась, открыла полусонные глаза и недовольно уставилась на хозяина. «Знаю, знаю! – поспешил успокоить её Жданчик. – Может быть, надо сходить в аптеку за лекарствами… Или в магазин – за продуктами… Да иду я!»…
Андрей вот уже в третий раз тщетно нажимал на звонок у дверей Кириной квартиры… Не открывает… Наверняка заметила машину во дворе и не хочет его впускать… Мобильный телефон отключила, к домашнему подходит, но, как только слышит его голос, бросает трубку… Отлично! … Ну что ж, Кира Юрьевна, ваш жених свою миссию выполнил и теперь может со спокойной совестью ехать обедать.
О том, что в бардачке автомобиля лежат ключи от квартиры невесты, Андрей предпочёл не вспоминать…
Первое, что увидел Жданчик, подходя к обожаемому президентскому столу – небольшую картонную коробочку, похожую на те, в которые обычно упаковывают пирожные… Приблизившись, Андрюша к великой своей радости обнаружил, что пирожное там действительно было. И какое! Покрытое розовым желе (клубничное?), с деликатным узором из взбитых сливок…
- Приветствую тебя, мой президент! – Ромка без стука ворвался в кабинет.
- Ты что так кричишь? – проворчал Жданов, поспешно закрывая коробочку.
- Ой! А что это мы там прячем?.. Жданыч, ты опять за старое?
- За новое! Оно уже здесь было, когда я пришёл?
- От Кати? – шёпотом спросил Малина.
- Наверное, - так же тихо ответил Андрей.
- Йес! – почти беззвучно закричал Ромио. – Лёд тронулся, господа присяжные заседатели!.. Что там? Давай сюда!
- Даже не надейся! – Жданчик отодвинул коробочку от Ромки. – Ты уже слопал сегодня мою шоколадку.
- Ты собираешься это съесть? – Ромио перегнулся через стол и потянулся к упаковке с пирожным.
- А что ещё с этим делать? – Андрюша хлопнул друга по руке.
- Тебе нельзя сладкое! – Ромка схватился за коробочку с одной стороны, в то время как Андрей крепко держал её с другой.
- Кто это сказал, что мне нельзя сладкое?
- Ты сам так решил!
- Это было давно и неправда!
Андрей с Романом пытались отобрать друг у друга коробочку, впрочем, не слишком усердствуя, дабы не повредить её содержимое, но в пылу «борьбы» не заметили, как с шёпота перешли на крик.
- Ты с ума сошёл! - возмущался Ромио. - Это же знак! А знаки не едят!
- Какой ещё знак? «Осторожно: Малиновский!»?
- При чём здесь я? Это знак внимания девушки к тебе!.. Отдай!
- Вот именно! Ко мне!... Не отдам!
Дверь в каморку резко распахнулась, и на пороге появилась сердитая Катенька, в руках она держала какой-то свёрточек. Малиновский, встретившись с ней взглядом, тут же выпустил коробочку - Катюша смотрела с таким осуждением…
- Он не хотел со мной делиться, - Рома виновато улыбнулся.
- Вы голодны, Роман Дмитриевич? – строго спросила Катерина.
- Да… То есть, нет… Сладкого… хочется…
- Вот, держите, - Катенька всучила Малине свёрток. – Это пирожки. С повидлом…
|
Моя бы сразу просекла... 
Спасибо! 
