Синара писал(а):
Интересно, что будет в качестве меча-кладенца?
Видно будет... tatyana-gr писал(а):
Какой у тебя Ромио здесь симпатичный!
Синара, Таня, спасибо!
Не дают мне отредактировать того, что наваяла...
Поэтому выкладываю небольшой кусочек. Остальное - как только, так сразу...
Жаждущий справедливости женсовет обступил Катю плотным кольцом и начал наперебой галдеть о коварной Вике, о бедном Романе Дмитриевиче, о результатах теста на беременность, об Урядове, у которого сложно было забрать конверт с результатами анализов…
- Стоп! Стоп! – запротестовала Катерина. – Я ничего не понимаю. Давайте по порядку.
Женсоветчицы замолчали. Амура выразительно посмотрела на Пончеву.
- Вика не беременна! Вот! – торжественно объявила Татьяна, протягивая Катерине какой-то документик.
Катя пробежала по бумаге глазами и недоумённо спросила:
- Результаты теста на беременность? Где вы это взяли?
- Конверт из поликлиники пришёл на имя Урядова. Он его вскрыл, а потом мне отдал.
- Нужно было отдать это Вике. Нельзя разглашать конфиденциальную информацию, - твёрдо сказала Катюша.
- А пытаться обманом женить на себе Романа Дмитриевича можно? - вскипела Шура.
Катя ей возразила:
- Никто его не женит, пока сам не захочет. Если Вика сделала этот тест, значит, сомневалась в том, что беременна. Может, она сама собиралась рассказать…
- Наивная ты, Катька, - прервала её Тропинкина. – Ничего она не собиралась ему рассказывать. И теста никакого не делала. Это Таня от её имени позвонила в поликлинику, после того как Клочкова сдала анализы на страховку, и попросила сделать тест.
- Но так нечестно! – негодовала Катенька. - Какой бы ни была Вика, мы не имеем права бороться с ней такими методами.
- Я бы с ней другими методами поборолась! – воинственно провозгласила Шурочка, сжав внушительных размеров кулачки.
- Катя, - спокойно проговорила Амура. – Ты на чьей стороне? Хочешь, чтобы Клочкова продолжала водить всех за нос и спекулировать своей мнимой беременностью?
- Мы просто покажем результаты теста Роману Дмитриевичу, чтобы он успокоился. А то он, бедный, места себе не находит, - пояснила Светлана.
- Если бы раньше он не нашёл себе места в Викиной постели, ничего бы этого не случилось, - язвительно заметила Тропинкина.
Шурочка немедленно заступилась за шефа:
- Он - свободный мужчина, и у него могут быть свои… слабости!
- В общем, Катя, ты как хочешь, а мы сейчас же идём к Малиновскому, - объявила Локтева, забирая у Кати заветную бумажку.
Катерина попыталась вразумить подруг:
- Девочки, послушайте, так нельзя! Какой бы Вика ни была, мы не можем так с ней поступить. И вообще… Думаете, Роман Дмитриевич в восторге оттого, что вы на каждом углу обсуждаете его личную жизнь?… Он как раз говорил сегодня об этом, кстати.
- И что же, по-твоему, мы должны делать? – обиженно спросила Пончева.
- Надо отдать Вике результаты анализов. И не нужно говорить, что Таня звонила от её имени в поликлинику. Пусть думает, что тест на беременность - обычная процедура при оформлении медицинской страховки. Скажете, что конверт пришёл на имя Урядова, и поэтому он его вскрыл, и Таня нечаянно прочитала. А Вика, поняв, что её хитрость раскрыта (если, конечно, это была хитрость), сама скажет Роману Дмитриевичу, что она не беременна. А ещё лучше – отдать ей этот тест завтра.
Татьяна возмутилась:
- Ну уж нет! Не для того мы сегодня после работы ехали в такую даль. Насчёт Романа Дмитриевича ты, может быть, и права. Но Клочковой сегодня я всё скажу!
- Если бы я знала, я бы не стала просить Андрея Палыча, чтобы провёл вас на показ, – рассердилась Катя. – Сейчас только скандала какого-нибудь недоставало! У нас и так неприятности – показ задерживается.
- Показ задерживается? – расстроилась Тропинкина. – А почему?
- Одна модель… приболела. Скоро привезут замену.
- А кого?
- Не знаю, - слукавила Катюша, не желая расстраивать Светлану.
- А я всё равно скажу Роману Дмитриевичу на ушко, что Вика, скорее всего, не беременна, - упрямо проворчала Шурочка, но так, чтобы Катя не слышала.
Женсовет отправился в зал, но Катюша с ними не пошла, поскольку там было слишком шумно, а ей давно следовало позвонить папе. Но Валерий Сергеевич, взволнованный несанкционированным отсутствием дочери, опередил её. Катенька спешно извлекла из своей чудо-сумочки чудо-аппаратик.
- Добрый вечер, папочка!... Всё в порядке… Мне пришлось пойти на показ… Ещё не начался… С девочками на такси… Приедешь? Папуль… Не надо, я на такси... Денис?.. Он, вроде бы, завтра к нам собирался... Папа, не говори ему ничего о «Никомоде»… Уже знает… Я так и знала… Да так... Ничего страшного… Колю позови, пожалуйста…
К телефону подошёл Коля. Катя оставила интонации послушной, ласковой девочки и заговорила строго:
- Коля, кто проболтался Денису о фирме?.. Визитку подарил?... Коля!.. Соображать надо, кому и что даёшь!... Он меня уже сегодня расспрашивал… До него дошла информация о залоге… Да, прочитал… А то, что я не должна была никому об этом рассказывать… Ладно, об этом дома поговорим… Папу одного не отпускай. Приезжай с ним… Не сейчас, а после показа… Я позвоню… Пока!
Катя отключила телефон. Настроение и без того было не самым лучшим, а теперь испортилось ещё больше. Не следовало Денису знать о том, кто хозяйка «Никамоды». Не следовало. Расстроенная Катюша свернула в сторону туалетных комнат.
Александр Юрьевич вошёл в женскую уборную, как к себе домой, и, обнаружив Вику перед зеркалом, бесцеремонно потребовал от двух молоденьких девчонок, куривших на диванчике, освободить помещение. В соседнюю комнатку с кабинками Воропаев заглядывать не стал.
- Ты что здесь делаешь? Это женский туалет! – закричала на него Викуся.
- Знаю, извинился, - буркнул Александр.
- Подходящее ты выбрал место для разговора!
- Ты определилась с городом?
Викуся почуяла запах денег, и, не отходя от кассы, то есть, умывальника, вытребовала себе проживание в Милане, алименты в размере двух нынешних зарплат и автомобиль. Воропаев долго не торговался и пообещал всем вышеперечисленным Клочкову обеспечить, только бы больше её не видеть.
- Завтра ты получишь билет в один конец! – прорычал напоследок СашЕнька, после чего вышел, хлопнув дверью.
Поскольку разговор вёлся, преимущественно, на повышенных тонах, притаившаяся в одной из кабинок Катенька слышала почти каждое слово. Пока Катюша решала, что же ей делать с полученной информацией, в женский туалет заявился Роман Дмитриевич. Наблюдая через узенькую щёлочку за Викой и Романом, Катенька боролась с желанием выйти и немедленно рассказать Малиновскому (А он, бедняжка, выглядел таким несчастным!) всю правду об этой лицемерке. Десять минут назад она считала Викторию жертвой обстоятельств, заступалась за неё, теперь же сама была готова изобличить алчную вымогательницу. Всё же Катенька благоразумно дождалась, пока Роман Дмитриевич покинет помещение, и лишь тогда предстала пред Викой. Та, увидев Катю, позеленела от злости.
- Я слышала твой разговор с Александром Юрьевичем! – гневно сказала Катюша.
- И что? Не твоё дело! – зашипела Клочкова.
- Не моё, - согласилась Катя. – Но я знаю точно, что ты не беременна. Есть доказательства.
- Чушь! Какие ещё доказательства?
- Об этом ты узнаешь завтра. Но если ты сегодня же не скажешь Роману Дмитриевичу и Воропаеву, что ты не беременна, я передам и тому, и другому всё, что я здесь слышала.
- Ты не посмеешь! – закричала Викуся.
- Ещё как посмею, - спокойно ответила Катя и так посмотрела в бесстыжие Викины глаза, что у той пробежали мурашки по спине.
Пока в женской туалетной комнате бушевали страсти, Фёдор привёз Бурёнку и, по мановению волшебного зонтика Юлианы, лучезарный президент «Зималетто» открыл показ. По подиуму поплыли грациозные рыбки…
где мой боевой топор, что то мне очень захотелось покромсать Зорькина в мелкую соломку, за то что не держит язык за зубами.
