НРКмания :: Просмотр темы - Вечный май

НРКмания https://nrkmania.ru/

Вечный май https://nrkmania.ru/topic2636.html	Страница 3 из 10

Автор:	Larissa(R) [ 15 апр 2009, 01:23 ]
Заголовок сообщения:
я ващу не успеваю. траблы в реале. бегаю. читать буду. обязательно. тчк. опоссум.

Автор:	Леночек [ 16 апр 2009, 19:53 ]
Заголовок сообщения:
Larissar писал(а): я ващу не успеваю. траблы в реале. бегаю. читать буду. обязательно. тчк. опоссум. Мысленно с тобой зпт и не просто зпт а мощно мысленно вскл знак а трабблы кончатся, все кончается

Автор:	Леночек [ 16 апр 2009, 20:28 ]
Заголовок сообщения:
А еще кто-нибудь в этой темке есть? Ау-у-у! Люди!

Автор:	Леночек [ 16 апр 2009, 20:29 ]
Заголовок сообщения:
Просто проды каждый раз длинные и хотелось бы их, для удобства с новой странички начинать, а не заходит никто.

Автор:	Леночек [ 17 апр 2009, 20:53 ]
Заголовок сообщения:
Опять здороваюсь с невиимками, но здороваться все-таки буду. Вдруг все-таки кто-то есть?

Автор:	Леночек [ 17 апр 2009, 22:45 ]
Заголовок сообщения:
И все же

Автор:	Леночек [ 19 апр 2009, 10:46 ]
Заголовок сообщения:
Христос Воскресе! Всех со светлым праздником ПАСХИ! Хвалите Господа с небес... К. Р.(Константин Романов) Хвалите Господа с небес и пойте непрестанно: исполнен мир Его чудес и славой несказанной. Хвалите сонм бесплотный сил и ангельские лики: из мрака скорбного могил свет воссиял великий. Хвалите Господа с небес, холмы, утесы, горы! Осанна! Смерти страх исчез светлеют наши взоры. Хвалите Бога, моря даль и океан безбрежный! Да смолкнут всякая печаль и ропот безнадежный! Хвалите Господа с небес и славьте, человеки! Воскрес Христос! Христос воскрес! И смерть попрал вовеки!

Автор:	yelena [ 22 апр 2009, 00:02 ]
Заголовок сообщения:
chitau , chitau. tolko ne pishy.tak chto zdy prodolzenia.

Автор:	Леночек [ 22 апр 2009, 18:58 ]
Заголовок сообщения:
yelena писал(а): chitau , chitau. tolko ne pishy.tak chto zdy prodolzenia. спасибо. Приятно знать, что хоть кто-то ждет, что будет дальше...

Автор:	Леночек [ 22 апр 2009, 18:59 ]
Заголовок сообщения:
Глава седьмая, в которой ведется расследование, срывается арест, а Эраст Петрович снова начинает считать. Они снова были вместе, правда, ни о какой любви речи пока быть не могло. Теперь их целью было расследование. Такого ловкого помощника у Эраста Петровича еще не было. А чтобы никто не мешал с приглашениями и визитами, была придумана целая пьеса в лицах. Княгиня Михайлова громко во всеуслышание объявила, что уезжает в Лондон, куда, на самом деле, отправилась Глафира. Маса от этой разлуки даже похудел. Сама Елена поселилась в «Лоскутной» под чужим именем и с новой внешностью. Женщина действительно была хорошей актрисой. Мальчик-слуга на побегушках у своего господина, старая дева-горничная, студент, посыльный, престарелая матрона, хулиган, разносчик халвы, молоденький красавец-ширмач – все эти образы пригодились ей для того, чтобы участвовать в самой гуще событий наравне с Фандориным, который для пользы дела тоже устраивал маскарады с переодеванием. Маса, вопреки ожиданиям хозяина, нисколько не расстроился, что теперь участвовал не во всех затеях. «Накопать» информации за это время удалось порядочно. Они выяснили, что письмо Фандорину принес какой-то бородатый старик – слуга, сказавший, что выполняет приказ господина. На этом поиски в Москве окончились, и парочка отправилась в Париж, где выяснилось, что Этьен Маришаль умер три года тому назад, у себя дома в Марселе. Следующим пунктом их назначения был этот город-порт. Там Елена увидела могилу своего товарища и узнала любопытную историю, которую пересказала Эрасту. - Маленькая деталь привлекла мое внимание. Жена Этьена – Барабара Луаньет –Маришаль внезапно пропала сразу же после похорон мужа. Оказывается, Маришаль много пил и часто ругался с женой, прилюдно сравнивая ее с какой-то другой женщиной. Сама Барбара – очень красивая и горячая женщина, как мне сказали сплетницы из квартала. Сначала она терпела все упреки мужа, а потом перешла к громким скандалам. То, что он так внезапно умер, заставило кумушек квартала увериться в мысли о том, что женщина отравила мужа и сбежала. Надо Вам сказать, что мадмуазель Луаньет была дочерью аптекаря, так что может доля правды в этих слухах есть. - Вскрытие не сделали? - Нет. Эксгумации тем более не было. Полиции не нужно было еще одно нераскрытое преступление или громкий скандал, а тут не было ни одной улики, кроме внезапного исчезновения вдовы. Правда, это исчезновение можно и иначе объяснить. - Чем же? - Горем. Те же сплетницы говорят, что Барбара любила Этьена, как кошка. - Как к-кошка, говорите? – задумчиво сказал Фандорин. – Если как кошка, то, значит, ревновала его к «неизвестной женщине», это раз. Если была дочерью аптекаря, то не исключено отравление, это два. Если Этьен часто сравнивал ее с Вами, то тогда получается, что Барбара знала что-то о Вас и могла этим воспользоваться. Это т-три. Нужно копать еще. И они «копали» дальше. Скоро выяснилось, что Этьен и в самом деле был убит. Дело в том, что Фандорину удалось найти свидетеля его смерти. Тот описал состояние друга: внезапная бледность, прерывистость дыхания, хрипение, неравномерное биение сердца. После детального разговора Эраст понял, что тут не обошлось без элементарной настойки белены – яда известного всем и каждому из аптекарей (а, следовательно, и их единственным дочерям, которые часто помогают своим отцам в приготовлении лекарств). С этой информацией Фандорин и княгиня прибыли в Лондон, где их ожидали не очень хорошие новости. В столице и пригороде были убиты двое: лорд Майнфорд (он же Викентий) и Франсуа Гийом, французский поданный, проживающий в Англии, род занятий которого установить не удалось. Оба они были заколоты клинком, что было определено по характеру ран, а на местах преступлений были найдены некие предметы, узнав о которых, Эраст сделал вывод о том, что кто-то методично и упорно, со знанием дела, подставляет княгиню. - Слава Богу, что В-вы были со мной в моменты совершения убийств, и у Вас есть твердое и доказуемое алиби. Но все же, к-кто стоит за всем этим? Конечно, без женщины здесь не обошлось, это раз. Скорее всего – это жена Маришаля – это два. Мужа из-за ненависти к вам она свела в могилу – это три. - Да, но есть еще и четыре, - добавила женщина. – Отравить и заколоть – это две разные вещи, и тогда получается, что у нашей героини есть еще и помощник, скорее всего – мужчина. - Я тоже об этом подумал, а п-поэтому послал запрос в Милан насчет гибели Фронтенжака. - Зачем? - Я очень с-сильно сомневаюсь в его гибели, сударыня. Ведь запрос дошел до цели и ответ получен. Тело виконта тогда так и не нашли. - Вы думаете… - Я еще не уверен, н-но возможность есть… А как дела с подкинутыми уликами? - С этим все в порядке. Скоро здесь будет Федор, курьер Айзенштайна, мэтр Рене. Вот с уликой номер три – сложнее… Она пропала у меня еще в Москве… - П-почему Вы не сказали об этом раньше? - А что это дало бы? - Да то, что Ваш враг находится в Вашем ближайшем окружении. В-вот откуда ему известны все малейшие детали. - Боже мой! Как же я сразу этого не поняла! - Да уж, я тоже хорош. Мы как слепые котята т-тыкались рядом с блюдцем молока, но не смогли его найти. Давайте составим список тех, кто долгое время путешествует либо вместе с Вами, либо догоняет Вас в пути. - Таких не так много, но на большинство из них нельзя подумать, что… - А это н-необходимо. Начнем. И список в скором времени был составлен. Каждой его кандидатуре была примерена роль преступника, но всегда находилось что-то, что мешало построению логической цепочки, которая имела бы конечной целью виновность данного лица. - Нет, - наконец сказал Эраст. - Что нет? - Так у нас с Вами дело не пойдет. Сначала нужно объясниться с полицией, а потом уже в-выстаивать схемы поиска убийц. Иначе Ваше положение просто лишает меня спокойствия. - Вы так переживаете за меня? – тихо спросила Елена. Эраст посмотрел на нее и, волнуясь, ответил: - Я очень беспокоюсь за В-вас. Вы удивительным образом заставили меня посмотреть на мою жизнь под другим углом, и я не хотел бы, чтобы этот взгляд был снова п-потерян из-за того, что Вы… Вам угрожает опасность или вас нет рядом. Лицо женщины осветилось таким счастьем, что у Эраста перехватило дыхание. Она взяла его руку в свои ладони и сжала ее, не в силах поверить, что все происходящее с ней – правда. - Тогда нам просто необходим визит полиции, - сказала княгиня. - Я думаю, что они не заставят себя долго ждать. И Фандорин снова оказался прав. Вечером того же дня Скотланд-Ярд, в лице нескольких своих сотрудников, нанес визит княгине Михайловой в ее лондонском особняке. Посетителей было трое: инспектор Хоук в сопровождении двух констеблей. Они прошли в гостиную и сразу же приступили к делу. - Княгиня Михайлова? – спросил инспектор. - Да, господа, - ответила Елена Павловна и, не дав ему говорить дальше, сказала: - Вы пришли, чтобы задержать меня, инспектор? Так? Да вы присядьте, господа, если так, то Вы, скорее всего, задержитесь. Сейчас Вам принесут чай. Полицейские замерли. Хоук сумел задать вопрос: - Откуда это Вам известно? - Садитесь, инспектор. Все дело в том, что с недавних пор я стала объектом чьих-то преступных действий, направленных на то, чтобы разрушить мою жизнь. Я знаю, что Вы хотите обвинить меня в совершении двух убийств на основании того, что на местах преступлений были найдены некие предметы. - Кто нарушил запрет на разглашение информации? – нахмурился Хоук. - Есть много способов, чтобы получить то, что хочешь, - поднялся со своего места Фандорин. - Кто Вы такой и что Вы тут делаете? - Эраст Петрович Неймлес – частный сыщик, нанятый княгиней для разбирательства данного дела. Елена Павловна не могла еще раз не удивиться тому, что, говоря по-английски или изображая кого-то, Фандорин переставал заикаться. «Ну, пьеса началась, - улыбнулась она. – Действие первое». Инспектор в это время вновь перешел к выполнению своей миссии. - Да сударыня, вы обвиняетесь… - Но я не совершала этих убийств, так как меня ни 29 июня, ни 2 июля просто не было в Англии и, спешу опередить Ваш вопрос, у меня есть этому свидетели. - Во-первых, я – лицо независимое, - перехватил нить разговора Фандорин, - затем мой друг, подданный Японии – Масахиро Сибата, пассажиры поездов, на которых мы приехали сначала из Москвы в Париж, потом в Марсель, и только два дня тому назад, а именно 15 июля, в Лондон. Вот соответствующие нашему маршруту билеты. Далее, парижский антиквар Огюст Морне, который помогал нам в поисках Этьена Маришаля. Этот человек засвидетельствует наш визит в Париж. Еще и жители улицы Гренель в Марселе, где мы вели расспросы, касающиеся смерти месье Маришаля, а также сторож центрального марсельского кладбища Поль Готье, друг покойного Маришаля Жан Жильбер. Все это подтверждает, что 29 июня княгиня была в Париже, а 2 июля - в Марселе. Это и есть часть основания для отмены вашего визита. - Требуется время для проверки, данной информации. - Разумеется. Но есть и еще одно обстоятельство, - сказала княгиня. – Дело в том, что все это передвижения по Европе были вызваны лишь одним: поиском людей, которые хотят погубить меня. Эраст Петрович может подробнее рассказать об этом, как специалист и как мужчина, так как слова мужчин имеют больший вес, чем слова женщин. И Фандорин, поигрывая своими четками, верными его соратниками в сложных ситуациях, начал рассказ, который закончил так: - И получается, что некое лицо или лица, упорно стараются, что называется, «утопить» княгиню. Доказательством этого являются даже улики, найденные на местах преступлений. Это – бирюзовые четки с монограммой «Е» и сапфировая брошь-букет с алмазными вкраплениями. Косвенной же уликой является пока не найденное, но весьма странное орудие убийства. До вас уже, наверное, дошли слухи о том, как ловко госпожа княгиня орудует шпагой и клинком, о котором все знали. Он был весьма необычной формы, что и послужило третьей причиной вашего сегодняшнего визита. - Откуда Вы про это знаете? – допытывался Хоук. - Деньги, - улыбнулся Фандорин. – Есть люди, которые не могут перед ними устоять. Хоук, в конец расстроенный, внес предложение. - Это получается целое дознание. Может нам лучше направиться в участок? - Дело в том, что скоро именно здесь появятся люди, которые смогут помочь нашему делу, - сказала княгиня. – А вот следователю, ведущему это дело, не мешало бы оказаться здесь. Хоук вздохнул. - Джонсон, идите за Питерсоном и вместе возвращайтесь сюда. Майкрофт, готовьтесь вести протокол. Скоро он очень понадобится. - А пока мы находимся на стадии ожидания, давайте выпьем чаю, - встала со своего места княгиня, понимая, что действие первое подходит к концу. Следователь Питерсон пришел очень скоро. - Ну и с чем же здесь возникли сложности? – прямо с порога начал он. Хоук пересказал все то, что услышал, и чем дольше он говорил, тем больше хмурился следователь. - Где же Ваши свидетельства? – спросил он княгиню, и тут в передней раздался звонок. - Вот, похоже, первое, - сказала княгиня и, сразу же после ее слов в гостиную вошел офицер. - Личный курьер Его Светлости герцога Айзенштайна Ферндинанд-Эдуард фон Оффенбах. Вот удостоверяющие мою личность документы. Питерсон автоматически протянул руку и, внимательно изучив бумаги, утверждающе кивнул головой. Курьер тут же продолжил. - Его Светлость отвечает на Ваш запрос, - и он протянул княгине депешу, запечатанную в пяти местах сургучными печатями с изображением фамильного герба. - Отдайте его следователю, чтобы потом никто не говорил, что здесь имела место подмена. Питерсон взял письмо в руки, но потом передал его Хоуку. Тот сломал печати, удостоверившись в их подлинности, и достал из большого конверта маленький, также запечатанный, с оттиском перстня герцога на сургуче. Внутри, завернутое в тончайшую бумагу, порвавшуюся при первом же неловком движении Хоука, лежало само письмо. Бумага была плотной, с водяными знаками, изображающими вензеля рода Айзенштайнов и, конечно же, герб их дома, который красовался и вверху листа. - Да, тут приняты все меры предосторожности, - усмехнулся Питерсон. - Это чтобы ни у кого не возникло ни доли сомнения в истинности этой депеши, - лениво ответил Фандорин и мысленно аплодировал сообразительности Елены, попросившей герцога, так запечатать письмо.

Автор:	Леночек [ 22 апр 2009, 19:01 ]
Заголовок сообщения:
Послание гласило: Я, Карл-Мария-Эрнст-Готфрид-Фридрих-Дитрих-Кауфман фон Айзенштайн, заявляю, что 5 августа 1894 года княгиня Елена Павловна Михайлова передала в мою коллекцию оружия клинок дамасской стали, сделанный по ее специальному заказу мастером Мари-Роже Гануром, эфес, которому заменяет полая трость. Изображение данного клинка и его лезвия прилагаются к письму. Данной депешей, я, вышеупомянутый герцог Айзенштайн, подтверждаю, что этот клинок хранится в моем замке вот уже седьмой год, и никогда не покидал его стен. Аналогов данного оружия нет, так как на его лезвии есть хитрость, известная лишь изготовителю, княгине и мне. Это потайная шестая грань, которая выступает, если попадает в тело. Если рана не шестиугольная, значит, удар был нанесен лишь неудачной копией настоящего клинка, что доказывает намерения врагов княгини. Герцог Айзенштайн. P.S. Элен! Я был счастлив оказать Вам посильную помощь и доказать Ваши честность и прямоту. Ангела нельзя обвинить ни в чем. Ваш искренний друг, Карл А. - Господа, смею вас уверить, что тот клинок был единственным оружием подобного рода, сказала княгиня, как только письмо было прочитано. – Я готова к тому, что вы в доказательство моих слов, сами произведете обыск. - Пока в этом нет необходимости, - сказал Питерсон. – Дом все равно находится под наблюдением. - А еще характер раны вовсе не соответствует моему клинку. - Да, у нашего шесть граней, а не пять, - неуверенно вставил Хоук. - Ну, а другие предметы? - Теперь поговорим о сапфировом букете, - согласилась Елена. – У меня действительно была такая брошь, которую десять лет назад по моему собственному эскизу сделал ювелир Мэтр Рене Клемансо. Это сапфиры с бриллиантовыми вкраплениями. Дело в том, что полгода назад я подарила ее Федору Климову, а значит, ее просто не могло быть здесь в Лондоне в момент совершения убийства. - Но это только Ваши слова, - перебил княгиню Питерсон. - Я смогу это доказать, - возразила женщина. – В прихожей после визита прозвучало два звонка. Если я не ошибаюсь, то один из вновь прибывших, и есть Федор Климов… Глаша, позови его! Глафира спокойно вышла из гостиной, а через минуту в нее просто влетел встревоженный и взъерошенный Феденька. - Елена Павловна, как только я узнал, я… - Феденька, - перебила его женщина, - погодите, я все поняла. Господа, - обратилась она к полицейским, - вы свидетели того, что я даже не прикоснулась к господину Климову. - Да, мадам, - ответил за всех Хоук. - Хорошо. Мистер Питерсон, найденная на месте преступления брошь сейчас находится у Вас? Если да, то прошу Вас сделать так, чтобы ее замена была исключена. - Это и так невозможно, - высокомерно проговорил следователь. – Она со мной. - Тогда просто превосходно. Феденька, покажите мой подарок господам. И Климов вынул из кармана футляр, на черном бархате которого сверкал драгоценный букет из ромашек и васильков. - Черт побери! – воскликнул Питерсон и резким движением вынул из кармана точно такую же брошь, уложенную в коробочку. - Это ничего не меняет! Их изначально было две! Одну Вы подарили, а другую сорвал с Вас лорд. - Об этом я тоже подумала, сэр. Как вы помните, я говорила о двух звонках. Второй визитер – мэтр Рене, тот самый ювелир. И в комнату тут же просеменил маленький сухощавый старичок, аккуратно и модно одетый, с пенсне в золотой оправе на массивном греческом носу. Волосы его были абсолютно белыми, а глаза удивительно молодыми. Войдя в комнату, он первым делом подошел к княгине и поклонился ей. - Мадам, - сказал он, - я счастлив, видеть вас, несмотря на печальные обстоятельства этой встречи. Я сделаю все возможное для Вашего оправдания. И, повернувшись к полицейским, сказал: - Я готов к вашим вопросам господа. - Имя? – спросил Питерсон. - Рене-Огюст Клемансо, ювелир в шестом поколении, приехал в Англию шестьдесят лет тому назад в двенадцатилетнем возрасте, с коего и начал работать в ювелирном деле, и, скажу на чистоту, достиг в нем некоторых успехов. Имею свою лавку, где работаю вместе с сыновьями на улице Бредфорда в доме 118-в, где и живу этажом выше. Могу удостоверить свою личность данными документами, - он протянул Питерсону бумаги, - а также личным знакомством с лордом Арчибальдом, Алджероном, Арамом, Ашером,… - Довольно, - кивнул Питерсон. - Известны ли Вам эти предметы? – спросил он и указал на броши, причем, Климов свою ни на миг не выпускал из рук. Ювелир едва взглянул на драгоценности и кивнул. - Да. Вот эту брошь, - и он указал пальцем на украшение в руках Феденьки, - я сделал десять лет назад для княгини Михайловой и по ее собственным эскизам. Это было для меня большой честью, так как она спасла моего младшего сына от гибельной судьбы. Видите ли, мой бедный мальчик начитался всяких книг и возомнил себя, чуть ли не капитаном Флинтом, и если бы не княгиня, то… - Рене, - улыбнулась женщина, - не отвлекайтесь, пожалуйста. Старичок покраснел, тоже слегка улыбнулся, и продолжил: - Ну, так вот, эту брошь я сделал по ее чертежам десять лет назад. В ней все камни уникальны по своей природе, да и сама конструкция подвижна. Из броши, простым нажатием пальцев на определенные участки камней, можно сделать браслет… А вот эту вещицу, - и он показал на драгоценность в руках Питерсона, - я сделал полгода назад. - По заказу княгини? – быстро спросил Питерсон. - О, нет! – нахмурился ювелир. – Это не было заказом Ее Светлости. Тот человек, который приходил ко мне, возбуждал массу подозрений. Поверьте моему опыту, у меня просто нюх на эти вещи! Помню, моя племянница Виктория, как-то… - Рене, - опять мягко перебила его княгиня. - Прошу прощения, господа. Все моя голова! Ну, так вот, что именно мне не понравилось. Во-первых, человек хотел сделать вид, что драгоценность его хозяйкой потеряна. Он принес эскиз, я, кстати, сохранил его, как и тот, который десять лет назад оставила мне княгиня. Даже человеку малопонимающему в живописи станет ясно, что эскизы делали совершенно разные люди. Если княгиня действительно потеряла бы брошь, она пришла бы ко мне сама или прислала бы мадмуазель Глафиру, но никого другого, да и не стала бы заново делать рисунки, так как знает, что у меня не только остались старые, но еще уникальная память на все столь тонкие в исполнении вещи. Во-вторых, когда я спросил визитера о том делать ли мне только брошь, подразумевая нужность деталей для превращения ее в браслет, он сказал: «Брошь как брошь. Чем она еще может быть?». Тогда я понял, что истинный заказчик, даже не подозревает о двойной функции украшения. Ну, а в-третьих, у того парня было, хоть и красивое, но какое-то отталкивающее и подлое лицо. Так что я, стремясь уберечь ее Светлость от обмана, а тогда я решил, что этот человек просто хочет заменить одну вещь на другую, вместо одного, самого крупного бриллианта, вставил в оправу обыкновенный стеклянный страз. Княгиня хорошо разбирается в драгоценностях, и сразу поняла бы, где подделка, так как знала бы, что нужно искать. Я сразу же написал ей в лондонский дом и знал, что как только она приедет сюда, то ей сразу же все откроется. Княгиня передала письмо Хоуку. - Вот это письмо. Мои слуги подтвердят дату его получения. Они письменно фиксируют даты получения всей корреспонденции в мое отсутствие в специальной книге. - А я могу дать образец моего почерка, - азартно сказал Клемансо. После этих слов Рене замолчал и осторожно сел на стул, предложенный ему княгиней. - Да, но кто нам гарантирует, что подделку все-таки заказала не мадам Михайлова. Вдруг это всего лишь подставное лицо, тот, кто приходил делать заказ. Может это вообще слуга княгини. - Нет. Это был господин и богатый, мистер инспектор. Я уж могу отличить слугу от хозяина. Да и слуг княгини я знаю хорошо. Это не мог быть ни один из них. - Хорошо, - не унимался Питерсон, - тогда где же теперь здесь настоящая брошь, как это действительно выяснить? - О, это элементарно, - встал со своего места ювелир, но драгоценностей в руки не взял. - Ну, во-первых, настоящая брошь превращается в браслет, а во-вторых, если хорошенько грохнуть подделку об пол, то страз раскрошится. Это же всего лишь стекло! - А сапфиры и бриллианты? – встрепенулся следователь. - Бриллиант почти вечен, а сапфир намного прочнее стекла, - спокойно проговорил Фандорин, не сводя глаз с Елены Павловны, а та, улыбнувшись, спросила Питерсона: - Ну, что, рискнете? Если разобьется сердцевина ромашки броши, что в руках у господина Климова, то я спокойно ухожу с вами, а если треснет та, что у Вас в руках – то вы слушаете нас дальше. Следователь колебался, но, наконец, решительно сказал: - Ну, что ж, давайте. Он вместе с Климовым сошел с ковра на паркет. Встали они оба в противоположных концах комнаты и подняли руки для броска. - На счет три, - выдохнул Питерсон. – Раз, два, три!.. И они шваркнули драгоценности об пол, но если Климов это сделал, что называется «со всей дури», то следователь только слегка, но и этого оказалось достаточно для того, чтобы середка центральной ромашки броши Питерсона дала трещину и вывалилась на пол. - Вот черт, - пробормотал он, глядя на княгиню, - а ведь Вы были правы. - Вы подтверждаете, что это не подмена? – спросила та. Следователь вздохнул и вынужден был согласиться. - Вообще-то, можно было бы поступить проще и надеть брошь на руку как браслет, но раз уж Вы так хотели что-нибудь разбить, - улыбнулась княгиня, посмотрев на полицейских, и Фандорин еще раз отметил ту силу воздействия, которую она оказывала на других людей: английские «бобби» улыбнулись ей в ответ. - Вот с четками, - продолжала Елена, - будет посложнее. Дело в том, что пропали она у меня еще в Москве, и в Лондон я их не привозила. Но Эраст Петрович подал сегодня простую и гениальную идею, что преступник, скорее всего, знаком со мной довольно близко. Тогда становится ясным, откуда он взял эти четки, да и брошь досталась Климову не tet-a-tet, а при розыгрыше фантов на приеме, куда были приглашены только близкие мне люди. Пока она все это говорила, двоих мужчин в гостиной мучило непонятное чувство: одного – недосказанности, будто он о чем-то забыл рассказать, а второго – чувство ускользающей разгадки. - Я вспомнил! – вдруг закричал Рене. – У того, кто приходил делать заказ, был небольшой шрам на левом запястье. Вот, Слава Богу, осенило. А то сижу, мучаюсь! - Шрам… У виконта тоже… У Фронтенжака тоже был шрам на левом запястье! – вскрикнула княгиня и тут заметила особое выражение лица у Фандорина. - Что за виконт? – спросил Питерсон. Но княгиня, подошедшая к Эрасту Петровичу, сказала: - Мэтр Рене Вам объяснит. И тут пробил звездный час Клемансо. Он с упоением рассказывал историю удивительной дуэли, пока княгиня слушала Фандорина. - Скажите, - начал он, - общество, которое было на Ваших приемах, а именно, состав его, часто менялся? - Нет, было почти постоянным. - Прекрасно. Сколько из них присутствовали на розыгрыше фантов? - Человек десять. - Кто-нибудь из н-них сейчас находится в Лондоне? - Да, четверо. - Сделайте так, чтобы они все пришли сегодня к Вам на ужин. У меня есть план, который поможет убийце и его сообщнице раскрыть карты. - Вы знаете, кто это? – с распахнутыми донельзя глазами спросила Елена. - Думаю, что да. - Господи, скажите же мне, чтобы знать с какой стороны ждать удара. - Это оказалось так просто. Элементарно просто. Мы с Вами столько раз повторяли одно имя, совсем не вслушиваясь в него и забывая о его написании. - О чем Вы, Эраст Петрович? Он протянул ей блокнот. - Напишите здесь имя Барбара по-французски. Княгиня вывела своим четким почерком: «Barbara» и спросила: - Что теперь? - Прочтите написанное по-русски. И тут Елена Павловна смертельно побледнела. - Но как? - Этот человек был в Москве, это раз. Вот уже три года таскается за Вами по всему свету, оправдываясь своей неустроенной личной жизнью, это д-два. Этот человек был и на приеме с фантами, это три. Везде и всюду с ним ходит слуга, кстати, с маленьким шрамом на левом запястье, как я успел заметить, это четыре. И, наконец, они оба сейчас тоже в Лондоне. Это пять. Вам не кажется, что получилось слишком много простых совпадений? Елена молчала, а потом посмотрела на мужчину: - Надо же, как Вы волнуетесь. Вы даже заикаться перестали. - Это важно для меня, - тихо, но без запинки сказал Эраст. Княгиня, внезапно, толкнула Фандорина в бок и озорно подмигнула ему. - Ну, что же. Под шары меня фараоны не отправили, к дяде тоже, за бугры жигана водить мне уже не грозит, тогда – играем дальше, - и княгиня повернулась к полицейским. - Господа, на каком положении я нахожусь сейчас? Питерсон смутился. - Арест отменяется. Но, как и где теперь искать преступника? - Вот именно об этом я и хочу поговорить. Есть шанс сделать так, чтобы сегодня он сам себя выдал. Для этого нужно только сделать кое-что. Господин Неймлес, прошу Вас. И Фандорин, как бывало и раньше, начал объяснять причины и суть операции, то и дело, стуча бусинками четок, подчеркивая важность своих слов и ставя все точки над i.

Автор:	Леночек [ 22 апр 2009, 19:02 ]
Заголовок сообщения:
Жду отзывов с большой надеждой...

Автор:	Леночек [ 23 апр 2009, 20:43 ]
Заголовок сообщения:
ну, как?

Автор:	Леночек [ 24 апр 2009, 20:56 ]
Заголовок сообщения:
Ну, черкните хоть пару слов. А то надоело все самой да самой на новые странички переходить...

Автор:	Леночек [ 27 апр 2009, 20:29 ]
Заголовок сообщения:
Порадуйте больного человека отзывами...

Автор:	Larissa(R) [ 28 апр 2009, 16:47 ]
Заголовок сообщения:
Вот, весна, столько всего интересного, а огород копать все равно надо. И инета на городе нету. Осталось ноутбук к лопате привязать, и так читать. Прийдется на бумажку распечатать.

Автор:	Леночек [ 28 апр 2009, 17:14 ]
Заголовок сообщения:
Larissar писал(а): а огород копать все равно надо Да, огород вещь полезная не для поясницы! А бумажку пожалей. Так почитай, модет и не понравится... А за отзыв спасибо!

Автор:	Леночек [ 28 апр 2009, 17:15 ]
Заголовок сообщения:
Раз уж отписались буду переходить на новую страничку... И опять сама... Эх...

Автор:	Леночек [ 28 апр 2009, 17:15 ]
Заголовок сообщения:
Надеюсь, что потом кто-нибудь кроме Ларисы напишет...

Автор:	Леночек [ 28 апр 2009, 17:16 ]
Заголовок сообщения:
А страничка все не кончается... Во ё-моЁ!

Страница 3 из 10	Часовой пояс: UTC + 4 часа
Powered by phpBB® Forum Software © phpBB Group http://www.phpbb.com/