luci писал(а): Ага. Я ж говорю: вместо загородного особняка с обслугой- распашная двушка с женой и тремя детьми и неистребимым запахом кошачьей мочи в подъезде - это, канеш, рай. А гламурное гнездышко - отстой. Только не для ЖАПа.
Слуууушай, ну, ты и нафантазировала.  Твою б энергию да в мирных целях. ( с- АП/НРК).
Где ж ты угледела, что Палыч про хрущобу мечтал? – с головой, я уверена, у него всё в порядке. Он вот, про что думку думал:
Цитата: Даже дома – а несмотря ни на что, все эти месяцы он продолжал считать домом именно свою холостяцкую квартиру, хотя его тянуло сюда, к жене, и здесь он пытался построить своё будущее, - покоя не нашёл.
К жене его тянуло, а где она, в каком антураже, будь то хоромы царские, будь то избушка на курьих ножках, значения не имеет. Ну, так получилось - банальность скажу – что большое – важное – нужное увиделось на расстоянии - как специально Палыча в свой родной модерн с камином потянуло. А то, что кружки смешные, да часы потешные вспоминал, так это то обрамление, та оправа, в которую был запечатан бриллиант чистейшей воды – Катенька…… уже ЕГО – сам сказал.
Мне тут вот, что навеяло. Бунин. "Руся".
Благополучный городской господин, под перестук колёс и сине – лиловый глазок над дверью купе, с расстояния в 20 лет смотрел в то, как оказалось, самое главное, по случаю деревенское лето в его жизни.
Цитата: Однажды она промочила в дождь ноги, вбежала из сада в гостиную, и он кинулся разувать и целовать ее мокрые узкие ступни -- подобного счастья не было во всей его жизни.
Это про бриллиант.
А вот про оправу.
Цитата: Все было странно в то удивительное лето, странна и пара каких-то журавлей, откуда-то прилетавших от времени до времени на прибрежье болота, и то, что они только ее одну подпускали к себе и, выгибая тонкие, длинные шеи с очень строгим, но благосклонным любопытством смотрели на нее сверху, когда она, мягко и легко разбежавшись к ним в своих разноцветных чуньках, вдруг садилась перед ними на корточки, распустивши на влажной и теплой зелени прибрежья свой желтый сарафан, и с детским задором заглядывала в их прекрасные и грозные черные зрачки, узко схваченные кольцом темно-серого райка.
Впрочем, когда она подбегала к ним, он уже ни о чем не думал и ничего не видел -- видел только ее распустившийся сарафан, смертной истомой содрогаясь при мысли о ее смуглом теле под ним, о темных родинках на нем.
Может быть, все эти столь милые сердцу Палыча детали, все эти печенье -конфеты - чашки - тёмно-коричневый чай - негромкое радио – холодильник - будильник с Микки Маусом............... всё это вместе и по отдельности не так поэтично, как у классика, но ведь по смыслу они с ним в одном ряду.
А к камину Палыч ещё успеет вернуться.
И ещё. Все мы вскормлены русской литературой. А там столько действительности - на миллион лет хватит. И она нет-нет, да и рождает подспудно - невзначай – флюидами что-то, дымкой наброшенное на образы сегодняшнего дня.
Вот Федя Протасов – опять же навеяло. Оставил прежнюю, невмоготу жизнь и ушёл в хор, туда и к той, что дарит настоящее, дарит восторг, где в песнях звучит не свобода, а воля.
И вот диалог:
Цитата: Петушков. Ну, а семейная жизнь? Я бы был счастлив, если бы у меня была жена. Меня жена погубила.
Федя. Семейная жизнь? Да. Моя жена идеальная женщина была. Она и теперь жива. Но что тебе сказать? Не было изюминки,— знаешь, в квасе изюминка? — не было игры в нашей жизни. А мне нужно было забываться. А без игры не забудешься. А потом я стал делать гадости. А ведь ты знаешь, мы любим людей за то добро, которое мы им сделали, и не любим за то зло, которое мы им делали. А я ей наделал зла. Она как будто любила меня.
Петушков. Отчего вы говорите: как будто?
Федя. А оттого говорю, что никогда не было в ней того, чтоб она в душу мне влезла, как Маша. Ну, да не про то. Она беременная, кормящая, а я пропаду и вернусь пьяный. Разумеется, за это самое все меньше и меньше любил ее. Да, да (приходит в восторг), вот сейчас пришло в голову: оттого-то я люблю Машу, что я ей добро сделал, а не зло. Оттого люблю. А ту мучал за то... не то что не люблю... Да нет, просто не люблю. Ревновал — да, но и то прошло. Вот и Палыч ушёл, правда не в хор..... поближе. Чтоб совсем уж не отрываться от действительности сегодняшнего дня, чтоб к камину со своим бриллиантом - Катенькой – сподручнее было вернуться.
Автору нижайшее за верность традициям русской литературы.
P.S. A в Живом трупе ещё и Коротков есть. ПисАла где-то, что среди создателей явно толстовец был.
|
Тем более, как выяснилось, всегда можно сбежать в свое гламурное гнездышко, отлежаться! 
Мне оч нравится, как пишет Любимая, но хочется, чтоб еще круче, потому и пристаю, ибо тогда у нее тоже мысли рождаются.
Лично при этом присутствовала и этот капиталец сосчитывала(как бухгалтер 
