НРКмания :: Просмотр темы - ПрOклятое королевство, фэнтези!АУ, Катя/Андрей, R. Закончен

Ждём и готовимся морально... :boast:

А на последней картинке ты Жданову голову небрежно прилепила, и вид у него получился озадаченный, типа: " Ребяята, а Хде это мы?! Шо такое?!" :pooh_lol:

З.Ы. Продлжение движется семимильными шагами к 50-й странице, но свет в конце туннеля уже близок

Несколько секунд волк немигающими желтыми глазами смотрел на Киру, а затем бросился на нее.

Я и мои братья – правильные волки

Автор:	Екатерина [ 05 дек 2008, 14:23 ]
Заголовок сообщения:
как конец?

Автор:	Bathilda [ 05 дек 2008, 14:27 ]
Заголовок сообщения:
Екатерина писал(а): как конец? (иногда Хаус именно так и делает ) Конец главы и истории с лешими, но не конец фика - такими темпами я все заговоры, восстания, битвы и т.д. и т.п. еще долго писать буду А конец главы я надеюсь за выходные добить, если меня никто дергать не будет.

Автор:	Olika_Pragli [ 05 дек 2008, 15:16 ]
Заголовок сообщения:
Вау! Ну ты силища!.. Каково это будет ПРОДУ в 30 страниц увидеть! Зачитаемсся... Автор, спасибо за такой сурьезный подход. Мы - ваши навеки.

Автор:	Яна [ 05 дек 2008, 16:00 ]
Заголовок сообщения:
Ждём и готовимся морально...

Автор:	Bathilda [ 09 дек 2008, 22:50 ]
Заголовок сообщения:
Яна писал(а): Ждём и готовимся морально... А подождите и поготовьтесь еще чуть-чуть, пожалуйста, - там уже больше 40 страниц, но мне не терпится закруглить эту главу. А пока - очередное безобразие: "Ультиматум. Раздумия"

НРКмания https://nrkmania.ru/

ПрOклятое королевство, фэнтези!АУ, Катя/Андрей, R. Закончен https://nrkmania.ru/topic1938.html	Страница 15 из 81

Автор:	Яна [ 09 дек 2008, 22:55 ]
Заголовок сообщения:
Красиво!

Автор:	Татьяна [ 09 дек 2008, 23:35 ]
Заголовок сообщения:
Яна писал(а): Красиво! +1

Автор:	Синара [ 09 дек 2008, 23:41 ]
Заголовок сообщения:
Наши мальчИки в любом прикиде хороши - хоть в доспехах, хоть в смокингах. Кира тоже ничего, только длинные волосы непривычны. История готовыми с иллюстрациями - можно сразу издаваться. Бати, Спасибо.

Автор:	Дуся [ 10 дек 2008, 19:49 ]
Заголовок сообщения:
Катерина ( то бишь Мира) на белом коне хороша! А на последней картинке ты Жданову голову небрежно прилепила, и вид у него получился озадаченный, типа: " Ребяята, а Хде это мы?! Шо такое?!"

Автор:	Bathilda [ 10 дек 2008, 19:54 ]
Заголовок сообщения:
Яна, Татьяна, Синара, Дуся - Дуся писал(а): А на последней картинке ты Жданову голову небрежно прилепила, и вид у него получился озадаченный, типа: " Ребяята, а Хде это мы?! Шо такое?!" Спасибо, попробую переделать - глаз замыливатся (это я хотела новые кисти опробовать, но до них дело так и не дошло ) Хотя, в свое оправдание, могу сказать, в оригинале у героя вид был примерно такой же З.Ы. Продлжение движется семимильными шагами к 50-й странице, но свет в конце туннеля уже близок

Автор:	oktavija [ 10 дек 2008, 22:34 ]
Заголовок сообщения:
Bathilda писал(а): З.Ы. Продлжение движется семимильными шагами к 50-й странице, но свет в конце туннеля уже близок Ой дождаться б уже ... а то не в терпёж

Автор:	Яна [ 10 дек 2008, 23:42 ]
Заголовок сообщения:
У нас через 10 дней в школе каникулы, будет что почитать.

Автор:	Savinka [ 12 дек 2008, 15:52 ]
Заголовок сообщения:
УРА! Как много! побежала читать! Спасибо!

Автор:	oktavija [ 12 дек 2008, 15:52 ]
Заголовок сообщения:
Кла-а-а-ассccс!!!!! Побежала читать Спасибо Bathilda

Автор:	Bathilda [ 12 дек 2008, 15:44 ]
Заголовок сообщения:
В предыдущей главе: Некоторое время волк стоял неподвижно, а затем двинулся в сторону домика. Но едва он прошел пару шагов, как воздух вокруг него задрожал, словно марево в жаркий летний день, очертания волка расплылись и через минуту на его месте стоял мужчина: обнаженный, с головы до ног поросший густыми волосами, больше смахивающими на шерсть, и с широкой дикой улыбкой. В руках он держал тушку кролика. По-собачьи встряхнувшись, незваный гость продолжил свой путь к дому. Андрей хотел было уже удивиться тому, как спокойно, без крика, отреагировала на увиденное Кира (как будто больше ему нечему было удивляться!), как услышал сзади звук падающего тела – на этот раз при виде детей леса Воропаева упала в обморок. Глава 12 (окончание) От автора: тан – обращение к мужчинам в Гардии, независимо от их семейного статуса, тáна – обращение к замужним женщинам и вдовам, тáни – обращение к незамужним женщинам. Но это все относится только к тем, у кого нет титула. К тем, у кого он есть, обращаются, соответственно: лорд или леди; маркиз или маркиза; герцог или герцогиня и пр. К волшебникам и магам как правило обращаются госпожа/господин маг/волшебник/волшебница. - 1 - - Я принес еду странным людям не умеющим охотиться по просьбе братьев моих, - на одном дыхании, без единой паузы, произнес оборотень (а никем другим существо, стоявшее перед домиком, быть не могло), и землянам потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что сказал мужчина-волк. Андрей крепко обнимал Киру, с трудом удерживая ее в вертикальном положении: она быстро пришла в себя, но от страха ее трясло, и она едва держалась на ногах, уткнув лицо в плечо Жданова и отказываясь смотреть на тварь – назвать это человеком у нее не поворачивался язык. Малиновский, чья рука по-прежнему лежала на эфесе меча, заслонил собой друга и его невесту, хотя он и понимал, что если оборотень снова превратится в волка и атакует их, шансы Романа на то, чтобы успеть выхватить меч из ножен, не говоря уже о том, чтобы ударить им животное, равны нулю. И тем не менее, Малиновский собирался попытаться. - Э-э-э, спаси…, - тут у Романа сорвался голос, но, прочистив горло, он продолжил: - Спасибо, мы ценим… гхм, вашу заботу… Что еще сказать он не знал. Впрочем, оборотня это не волновало. Продолжая ухмыляться, он подошел вплотную к крыльцу и сунул Малиновскому в руки серую тушку с длинными ушами. Пока Роман переводил растерянный взгляд с кролика на оборотня и обратно, Андрей, решивший, что тот, кто еще пять минут назад был волком, не представляет, вроде бы, угрозы, отвел Киру в дом, вернулся на крыльцо и встал плечом к плечу с Романом. - Спасибо, - таким ровным голосом сказал Жданов, что никто и никогда не догадался бы, каких усилий ему стоит сохранять спокойствие. – Мы благодарим вас за вашу доброту. А… вы ничего не знаете о наших товарищах? С ними все в порядке? - Они в человеческом поселении, - ответил оборотень так, словно это все объясняло. А затем он повел носом, принюхался и тряхнул головой. - Странные глупые люди ничего не умеют и ничего не знают, - фыркнул он. – Наши братья-лешие не могут заходить в людские деревни, а мне и моим братьям-волкам в любом обличии не слишком там рады. - То есть, никто не узнает, если у них будут неприятности? – нахмурился Андрей. - Если они не вернутся – вы это поймете, - пожал волосатыми (которые так и хотелось назвать мохнатыми) плечами. Этот ответ не слишком понравился Андрею, но прежде, чем Жданов успел что-либо сказать, оборотень снова принюхался и повернул голову, словно вслушиваясь во что-то, недоступное человеческому уху. - Мне пора, - заявил он, вставая на четвереньки. – Но я еще вернусь. С едой. Меня зовут Ян. После этих слов оборотня окутало уже знакомое землянам марево, и через пару секунд на его месте стоял крупный волк с почти человеческим выражением лица. Высунув язык, он бросил на людей последний взгляд и потрусил прочь. И только когда он скрылся за деревьями, Андрей и Роман дружно выдохнули. - Черт, - пробормотал Малиновский, - не дай бог тут водятся еще и драконы. * * * Андрей, Роман и Кира, типичные обеспеченные горожане, никогда не увлекавшиеся охотой, мясо в своей жизни видели только в двух состояниях: в упаковке в магазине и уже приготовленным, поэтому как разделывать кролика не представлял ни один из них. Впрочем, Киру это и не интересовало - она немедленно заявила, что к дохлому кролику и пальцем не притронется и пошла к ручью. Хотя гулять по лесу после визита нежданного гостя было жутковато, глядеть на то, как с кролика сдирают шкуру и вынимают из него кишки, она ни в коем случае не собиралась. К тому же, они почти убедила себя в том, что оборотень ей привиделся. Приснился. А раз так, то и опасаться нечего. Глядя на прозрачную бегущую воду, Кира, как и чуть ранее Андрей, размышляла обо всем, что произошло с ними за последние дни. Она могла сколько угодно могла говорить себе, что все это – дурацкий сон, игра воображения, горячечный бред, но постепенно к ней приходило осознание того, что они действительно попали в другой мир, в котором существует магия, оборотни и лешие. И это пугало. Вся Кирина жизнь была подчинена тем планам и «рамочкам», которые устанавливались как ей самой, так и окружающими: быть хорошей и воспитанной девочкой, слушаться маму и папу, отлично учиться, выбирать правильных друзей, окончить престижный и модный вуз, работать в семейном бизнесе, отдыхать за только за границей и только в шикарных местах, выйти замуж за достойного мужчину своего круга, то есть за Андрея Жданова, родить красивого и умного ребенка, который будет потом следовать тем же правилам и соответствовать тем же ожиданиям, что и его мать. Любовницы Андрея в эти планы ну никак не вписывались, и потому Кира, хотя и устраивала жениху скандалы из-за его измен, все же закрывала на них глаза и спускала все на тормозах, предпочитая делать вид, что все идет так, как она всегда и хотела – отношения, помолвка, свадьба. С самого начала Екатерина Пушкарева, нелепая страшная девушка, которую Андрей сделал своей помощницей, раздражала Киру именно потому, что она была чуждым элементом в их мире, где секретаршам президента полагалось иметь не столько мозги, сколько ноги от ушей. И то, что они оказались в этом проклятом лесу (а все из-за Пушкаревой!) было так чертовски неправильно, что Кире хотелось одновременно плакать и крушить все вокруг, включая Катю-Миру. И Андрея – за то, что он принял сторону своей бывшей помощницы и так спокойно относится к сложившейся ситуации. И Малиновского, который вообще ведет себя так, словно наслаждается этим «приключением», как он это называет. И даже Сашку – за то, что покорно согласился поехать с Пушкаревой непонятно куда. Сама Кира ни за что бы так не поступила! Услышав за спиной шорох кустов, Кира резко обернулась, но вместо того, чтобы с облегчением вздохнуть при виде Андрея и Романа, а не очередного оборотня она вскрикнула и в ужасе прикрыла рот рукой: оба мужчины с ног до головы были заляпаны кровью. - Извини, - смущенно-виновато сказал Андрей, увидев реакцию невесты. – Но мы как-то не думали, что в таком маленьком зверьке столько кровищи. - Да уж… - вздохнул Роман. – Но мы его таки разделали. Только совершать такой подвиг каждый день я не согласен ни за какие коврижки. Лучше уж я стану вегетарианцем и перейду на орехи и яйца. - Я тебе, пожалуй, присоединюсь – с кривой усмешкой отозвался Андрей, пытаясь отмыть в ручье окровавленные руки и кинжал. - Господи, что вы несете?! – взорвалась Кира. – Вы все посходили с ума! Вместо того, чтобы думать о том, как выбраться отсюда, вы… вы приспосабливаетесь к жизни здесь! Разделываете кроликов, общаетесь непонятно с кем, махаете мечом! Так нельзя, Андрей, неужели ты не понимаешь?! Несколько секунд Жданов молча и пристально смотрел на Воропаеву, а затем вдруг схватил ее за плечи и отнюдь не нежно встряхнул. - ХВАТИТ! – рявкнул он. – Хватит, Кира. Если ты думаешь, я безумно рад торчать в этом лесу и вести светские беседы с оборотнями, ты глубоко заблуждаешься! Но я хочу жить, и делаю для этого все возможное, а не устраиваю истерики по каждому пустяку. Так что хватит уже рыдать и строить из себя невинную жертву. Мы все находимся в одинаковом положении, однако ты единственная, кто до сих пор и пальцем не пошевелил, чтобы сделать хоть что-нибудь полезное. Очнись, Кира, это лес чужого мира, а не московская тусовка, и если ты рассчитываешь, что мы до самого возвращения домой будем ходит вокруг тебя на задних лапках, пока ты упиваешься своими страдания, ты ошибаешься. Кира никогда еще не видела у Андрея такого выражения лица, и ей стало вдруг страшно - не меньше, чем когда перед ней появились лешие и оборотень. Но сдаваться она не собиралась. - Андрей, ты что, правда на понимаешь?! Я не могу здесь больше оставаться, посреди этой дикости, варварства и убожества, слышишь, не могу! - Не можешь? – переспросил Андрей с опасным блеском в глазах. – Тогда уходи. Вперед, я тебя не держу. Не нравится жить в лесу и разделывать кроликов? Уходи. Ищи сама дорогу домой. По крайней мере, мы хоть какое-то время поживем в тишине. Больше всего сейчас Кире хотелось залепить Андрею пощечину, но ее останавливало лишь то, что она с детства хорошо усвоила: «это пошло и вульгарно». И поэтому Кира резко развернулась на каблуках (что вышло не столь впечатляюще, как она хотела бы, поскольку каблуки увязали в мягкой земле) и быстро пошла прочь. Ни Андрей, ни Роман не сделали ничего, чтобы ее остановить. * * * «Идиот, кретин, хам, дубина неотесанный», - мысленно ругалась Кира, углубляясь в чащу леса. У нее внутри все клокотало от гнева, обиды и боли. Андрей ее снова предал, но в этот раз все было гораздо серьезнее, чем измена с очередной моделькой. Он продемонстрировал, что ему на нее наплевать, что он ни капельки ее не любит, потому что так с любимыми не поступают. Если бы он любил ее, то обнял бы, прижал к себе, утешил бы, ободрил, встал на ее сторону. - Дура! Какой же слепой дурой я была все это время, - пробормотала себе под нос Кира. И остановилась как вкопанная, осознав, что она отошла уже очень далеко от домика и находится в совершенно незнакомом месте, где деревья растут так густо, что сквозь их кроны практически не проникает солнечный свет. Кира, поежилась и, временно выкинув из головы Андрея, повернула назад. Она успела пройти всего пару метров, когда опять была вынуждена остановиться и замереть – перед как из-под земли вырос крупный, оскаленный волк. Почему-то Кира решила, что это тот самый, что навещал их утром. - Хорошо, - дрожащим голосом сказала она. – Я все поняла, я больше не буду так далеко забредать. И я уже возвращалась. Несколько секунд волк немигающими желтыми глазами смотрел на Киру, а затем бросился на нее. - 2 - Они поселились в единственной комнате при местной таверне, которая принадлежала семье кузнеца и прилегла к кузнице. За стойкой обычно стояла высокая дородная жена кузнеца, дама с тяжелой рукой и нелегким характером, а роль официантов выполняли ее младшие сын и дочь. Двое старших сыновей помогали отцу. - Содержание коня – полсеребряника. Постой – полсеребряника. Завтрак, ужин и горячая вода для мытья – целый серебряник, - сказала тáна Джонсон (которую в деревне все знали как Бет, или же Громкая Бет) так недовольно, словно она делала огромное одолжение Мире и Алексу, пуская их за их же деньги пожить в комнате, которая уже давным-давно никак не использовалась. - Серебряник, и мы получаем еще и обед, - твердо ответила Мира. - Ладно, - неохотно согласилась Бет, - но если что – поможете мне его готовить. Мира неопределенно пожала плечами, и по выражению ее лица было понятно, что ничего подобного она делать не собирается. Когда Бет ушла, Воропаев посмотрел на кровать и перевел взгляд на спутницу. - Всего одна кровать. - Хочешь сказать, что не сможешь себя контролировать? – выгнула бровь девушка, решив называть его на «ты» не только на людях, но и наедине: в конце концов, им предстоит делить постель, путь только прямом смысле этого слова. Алекс фыркнул. - Наоборот, опасаюсь за твой самоконтроль. - Не стоит. Ты не в моем вкусе, - усмехнулась Мира. – Можешь пока отдохнуть, а я посижу внизу. - Так нечестно, - запротестовал Алекс. – Я должен торчать в этой пыльной убогой комнатенке, пока ты будешь напиваться в трактире? Я пойду с тобой. - Кто сказал, что я собираюсь там пить? Я – странствующий маг, и весть о моем прибытии скоро распространится по всей деревне, если уже не распространилась. И ко мне потянутся те, кому нужна квалифицированная магическая помощь. Ну, если, конечно, здесь найдутся такие люди. Но староста наверняка придет, засвидетельствовать свое почтение, так сказать. Впрочем… ты можешь составить мне компанию и даже выпить, только держи язык за зубами. - Договорились. Надеюсь, в этом притоне найдется приличный алкоголь. - Не надейтесь, - хмыкнула Мира. * * * Староста, тан Криплен, оказался невысоким тщедушным мужчиной лет пятидесяти, который заверял Миру в том, что безумно рад видеть в их скромной деревне такую важную персону, как госпожа странствующий маг, но при этом не переставал смотреть на нее с изрядной долей страха, словно опасаясь, что она в любой момент может стереть поселок с лица земли. И, надо полагать, у него были на то основания: Мира уже догадалась, что ситуация в стране была не самой спокойной. Воропаев, как и обещал, молчал, мусоля кружку с вином, вполне себе пристойным. Со стороны могло показаться, что его больше интересует дно кружки, нежели происходящее вокруг, но на самом деле Алекс замечал все, что творилось в таверне, и слышал не только разговор напарницы со старостой, но и многое другое. Например, как Громкая Бет отчитывает дочь, за рассеянность и невнимательность, а сына – за разгильдяйство, как два типичных пьянчужки за столиком в углу жалуются друг другу на свою нелегкую жизнь и жен-мегер, как неровно дышит волнующийся мистер Криплен и как на улице загоняют домой скот. Никогда прежде Алекс не замечал за собой такого пристального внимания к подобным мелочам, но сейчас, казалось, все его органы чувств обострились и от его внимания не ускользали даже малейшие детали. «Это все чувство самосохранения, - мысленно объяснил он самому себе. – Хочешь жить – придется видеть и слышать все, что поможет сохранить тебе жизнь». Они просидели в таверне около трех часов. За это время они выяснили, что большинство жителей деревни либо убежденные трезвенники, либо предпочитают расслабляться за кружкой вина или пива дома. Алекс, вспоминая русские деревни и производимую там самогонку, склонялся ко второму варианту. Мира, в родной стране которой таверны и трактиры служили по вечерам (и не только) центрами общественной жизни, была удивлена такому небольшому количеству посетителей, но рассудила, что, возможно, такое положение сложилась из-за бедности деревни и ее обитателей или же традиции и обычаи Гардии резко отличались от наэрийских. Как бы там ни было, малочисленность клиентов Громкой Бет Миру не слишком волновала, а вот полное отсутствие свои собственных клиентов – очень даже. Не то, что бы она ожидала, что они толпой к ней повалят: в конце концов, она была пришлой незнакомкой и не провела еще в деревне и дня, к тому же, наверняка многие деревенские жители полагали, что услуг их ведьмы им вполне хватит, - и тем не менее, Мира рассчитывала хотя бы на пару человек, нуждающихся в ее помощи. И дело тут было, разумеется, не в деньгах, просто если у нее не найдется в деревне работы, то ее долгое пребывание здесь будет на редкость подозрительным, а ей требовалось время, чтобы найти лесную ведьму. В самом деле, не станет же она прямо сейчас расспрашивать всех, кто из деревенских девушек родился 31 июля! Если бы Мира была меньше занята своими мыслями, любопытные и оценивающие взгляды посетителей таверны раздражали бы ее гораздо сильнее, однако в настоящий момент они ее не слишком заботили. С другой стороны, эти взгляды были не такими назойливыми, как могли бы, поскольку мрачный Воропаев, время от времени исподлобья оглядывающий помещение и всех в нем находящихся, отбивал всякую охоту интересоваться им самим и Мирой: помимо того, что Алекс уже на первый взгляд не казался милым и приветливым мужчиной, в Гардии, где рыжий цвет волос был редкостью, всех рыжеволосых побаивались, считая их людьми, способными абсолютно на все. В конце концов, не дожидаясь закрытия таверны, Мира и Алекс пошли спать. Удивительно, но ни одного из них больше не волновал тот факт, что им придется провести ночь в одной кровати. И до самого утра, несмотря на то, что постель была не слишком широкой, они ни разу даже не дотронулись друг до друга, каждый оставался на своей половине кровати. А утром их разбудил стук в дверь. - 3 - Испугаться Кира не успела. Прыгнувший на нее волк, хотя и быстрый и сильный, в те секунды, что он находился в воздухе, был беспомощен. К тому же он не ожидал нападения. Поэтому второй волк, появившийся, казалось, из ниоткуда, сумел сбить его на землю. Кира, с трудом поборовшая искушение закрыть глаза, наблюдала за схваткой сцепившихся зверей, превратившихся в один огромный яростный комок меха, зубов и когтей. Битва продолжалась недолго – уже через пару минут тот из волков, что пытался атаковать Киру, поджав хвост и прихрамывая ретировался с поля боя, а второй неспешной трусцой направился к блондинке. И только тогда Киру накрыла волна страха, такая мощная, что ноги Воропаевой стали ватными и не могли больше ее держать. Кира бессильно и обреченно осела на землю, понимая, что ее сейчас просто-напросто сожрут. Однако она ошиблась. За пару шагов до нее волка окутало уже виденное сегодня Кирой марево, и на месте волка появился мужчина. Высокий, обнаженный, поросший густыми волосам мужчина. Знаковый Кире. Он протянул ей руку, и Воропаева не раздумывая ухватилась за нее. Рывком подняв женщину на ноги, мужчина по-волчьи оскалился и рявкнул, глядя ей в глаза: - Дура! * * * - Я – не волк, меняющий обличья. Но я и не человек. Я – серединка, - медленно сказал Ян, тщательно подбирая слова, чтобы ответить на вопрос Романа. После того, как Ян спас Киру от волка – обычного, не оборотня, он привел ее к домику, по дороге не проронив ни слова, и снова растворился в лесу. Снова он объявился только вечером следующего дня и, как и в первый раз, принес гостям леса кролика. Кира ничего не рассказала Андрею и Роману о том, что с ней случилось, и, судя по всему, Ян также не собирался затрагивать эту тему. Он перебросился парой слов со Ждановым и Малиновским, бросил мимолетный взгляд на Киру, и ушел. Когда он спустя два дня, в течение которых Кира, Роман и Андрей питались остатками кролика, а также орехами и клубнями, которые оставляли им на пороге лешие, вновь пополнил продовольственный запас землян, мужчины предложили ему разделить с ними трапезу. Отчасти – желая выразить свою благодарность, отчасти – надеясь выяснить что-нибудь интересное и полезное. Они были почти уверены, что Ян откажется, но оборотень принял их приглашение. Президент «Зималетто», теперь уже, по всей видимости, бывший, и его вице-президент ожидали, что Кира откажется принимать участие в этом ужине, но, к их удивлению, она спокойно уселась у костра, на котором жарился кролик и возле которого уже устроились Андрей, Роман (оба положили сбоку свои мечи) и Ян. После ее ссоры с Андреем, они все дружно сделали вид, что ничего такого не произошло, но Кира поняла для себя кое-что: ей нужно какое-нибудь занятие, которое поможет ей отвлечься от окружающей ее реальности, а заодно и справиться с теми приступами гнева и отчаяния, что ее иногда охватывали. И она не придумала ничего лучше, как научиться обращаться с луком. Во всех фильмах, что она видела, герои обращались с этим оружием легко и непринужденно, но сама она сначала не смогла даже натянуть тетиву. Впрочем, это было к лучшему: с тех пор все свои силы Кира тратила на то, чтобы справиться с луком, и у нее оставалось энергии на скандалы и слезы. К тому же, она наконец осознала, что они действительно находятся не на Земле, и она действительно в любой момент может погибнуть, а значит, ей необходимо контролировать свои чувства, сохранять ясную голову и уметь давать отпор врагам, хоть какой-нибудь. Примерно по тем же соображениям Андрей стал брать у Романа уроки фехтования. И вот сейчас, сидя рядом с Яном и глядя на рыжие языки огня, Роман, помнивший все, что говорила им об оборотнях Мира, решился задать человеку-волку вопрос: как так получилось, что Ян может менять форму по желанию, в то время как они думали, что это возможно только ночью. И Ян ответил как мог. Увидев на лицах землян непонимание, оборотень попытался объяснить: - Моя братья – «чистые» оборотни, могут менять форму на человеческую только ночью. Моя мать – «чистый» оборотень, мой отец – человек. Я – серединка. - Полукровка, - уточнил Роман. - Да, - кивнул Ян. – Человеческое слово. Отец учил меня человеческим словам. И обычаям. Дал имя. Люди – странные и смешные. Но интересные. - Скажите, а в лесу много таких же, как и вы, полукровок? – спросила Кира, сама не понимая, почему это ее вдруг заинтересовало. - Нет, - оборотень энергично помотал головой. – Нету. Вообще. Это… нельзя, запретно, не разрешено. Королева всегда строго за этим следила, старейшины рассказывали. Братьям моим, меняющим форму, нельзя было спариваться с людьми. Но из-за проклятья больше нет королевы, и некому больше следить. Старые старейшины стареют и теряют силу. А новые… - Ян нахмурился и поежился, - они отступники, хотят поменять древние обычаи и законы. - Революция в отдельно взятой волчьей стае, - хмыкнул позволивший себе пошутить Роман. - Не знаю, что такое революция, но знаю, что отступники – это плохо, - твердо сказал Ян. - А про наших друзей что-нибудь известно? – спросил Андрей, меняя тему разговора. – Как у них дела? - Я не знаю. И лешие не знают. Если они не справятся – мы узнаем. Если справятся – мы тоже узнаем, а у леса снова появится королева. Вот только… - Ян сделал паузу, а когда снова заговорил, то понизил голос до шепота, - отступники они потому и отступники, что хотят отступить от прежнего порядка, сломать его. И они не хотят, чтобы в лес возвращалась королева. Очень не хотят. Мы думаем… мы думаем, что они могут попытаться помешать ее возвращению. - 4 - -… она только и может, что лечить сопли да варить зелья от бессонницы, - презрительно сказал тан Марель – самый зажиточный житель деревни. Сантры, государственная деревня, находящаяся у самой границы с Иллией, на окраине Рейлского леса, никогда не была богатой, но проклятье, точнее говоря – то действие, которое оно оказывало на страну, едва не разорило Сантры. Но все же деревня еще держалась на плаву, а некоторые из ее обитателей даже умудрялись богатеть. Как, например, тан Марель, чье хозяйство было самым большим в деревне (и самым далеким от леса) и на которого работали девять батраков и трое слуг, один из которых и пришел сказать Мире и Алексу, что их ждет его хозяин. Тан Марель объяснил своим гостям, он не доверяет местной ведьме (которую, кстати, завали Бастина). Ну, не то, что бы не доверяет– не верит в то, что она сможет надежно и эффективно сделать то, что ему надо: наложить на его земли, все хозяйственные постройки и дом охранные чары; зарядить его защитные амулеты и талисманы; зачаровать клейма на скотине, чтобы в случае кражи ее можно было быстро найти; наложить антиворовские чары на самые ценные вещи; и – на этом месте тан Марель запнулся, но продолжил - сварить несколько укрепляющих зелий для его единственной дочери. Но это – в последнюю очередь. Поторговавшись насчет цены – всякий уважающий себя странствующий маг всегда пытается стрясти с клиентов как можно больше – Мира согласилась на эту работу. Откровенно говоря, она согласилась бы на нее и за вдвое меньшую сумму, только бы иметь предлог остаться в Сантры, но Марелю вовсе не следует об этом знать. Правильнее всего было бы отослать Алекса обратно в таверну, но Мира боялась, что он может – скорее нечаянно, нежели нарочно – выдать их. Поэтому весь день он ходил за ней хвостом по владенью Мареля, наблюдая за тем, как она колдует. И кто бы сомневался, что не сможет хранить молчание! - Так по какому принципу это работает? – спросил Воропаев Миру, после того, как она наложила цепь охранных заклинаний вокруг земель Мареля. Это заняло у нее почти весь день, и теперь смертельно уставшая и голодная Мира больше всего на свете хотела поужинать и лечь спать. Алекс в отличие от нее был не таким уставшим и определенно не слишком голодным – у него, ничем не занятого, нашлось время пообедать. – Помахала руками, пробормотала себе под нос что-то вроде «абракадабра» и готово? Марель разрешил им остаться в его доме, пока Мира не закончит работу, но она решительно отказалась: таверна, нейтральная территория, была безопаснее. Хотя Мира и не думала, что ее настоящий работодатель собирается причинить ей или Алексу вред, но она давно уже знала, что излишняя осторожность никогда не бывает лишней. - Нет, - буркнула она, оседлав коня, - все гораздо сложнее. Но ты не дар и не поймешь. - А ты попробуй, - хмыкнул занявший привычное место позади нее Алекс. – В конце концов, я не настолько туп, как Жданов, и много чего могу понять. * * * - Я не знаю, что такое магия, - честно призналась Мира. Она сидели за столом в своей комнате и ужинали. Судя по тем взглядам, что бросали на Миру и Алекса, когда они поднимались к себе, посетители таверны, новость о том, что маг согласилась работать на Мареля, разнеслась уже по всей деревне. – И никто в этом мире не знает. Многие думают, что знают, но это не так. Она… она везде, повсюду. Она – нематериальна, но все дáры ее чувствуют. Я не могу описать это чувство, - Мира покачала головой, досадуя, что не может объяснить то, что было частью ее натуры. – Если говорить на языке вашего мира, то, полагаю, магия – что-то вроде особого энергетического поля, присущего нашему миру и еще некоторым мирам, но отсутствующего на Земле. Дáры используют эту энергию, чтобы творить магию, делать то, что не могут делать обычные люди. То, что противоречит всем законам природы, физики, химии и прочих наук. - Хорошо, допустим, магия – это энергия, - сказал Воропаев, которого неожиданно действительно заинтересовал феномен магии. – Тогда заклинания – это то, с помощью чего вы ей управляете. - Нет, не совсем, - покачала головой Мира. – Хотя… в чем-то ты прав. Представь себе, что магия – это компьютер. Для того чтобы компьютер выполнил то, что ты от него хочешь, ты должен нажать либо клавишу на клавиатуре, либо кнопку мыши. И ты видишь результат. Но самом деле, насколько я понимаю, все сложнее, потому что за каждым нажатием клавиши стоит определенный алгоритм, набор процессов. То же – с магией. Смотри, - Мира протянула руку в направлении кровати, и лежавший там кошелек плавно поднялся в воздух и, подлетев к магу, упал в ее ладонь. – Для этого мне необходимо было сосредоточиться, мысленно представить всю последовательность действий кошелька и направить поток магии на то, чтобы воплотить их в реальность. Но это требует определенных усилий, и поэтому когда маг хочет сделать что-то более сложное и требующее бóльшей концентрации, он прибегает к заклинаниям. Фактически, заклинания - этот тот же алгоритм действий, только воплощенный в словах. Но работают только древние заклинания, то есть те, что были… составлены, придуманы еще в древности. Не знаю почему. И новые заклинания сейчас создаются исключительно на древнем языке. - Любопытно… Больше Алекс за весь вечер не сказал ни слова, обдумывая то, что услышал от Миры. В общем и целом он понял, что она пыталась объяснить, но ему почему-то казалось, что он что-то упускает. Что-то важное. Воропаева самого удивлял такой интерес к магии – тому, что было ему недоступно. В конце концов, Алекс мысленно обругал себя за глупость и последовал примеру давно уже заснувшей Миры. И уже проваливаясь в сон, он вспомнил, что хотел спросить у девушки: как определяют, является ли человек магом или нет. Но утром он забыл задать этот вопрос.

Автор:	Bathilda [ 12 дек 2008, 15:45 ]
Заголовок сообщения:
- Вот, госпожа маг, - дочка Громкой Бет, Лиззи, поставила перед Мирой и Алексом тарелки с завтраком и сделала неуклюжий реверанс. Перед рыжим Алексом, которого, из-за цвета волос, мрачного взгляда черных глаз и молчаливости, вся деревня уже считала беспощадным убийцей, Лиззи трепетала и боялась лишний раз посмотреть на него, не говоря уже о том, чтобы заговорить с ним. Миру Лиззи совсем немного побаивалась – Мира вовсе не казалась опасной, и гораздо больше уважала – за то, что маг была всегда приветлива, вежлива и улыбалась в ответ. Лиззи не отличалась особым умом, но она был милой, доброй и старательной девушкой, и Мире она нравилась. Прошло уже пять дней с тех пор, как тан Марель нанял Миру, и она почти завершила работу, ей оставалось только зачаровать пару вещей и осмотреть тáни Марель, которую она еще ни разу не видела, чтобы определить, какое именно укрепляющее зелье ей надо приготовить. Впрочем, что-то подсказывало Мире, что тан Марель не сказал ей всей правды, когда говорил о том, что у его дочери просто слабое здоровье и ничего больше, но с этим она разберется потом. И за эти пять дней Алекс и Мира две ночи подряд просыпались от шума за окном: собачьего лая, мужских криков, волчьего воя – на деревню нападали волки, оборотни или нет, трудно было сказать. К счастью, к их нападениям уже привыкли, а сигнальные чары по периметру предупреждали жителей Сантры о вторжении, так что каждый раз волков успешно прогоняли. Но все понимали, что такое везение не может быть вечным. - Ты сегодня вся светишься, - улыбнувшись, заметила Мира, глядя на Лиззи. Лиззи просияла. - Джимми Стоун, сын старосты, сделал мне предложение, госпожа маг! – счастливо сказала она. – Правда, когда он пришел к моему отцу, тот сказал, что не будет обсуждать это до того, как мне исполнится шестнадцать, но ждать осталось совсем не много, до 31-го июня осталась всего неделя с небольшим. К счастью, Лиззи не заметила, как вздрогнула Мира. Зато она заметила тот пристальный оценивающий взгляд, который бросил на нее Воропаев, покраснела, смешалась и опустила глаза. - Не бойся его, Лиззи, - усмехнулась Мира. – Он не кусается, честное слово. Ну, если его не злить, конечно, - проигнорировав раздраженный взгляд Алекса, Мира продолжила: - Значит, ты родилась в «макушку года»? - Да, госпожа маг. Аккурат в ведьмин день Значит, «макушку лета» в Гарди называли «ведьминым днем». Любопытно… - Дарить подарки заранее не принято, но я не уверена, что, буду здесь в твой день рождения, поэтому вот, - Мира достала из кармана палочку, которую ей дал леший и с которой она с тех пор не расставалась. Пытаясь сдержать улыбку при виде разочарования, появившегося на личике Лиззи, Мира продолжила: - Это – палочка с дерева баобаб, - теперь уже Воропаев едва сдержался, чтобы не улыбнуться, услышав это. – Оно растет очень-очень далеко отсюда. Баобабов осталось совсем мало, и из-за проклятья многие из них уже утратили свою силу, но то, с которого эта палочка, еще действует. Знаешь, чем знамениты баобабы? – Лиззи помотала головой. – Они приносят удачу. Достаточно прикоснуться к самому баобабу или даже к его веточке, и твои желания и мечты – но непременно хорошие, не связанные со злом или насилием – наверняка сбудутся, а тебе еще долгое время будет сопутствовать удача. Дотронься до палочки, Лиззи, и я уверена, что это принесет тебе счастье. Лиззи осторожно и немного нерешительно коснулась палочки. Мира затаила дыхание, но ничего не произошло. Абсолютно, ровным счетом ничего. Конечно, ни Мира, ни Воропаев не знали, что должно было случиться, когда лесная колдунья возьмет в руки палочку, но раз леший сказал, что Мира сама все увидит и поймет, значит, это должно было быть что-то, видимое глазу. Но, очевидно, лесной королевой была не Лиззи. И Мира частично разочарованная этим обстоятельством, в то же время радовалась этому, поскольку Лиззи меньше всего годилась на роль лесной ведьмы. Пока дочка кузнеца держалась за палочку, Мира осторожно сплела аркан удачи и наложила его на девушку. Конечно, вечной удачи это заклятье не гарантировало, но, по крайней мере, в ближайшие пару месяцев, аркан будет способствовать наилучшему устроению всех ее дел и убережет от беды. - Спасибо, госпожа маг, - широко улыбнулась Лиззи. – Уверена, теперь я буду самой счастливой девушкой деревни. - Даже не сомневаюсь в этом, Лиззи Лиззи уже повернулась, чтобы уйти, но помедлила и сказала: - Если позволите, госпожа маг… Мои родители думали, что я тоже буду ведьмой, как Бастина, не зря же ведьмин день называют ведьминым днем. Когда я была маленькая, то очень хотела быть магом или хотя бы знахаркой. А теперь мне кажется, что простым человеком быть лучше, счастливее, что ли, и ответственности меньше. - Возможно, ты и права, Лиззи. Но иногда у нас нет возможности выбирать, кем быть, - ответила Мира. - А что, Бастина также родилась 31-го июня, - резко спросил Воропаев, увидевший, что Мира не обратила на эти слова Лиззи. - Да, господин, - снова присела в реверансе Лиззи. – Она ровно на шесть лет старше меня. Я могу идти? - Конечно, Лиззи, ступай. Девушка ушла, а Воропаев насмешливо взглянул на Миру. - Великий сыщик, - фыркнул он. – Если так будет продолжаться и дальше, мы никогда не найдем эту чертову лесную ведьму. А это, знаешь ли, не входит в мои планы: Жданов и Малиновский мне безразличны, их я с удовольствием оставил бы в лесу навечно, в отличие от Киры. Ее я вытащу оттуда любой ценой, - немного помолчав, он добавил язвительно: - Баобабы? - Заткнись. Я действовала по обстоятельствам. - С Бастиной этот номер не прокатит, - усмехнулся Алекс. – Советую заранее придумать какую-нибудь более правдоподобную историю. Баобобы… Мира поморщилась и ничего не ответила. * * * Почти пятнадцатилетняя тáни Валерия Марель оказалась бледной, белобрысой, тощей девицей с капризным выражением лица. Она жаловалась на временами накатывающую на нее слабость, отсутствие аппетита, головную боль и перемену настроения, чаще всего – в сторону беспричинного раздражения и злости. Вначале Мира заподозрила, что причина ее недомогания - то состояние, которое испытывают многие женщины перед началом критических дней, как называли это на Земле, не говоря уже о них самих. Но, расспросив девушку поподробнее, Мира поняла, что дело не в этом. - Меня тошнит, - недовольно ответила Валерия на вопрос Миры о том, как она себя чувствует. – Тошнит от этого дома и от этой деревни. Жду не дождусь, когда отец наконец выдаст меня замуж за какого-нибудь богача, как он мечтает, и я навсегда уберусь отсюда. При этом в ее голосе было столько злости и неприязни, что можно было поверить в то, что жизнь Валерии и в самом деле невыносима. Но это явно было не так. По словам слуг, точнее говоря, верной служанки этой семьи, Наны, тан Марель, человек суровый и с непростым характером, дочь любил и выполнял бóльшую часть ее прихотей и желаний. Что не мешало ему вынашивать честолюбивые планы о том, чтобы женить дочь на каком-нибудь денежном мешке, желательно – с титулом. Именно поэтому он не разрешал Валерии общаться с жителями деревни и даже выписывал ей из ближайшего крупного города учителей, которые, впрочем, долго не продержались, не вынеся скуки и уединенности деревенской жизни. В Сантры Валерию звали не иначе как «Гордячка». И лет до тринадцати-четырнадцати она отличалась достаточно уравновешенным и покладистым характером, который испортился года два назад, и с тех пор Валерия изводила всех в доме своими капризами, за которые потом, успокоившись, долго извинялась. Извинилась она и перед Мирой, когда та пришла на следующий день дать девушке первую, пробную порцию зелья – на зелья, как и на земные лекарства, у некоторых людей могла быть аллергия. - Я прошу прощения, что вчера так с вами разговаривала, госпожа маг, - сказала Валерия, смущенно опустив глаза. – Я знаю, что временами говорю ужасные вещи и дурно веду себя, и каждый раз мне за это ужасно стыдно. Но я ничего не могу с этим поделать, это сильнее меня. Я чувствую себя так, как будто меня окутывает черный туман и заставляет говорить то, что я не хочу. Мира с сочувствием взглянула на девушку. - А твой отец не просил Бастину тебя осмотреть? - Просил. Сначала он ужасно не хотел этого делать, но когда я швырнула в него вазу, он сдался. Это было около года назад. Сначала Бастина сказала, что я так веду себя из-за того, что я росту и становлюсь девушкой. Она сварила мне зелья, но они не помогли, и она заявила, что я просто злая испорченная девчонка. - Ясно. Валерия, скажи, а то, что ты говоришь окружающим, когда у тебя случаются эти приступы… когда ты успокаиваешься ты совсем-совсем так не думаешь? Или же в твоих словах есть доля правды, и в глубине души ты и впрямь так считаешь? - Нет, - отчаянно помотала головой Валерия, - я так не думаю. Я люблю отца, и Нану, и мой дом. Вот только… - девушка внезапно запнулась, но продолжила шепотом: - То, что я сказала вам вчера, ну, что хочу уехать отсюда, - кажется, это немножко правда. - Вот как? А почему? - В последнее время у меня такое чувство, что на меня давят эти стены. И мне нестерпимо тут находиться. Хочется куда-то, где просторно, где больше свободы, где можно дышать полной грудью. Но я не знаю, откуда берутся эти мысли. - Признаюсь честно: я не имею ни малейшего представления, что с тобой происходит, но я попытаюсь сделать все, что в моих силах, чтобы тебе помочь. Врачом наэрийская принцесса не была, и хотя у нее имелись начатки медицинских знаний, их хватало только на то, чтобы уметь остановить кровь или, когда другого выхода нет, зашить рану. Определить, чем больна Валерия, Мира не могла, поэтому все, что было в ее силах – сварить ей общеукрепляющее зелье и зелье от головной боли. Это занимало максимум день, но Мира собиралась растянуть процесс как минимум дня на два, а то и больше, чтобы иметь возможность поговорить с Бастиной. Пока маг машинально помешивала зелье – которое, кстати говоря, намного лучше вышло бы у ведьмы – она думала о том, что ей сказать Бастине. И не придумала ничего лучше, кроме как объяснить все как есть, разумеется, с небольшими купюрами. Именно с такими мыслями Мира и направилась вечером к Бастине, оставив Алекса в таверне, как она выразилась, пугать посетителей. Мира начало казаться, что Воропаев упивается своей ролью классического злодея-убийцы и что ему доставляет удовольствие бросать на окружающих мрачные пристальные взгляды и время от времени бормотать что-то себе под нос, вызывая тем самым настоящий ужас у всех, кто находился рядом, поскольку в деревне до сих пор достоверно не знали, маг Алекс или нет, а значит, существовала вероятность, что он может страшно проклясть любого, кто ему не понравится. Мира не мешала ему развлекаться – это, по меньшей мере, способствовало тому, что он хранил глубокомысленное молчание. Вместе с тем, то, что Алекс так хорошо себя вел и выполнял все ее требования и условия, настораживало Миру, и она не переставала ждать от него всего, что угодно, любой пакости, подлости или глупости – принцесса не верила, что человек может измениться так радикально и за такой короткий срок, невзирая на стрессовые и прочие обстоятельства. Бастина стояла у забора, словно знала, что Мира собирается ее навестить, и ждала ее. - Нам надо поговорить, - спокойно сказала маг, глядя в глаза ведьме. - Нам не о чем говорить, - отрезала Бастина, но тем не менее ушла в дом, а осталась стоять на месте, выжидательно глядя Миру. - Даже если я скажу, что мне нужна твоя помощь? – спросила принцесса. Бастина молча отворила калитку и посторонилась. * * * - Ну, чего встал – ни туда, ни сюда? Или проходи, или иди, куда шел, - не слишком любезно сказал кузнец, не поворачивая головы. В кузницу Алекса привели праздное любопытство и, как ни противно ему было это признавать, скука. Впервые за последнюю неделю с небольшим оставшись так надолго в одиночестве, без Миры, Воропаев дико, до зевоты, скучал. Конечно, массовиком-затейником она не была, но он с интересом слушал ее рассказы о жизни мира Материка в общем и, ее родной страны Наэрии в частности, их истории и культуре. Накладывать охранные заклинания было делом несложным, но нудным, и, поскольку для этого не требовалось особой концентрации, Мира могла разговаривать во время работы, развлекая тем самым не только Воропаева, но и саму себя. Но сейчас, когда Мира ушла разговаривать с ведьмой, Алекс понял, что ему нечем заняться, потому что пугать посетителей таверны, чему он посвящал почти каждый вечер, ему уже надоело (тем более, что он стал чем-то вроде комнаты страха для местных жителей – и страшно, и хочется пощекотать себе нервы), а кино или, на худой конец, бильярда, в этой дыре еще не придумали. И тогда он пошел исследовать окрестности, решив начать с кузницы. Которая всегда представлялась ему чем-то вроде мини-ада, царством ревущего огня, расплавленного металла и грохота. Однако в реальности все выглядело совсем иначе. Огонь в горне горел, но был не таким ярким и жарким, как думалось Алексу, и никто ничего не ковал. А в сидящем на деревянном чурбаке мужчине, внимательно рассматривающим какую-то железяку, можно было опознать кузнеца только по кожаному фартуку. Так уж вышло, что за все время пребывания в Сантры, ни Алекс, ни Мира ни разу не видели тана Джонсона, кузнеца, и теперь Воропаев с трудом мог поверить в то, что вот этот вот невысокий, широкоплечий мужчина лет сорока пяти, с интеллигентным лицом и острой бородкой, больше всего похожий на профессора-гуманитария, и есть кузнец. С другой стороны, едва он заговорил, то сразу стало понятно, что никакой интеллигентностью здесь и не пахнет. Алекс очень хотел вскинуть бровь и надменно и с долей гнева процедить сквозь зубы: «Да как вы со мной разговариваете?!», так хотел, что уже почти открыл рот, чтобы сказать это, но что-то, какое-то даже не шестое – десятое чувство подсказало ему, что не стоит этого делать. И поэтому Воропаев, стоявший на пороге, лишь молча прошел в кузницу и встал рядом с кузнецом. - Не маячь перед глазами, - бросил тан Джонсон, по-прежнему не отрывая глаз от железки, - сядь куда-нибудь. Воропаев подтащил поближе к кузнецу еще один чурбак и уселся на него. - Вы меня не боитесь? – с некоторым удивлением спросил он. – Ваши односельчане шарахаются от меня, как прокаженного. - Тебя? Еще чего не хватало, - хмыкнул кузнец и в первый раз взглянул на Алекса. – Ты еще слишком молод и глуп, чтобы тебя бояться. Но вот через пару лет я не стал бы поворачиваться к тебе спиной. Еще пару месяцев – да что там месяцев, дней! – назад Алекс счел бы слова кузнеца глупостью и не обратил бы на них внимания. Но он уже начал понимать, что в этом мире следует прислушиваться ко всему, даже самому странному и нелепому. Что, впрочем, не мешало ему чувствовать себя Алисой, разговаривающей с Безумным Шляпником. - Это предположение или утверждение? Кузнец усмехнулся. Странно, когда Алекс смотрел на него минуту назад, ему показалось, что у тана Джонсона серо-голубые глаза, такие же, как и у его дочери Лиззи, но сейчас Воропаев ясно видел, что они темные, почти черные, и в них застыло непонятное выражение. - Это – вероятность. Одна из многих, очень многих. Но, в конечном итоге, решать тебе и только тебе. Хотя, думаю, не все будут с этим согласны. - Кто вы? – резко спросил Алекс. - Во-о-от, я же говорю – глупый мальчик. Кузнец я, разве не понятно? - С каких это пор кузнецы делают предсказания, а предсказатели – подковывают лошадей? – язвительно поинтересовался Воропаев. - Дурень! – рассмеялся тан Джонсон. – Кузнец – это профессия, а пророк… это такой дар природы, от которого и рад был бы отказаться, да не выйдет. Но я не пророк. Да и какие могут быть пророчества в прóклятом королевстве, где жизнь меняется каждую секунду, а то и быстрее? К тому же, самое главное, самое важное пророчество уже было сделано, почти тридцать лет тому назад, а все остальное – чепуха и пыль под ногами, ни к чему тратить на это время. И я не вижу будущее, я в него заглядываю, и лишь предполагаю, что может быть и то, чего быть не может; что возможно и что невероятно. - И что вы предполагаете насчет меня? - Узнаешь. Вот доживешь и узнаешь, - ухмыльнулся кузнец. - Кроме того, время – не прямая линия, а будущее не определено раз и навсегда, так что никто не может точно сказать, что там, впереди, не то что через несколько лет – через пару минут. Замолчав, он снова уставился на железку, которую так и не выпустил из рук. И Алекс понял, что аудиенция окончена. Он встал с чурбака, немного потоптался на месте и, не увидев абсолютно никакой реакции со стороны Джонсона, пошел к двери, пытаясь понять все, что было только что сказано в этой кузнице, не похожей на кузницу, мужчиной, который, судя по всему, был чем-то большим, чем просто кузнец. - Да, и еще одно, - снова заговорил Джонсон, когда Алекс уже почти вышел за дверь. – Спутница твоя, та, что сейчас разговаривает с моей двоюродной сестрой, девка толковая, боец, каких мало, упертая, смышленая, так что ты к ней прислушивайся и зазря с ней не ругайся. Но и сам не плошай, потому что она, как и все мы, люди-человеки, может ошибаться, и если она ошибается, то обычно по-крупному – у нее в голове столько умных мыслей, что аж страшно становится. А поэтому, пока она присматривает за тобой, присматривай за ней, так, на всякий случай. И кузнец снова замолк. Алекс покачал головой и покинул кузницу. Что-то ему подсказывало, что произошедшее только что – не самое странное в его теперешней жизни, и то ли еще будет… А еще он решил, что не будет пока рассказывать об этом Мире. * * * - Чего тебе надо, маг? – без обиняков спросила Бастина Миру, ставя перед ней чашку травяного чая. – Для чего такой сильный маг как ты может попросить помощи такой скромной ведьмы как я? Наложить чары на владения Мареля? Даже если бы я умела делать это лучше тебя, я все равно не согласилась бы. Помочь с лечением его дочери? Она ничем не больна, а если и больна, то я не знаю чем. У нас с тобой нет общих дел, маг, и а у меня – желания помогать тебе в чем-либо. И тебе это прекрасно известно. А значит, то, что привело тебя ко мне, – действительно серьезно. - Меня зовут Мира, - сказала вдруг наэрийская принцесса. – Можешь называть меня по имени. - «Потому что в любом случае это будет звучать вежливее, чем просто «маг»», - мысленно добавила она. – И да, все и впрямь очень серьезно. Мне нужна твоя помощь не только ради меня самой или моих друзей, но также ради безопасности этой деревни и всех других прилегающих к лесу поселений. Бастина пыталась казаться невозмутимой, услышав это признание, но ее взгляд ясно давал понять, что она заинтригована. И Мира начала свой рассказ. Фактически, она сказала правду, только правду и ничего кроме правды, просто кое о чем она предпочла не распространяться. Например о том, что она и ее спутники не просто случайно оказались в лесу, а попали туда из другого мира. И о том, что сама Мира – принцесса Наэрии. Но про требования леших, лесную королеву и нарушенный баланс она рассказала в мельчайших деталях. - Ты хочешь, чтобы я поверила в то, что я лесная колдунья? – спросила Бастина, отхлебывая чай и пристально глядя на Миру. – Я не такая дура, маг. Лесная королева – миф, сказка. Но даже если она и впрямь существует… Я – не она. - Как ты можешь быть в этом уверена? - Я знаю. Мне двадцать четыре, я с детства обучалась магии у своей матери, также колдуньи, и за все эти годы я ни разу не почувствовала даже искры любви к лесу. Не скажу, что ненавижу его: ненависть – слишком сильное чувство, но лес – это опасность и угроза, а в последние годы он наш злейший враг. Во мне нет ни капли любви к лесу, и больше всего я хочу не восстановить нарушенный баланс, а стереть с лица земли и волков, и оборотней, и леших. Я – не лесная колдунья. - Докажи. Просто дотронься до этой ветки, и мы увидим, кто из нас прав. - Допустим… допустим, я лесная колдунья. Но я не собираюсь провести остаток жизни в лесу. Что ты будешь делать, если я откажусь возвращаться с тобой в лес? Применишь силу? - Нет. Но, полагаю, как только лесная королева дотронется до этой палочки, она осознает себя и захочет последовать своему предназначению, так что ее не нужно будет ни к чему принуждать. - Полагаешь или надеешься? – прищурившись, спросила Бастина. - И то, и другое, - поморщилась Мира. – Так ты дотронешься до палки? - Я не лесная королева, - твердо повторила Бастина и спокойно коснулась веточки. И снова, как и в случае с Лиззи, ровным счетом ничего не произошло. Мира не смогла сдержать разочарованного вздоха, а Бастина усмехнулась. - Права была я, - констатировала она. – Что ты будешь делать теперь, маг? - Сдается мне, в деревне больше нет женщин, рожденных в ведьмин день… - Нет, - покачала головой Бастина. – Ты сильный маг, я чувствую, но ты чересчур наивна: лешим нельзя доверять. Никому из детей леса нельзя доверять. Для нас это закон, и лишь благодаря ему мы до сих пор живы. Лешие солгали тебе. - Либо же они сами не знают всего, - вяло возразила Мира, думая о том, как ей теперь быть. - На твоем месте, я постаралась бы освободить друзей силой, - заметила Бастина. - Победить лесовиков на их территории невозможно, - закусив губу, ответила Мира. - Еще несколько лет назад я с тобой согласилась бы. Но баланс и впрямь нарушен, я это чувствую. И лешие уже не столь сильны, как прежде. У тебя есть хороший шанс их одолеть. Если ты решишься на это, я тебе помогу. - Поможешь? Чего ради? – нахмурилась Мира, меньше всего верившая во внезапно проснувшийся в Бастине альтруизм. - Ради безопасности деревни. - Думаешь, если я избавлю лес от пары другой леших, оборотни и другие лесные твари забудут дорогу в Сантры? - Кто знает? Возможно, пока они будут оправляться от нападения, мы хоть какое-то время поживем спокойно. - Они начнут мстить. - Нельзя утверждать наверняка. Может и нет. - И ты готова рискнуть? – холодно спросила Мира. - Да. Атаки волков с каждым месяцем становятся все чаще и настойчивее, рано или поздно мы не сможем их сдерживать. Не думаю, что их месть будет страшнее того, что происходит сейчас. - А я не готова. На моих руках больше крови, чем ты можешь себе представить, и гораздо больше, чем мне хотелось бы, и я не собираюсь умножать ее, не имея на это веских причин. Сначала я постараюсь решить проблему мирным путем, а если не удастся, там будет видно. - Как хочешь, - не менее холодно ответила Бастина, - дело твое. В конце концов, эти не моих друзей держат в заложниках лешие. А свою деревню я как-нибудь защищу. - Вот именно, это мое дело, - нарочито невозмутимо сказала Мира, вставая из-за стола, и вышла из дома ведьмы. И, оказавшись на улице, выругалась. Она редко себе такое позволяла, и если бы ее услышали Морган или Ник, они, несомненно, были бы шокированы. Сделав глубокий вдох, Мира пошла в таверну, обдумывать то положение, в которое она попала. А оно было, мягко – очень, очень мягко - говоря, незавидным. * * * - Выпустите меня отсюда! Валерия Марель была в ярости. Утром она вышла из дома, никого не предупредив, и без сопровождения пошла в сторону леса. Так уже было пару раз и, как и до этого, девушку случайно увидел один из слуг, правая рука ее отца, и остановил ее, послав другого слугу за таном Марелем. Валерию вернули домой, где она закатила истерику и вот уже больше трех часов сидела в своей комнате и бушевала, требуя, чтобы ее выпустили. Дождавшись Миру, тан Марель мрачно сказал ей: «Дайте ей что-нибудь это невозможно слушать» и ушел, вполне логично рассудив, что раз он ничем не может помочь дочери, то лучше займется чем-нибудь полезным. - Она всегда устраивает такие бурные истерики? – поинтересовалась Мира у Наны. - Нет, госпожа маг, я первый раз вижу, чтобы она так неистовствовала, - ответила взволнованная и обеспокоенная Нана. – Бедная девочка. Думаете, она все же чем-то больна? Может, ее прокляли? Моя бедная, бедная девочка. У ее матери было бы разбито сердце, если бы она это увидела, она была таким нежным созданием. - Отчего она умерла? – спросила Мира. Возможно, болезнь матери передалась дочери? - При родах, госпожа маг. Как я уже сказала, она была нежным и хрупким созданием. Значит, наследственная болезнь отпадает. Но вполне вероятно, что причиной такого поведения Валерия стала родовая травма. Как бы то ни было, сейчас Мире важнее было успокоить Валерию, нежели разбираться в том, что с ней творится. К счастью, Мира уже приготовила все необходимые зелья, в том числе и успокоительное, и они успели настояться. - Надеюсь, это ей поможет, - пробормотала Мира, встряхивая бутылочку с зельем. - Лучше всего ей сейчас поможет смирительная рубашка, комната с мягкими стенами и галоперидол, - язвительно сказал из-за спины принцессы Алекс. – У тебя все это есть? Вообще-то, когда Миру вызвали к Марелям, хотела оставить Воропаева в таверне, но тот увязался за магом, проворчав что-то о том, что за ней нужен глаз да глаз. - Заткнись, - шикнула на него Мира и вошла в комнату Валерии, плотно закрыв за собой дверь. Мире потребовалось около сорока минут, чтобы уговорить девушку выпить зелье, и завидная ловкость и отменная реакция, чтобы уворачиваться от тех предметов, которые кидала в нее Валерия. - Плохо, все плохо, - тихим сонным голосом сказала Валерия, которую Мира уложила в кровать. – Неправильно и плохо. - Тебе плохо, Валерия? У тебя что-то болит? - Все неправильно. Мне надо выйти, я должна быть там, чтобы восстановить порядок, чтобы не дать… - но договорить Валерия не успела, она заснула. В коридоре напротив двери в комнату Валерии дежурили Нана и Воропаев. Нана по-прежнему была взволновала, а Алекс откровенно скучал. - И долго ты еще будешь возиться с этой ненормальной? – раздраженно спросил он, когда они шли к таверне. – Ты не забыла, что Кира и остальные уже больше недели торчат в этом чертовом лесу, и мы даже не знаем, все ли с ними в порядке. Как ты собираешься вытаскивать их оттуда, теперь, когда выяснила, что никакой королевы в деревне нет? - Не знаю, - угрюмо ответила Мира. – Попробую договориться с лешими, а если не удастся… Бастина предложила устроить кровавую баню, но мне не нравится эта идея, хотя бы потому что я не уверена, что заложники останутся при этом в живых. - Если с Кирой случится что-то по твоей вине, я сам устрою кровавую баню, - не менее угрюмо сказал Алекс. – Тебе. - Попробуй, - бросила Мира, которой было не до Воропаева: у нее было такое ощущение, что она что-то упускает, что-то важное, но она никак не могла понять, что. И это ей не нравилось. Абсолютно. * * * Остаток дня Мира и Алекс не разговаривали друг с другом. Воропаев до позднего вечера устроился за угловым столиком в таверне и своим мрачным видом пугал посетителей еще больше, чем обычно, а Мира сидела на полу в их комнате, прислонившись спиной к стене и положив подбородок на подтянутые к груди колени, и думала. Чувство собственного бессилия и неуверенность сводили ее с ума, еще ни разу в жизни она не оказывалась в ситуации, выход из которой она никак не могла найти. А ведь в прошлом были времена, когда она искренне была уверена, что не выберется живой из тех переделок, в которые попадала. Но даже тогда ей не было так паршиво, как сейчас. Вероятно, она просто потеряла навыки за год пребывания на Земле, где ее волновали совершенно другие проблемы. И теперь ей срочно необходимо было вернуть их, чтобы без потерь выйти из этой ситуации, если такое в принципе осуществимо. Когда Алекс поднялся наверх, чтобы лечь спать, Мира все еще сидела на полу. Воропаев еще не успел заснуть, как в дверь постучали. - Ты?! На пороге стояла Бастина. И она казалась растерянной и смущенной. - Надо поговорить, маг. Мира с трудом подавила желание ответить: «Нам не о чем разговаривать». Пожалуй, она бы так и сделала, если бы не глаза Бастины. Глаза человека, которому необходимо, чтобы его выслушали. - Проходи. Обновив антипрослушивающие чары, наложенные на комнату еще в самом начале, Мира повернулась с Бастине. - Я… я не сказала тебе всей правды, - призналась ведьма, отводя взгляд. – Точнее говоря, я не сразу вспомнила: в деревне есть еще девушка, рожденная в ведьмин день. Я не знала, стоит ли говорить тебе об этом, но когда сегодня по Сантры поползли слухи о том, что Валерия Марель сошла с ума… И Мира охнула, поняв, что Бастина имеет в виду. - Моя мать принимала роды у покойной таны Марель. Они длились несколько дней, и тана разрешилась от бремени 31 июня. Но тану Марелю не понравилось, что его дочь родилась в ведьмин день, и он приказал маме молчать об этом, а сам сказал всем, что Валерия родилась 30 июня, на день раньше. Она теряет разум, маг, ее зовет к себе лес. Все выражения, которые вертелись на языке Мира, были исключительно неприличными, и поэтому она лишь фыкрнула и, резко развернувшись на каблуках, подхватила дорожную сумку, меч и плащ. - Идем, - скомандовала она. – Ты, - тут она ткнула пальцем в Алекса, - остаешься здесь. - Не дождешься, - отрезал Воропаев, быстро натягивая плотную кожаную длинную куртку. И добавил, взглянув на и без того разозленную Миру. – Иди к черту! Я с вами, и это не обсуждается. - Замечательно, если ты где-нибудь сломаешь себе шею, у меня будет меньше проблем, - проворчала Мира и стремительно вышла из комнаты, Бастина и Алекс последовали за ней.

Автор:	Bathilda [ 12 дек 2008, 15:46 ]
Заголовок сообщения:
Когда они подъехали к дому Мареля – Мира и Алекс на своем коне, Бастина – на лошади своего кузена-кузнеца – то поняли, что опоздали: почти по всех окнах горел огонь, а во дворе, освещенном факелами, собрались слуги, которые, впрочем, уже начали расходиться в разные стороны. - Она все-таки сбежала, - прошептала маг. Дождавшись, пока двор более-менее опустеет, Мира, Бастина и следовавший за ними по пятам Алекс осторожно подобрались поближе к дому, чтобы взять след Валерии – не по запаху, разумеется, но используя магию. Первой это удалось сделать Бастине. - Она ушла минут двадцать назад, - тихо сказала она. – Туда, в сторону леса. - Тогда бежим, надо догнать ее. Она должна войти в лес королевой, а не человеком, иначе ей не выжить. И они побежали. У них было преимущество перед поисковой партией, состоящей из слуг Мареля, - они точно знали, в каком направлении шла Валерия. А догнали они ее быстрее, чем ожидали: минут через десять они увидели впереди медленно бредущую, то и дело спотыкающуюся, девушку в белой ночной рубашке. - Валерия! – вполголоса окликнула ее Мира, но та никак на это не отреагировала, продолжая идти вперед. – Валерия, послушай, мы хотим тебе помочь, - с каждым словом Мира и ее спутники все ближе и ближе подходили к тани Марель. – Мы понимаем, что с тобой происходит, поверь. Мы знаем, что сделать, чтобы тебе стало лучше. - Вперед, - едва слышно сказала Валерия, - он говорит мне идти вперед. - Кто? Кто говорит? - Голос. Голос в моей голове. Он говорит мне идти вперед. - Это лес, - прошептала Бастина, - это он зовет ее. - Мне страшно, - надтреснутым голосом призналась Валерия, - мне так страшно, но я не могу остановиться. - Пожалуйста, позволь нам помочь, Валерия. Мы желаем тебе добра. Тебе просто надо дотронуться до этой палочки. И все. Это ведь совсем не сложно. Прикоснись к ней, и все будет хорошо. Валерия остановилась и повернулась к Мире. В темноте – света неполной луны катастрофически не хватало - маг не видела ее лица, но ей показалось, что на нем промелькнула надежда. Валерия протянула дрожащую руку к веточке, данной Мире лешими, и несмело дотронулась до нее. И Мира поняла, что имели в виду хранители леса, когда говорила, что увидит, королева леса перед ней или нет: палочку окутало тусклое золотисто-зеленоватое сияние, и она вдруг начала расти – на ней появились веточки, покрытые крошечными листьями. От неожиданности Мира уронила палочку, и она упала землю, но не горизонтально, а вертикально, и уже через минуту на этом месте стояло молодое деревце высотой в несколько метров, от которого исходило все то же золотисто-зеленоватое сияние, которое, впрочем, быстро потускнело и исчезло. Мира выдохнула. А Валерия, безучастно смотревшая на деревце, внезапно рухнула как подкошенная. - Поднимай ее, живее, - приказала Мира Алексу. – Чем быстрее она окажется в лесу, тем лучше. - Ты сдурела? – воскликнул Воропаев, взваливая, тем не менее, бесчувственную Валерию на плечо. – Хочешь, чтобы нас всех сожрали волки? - Не сожрут, королева не даст. - Твоя королева в отключке, если ты не заметила, - язвительно заметил Алекс. - В лесу она придет в себя. А иначе она может и не дожить до утра. Не забывай, лешие отпустят Киру и остальных, только если мы вернем лесу королеву, так что в наших интересах поскорее сделать это. Поэтому пошевеливайся. Бастина, тебе, наверное, лучше вернуться в деревню. - Не дождешься, - повторила знахарка слова Воропаева, тревожно посмотрев на небо, где скрылась за облаками луна. – Я с тобой, маг. Идем. * * * Жизнь в глухом средневековом лесу вдали от цивилизации предполагала отсутствие развлечений и определенную рутину, по крайней мере, так было для Киры, Андрея и Романа. Они просыпались, выходили на улицу, иногда находили на крыльце орехи, яйца и коренья, -если же их не было, то это означала, что чуть позже к ним в гости заглянет Ян с кроликом или куропаткой в руках (ну, или в зубах, поскольку время от времени он веселился, пугая землян своим появлением в волчьем обличии), - шли умываться, завтракали, некоторое время ленились, затем начинали тренировки: Кира с завидным упорством старалась научиться стрелять из лука и метать кинжалы, а Малиновский, в меру своих сил и возможностей, пытался обучить Андрея фехтованию. И, надо сказать, у Киры дела шли лучше, чем у мужчин, хотя бы потому, что для нее эти тренировки были не просто способом убить время, как для Романа и Андрея, но и дать выход тому гневу, тому раздражению, тому страху за брата, что обуревали ее. После нескольких часов подобных тренировок они обедали, снова ленились, порой гуляли или обследовали окрестности. Ближе к вечеру они зажигали костер, и пару раз к ним на огонек заглядывал Ян, которому было не менее интересно общаться с «гостями леса», как он называл Киру, Андрея и Романа, чем им с ним. Но ни в одном из разговоров он больше не касался темы лесной королевы, или леших, или оборотней-отступников. Спать заложники ложились рано, во всяком случае по московским светским меркам, и их крепкий сон не нарушал даже волчий вой или уханье совы. Но в ту ночь все было по-другому. Они и сами не поняли, отчего проснулись. Словно от толчка, но не… физического, материального, если можно так выразиться. Мысленного, ментального, телепатического – это было ближе к истине, но все равно не описывало сути произошедшего. По лесу словно прошла невидимая глазу и неосязаемая волна, принесшая с собой надежду на новое начало, на спокойствие, на избавление, на возвращение к истокам. Никто из землян не был в состоянии до конца уловить это и уж тем более облачить свои чувства в слова, но не почувствовать эту волну магии они не могли. - Что это было? – хрипло спросил Роман, напряженно вглядываясь в темноту. - Не знаю, - отозвался Андрей, обнимая дрожавшую Киру. Некоторое время они сидели молча, вслушиваясь в то, что творилось снаружи, но, казалось, лес замер в ожидании чего-то, не слышно было ни звука, ни малейшего шороха. Наконец, немного успокоившиеся земляне снова улеглись, но долго лежали без сна, не в силах расслабиться и отдаться во власть Морфея, пока не раздался громкий стук в дверь. И «гости леса» снова подскочили на лежанке – одной на всех. - Откройте, это Ян. У меня есть вести от ваших товарищей. Вам надо их услышать. Это важно. Нужна ваша помощь. Где-то вдали раздался протяжный волчий вой. Кира поежилась. Роман и Андрей переглянулись, и, хотя они едва видели друг друга в неверном свете полупотухшего очага, мгновенно поняли друг друга. - Оставайся здесь, - коротко приказал Андрей Кире. Кира кивнула, а мужчины, не забыв прихватить мечи, открыли дверь и вышли на крыльцо. Ян был взволнован. Даже нет, не взволнован – возбужден и немного напуган. Он переступал с ноги на ноги, скалился и встряхивал головой. - Они нашли королеву, - выпалил он. - Но это же хорошо, нет? – спросил Андрей. – Именно это они и должны были сделать. - Хорошо, хорошо. И плохо, плохо, плохо, - ответил Ян, и Жданов с Малиновским отчетливо услышали поскуливание в его голосе. – Я говорил вам: некоторые мои братья не желают возвращения королевы – она восстановит древний порядок, и они уже не смогут охотиться сколько хотят и на кого хотят или делать, что хотят. И они знают, что королева уже в пути и скоро снова воссоединится с лесом. Они собираются остановить ее, пока она еще не успела вернуться к нам. По телу Яна прошла крупная дрожь. - Подожди, ты хочешь сказать, что они намерены… убить ее? - Да, да, да! И не только ее – они не пощадят и ваших друзей. Я и мои братья – правильные волки – идем остановить их. Зубы против зубов, когти против когтей. Братья наши лешие ничем не могут нам помочь: это не их время. Но ваше оружие – острая сталь - может принести нам победу и спасти ваших товарищей. Вы присоединитесь к нам? - Да, - твердо ответила из-за спины Андрея и Романа Кира. - Кира, я же сказал, оставайся в доме, - нахмурился Андрей. – Да, - ответил он Яну, - мы с вами. Кира, подопри чем-нибудь дверь. - Я иду с вами. - Что?! – дружно воскликнули Жданов и Малиновский. - Кира, даже не думай! – рявкнул Андрей. – Иди в дом. - Не смей, - низким угрожающим голосом сказала Кира. Такой тон Андрей слышал от нее впервые и, растерявшись, не нашелся, что ответить. - Я с вами, там Сашка, я его не брошу. К тому же, не думаю, что нам стоит разделяться, неизвестно еще, в какой части леса может оказаться этот дом, если что-то пойдет не так. Ну же, Ян, веди нас, - нетерпеливо прикрикнула Кира на оборотня. Все трое мужчин ошеломленно уставились на хрупкую изящную блондинку с луком через плечо. - Несколько моих братьев ждут нас недалеко отсюда, в месте, откуда мы сможем переместиться к окраине леса, туда, куда идет королева и ее спутники. Мы – не лешие, но наши старейшины тоже кое-что могут. Поспешим. * * * До леса оставалось совсем немного, когда сначала Мира, а затем и Бастина почувствовали исходящую от него угрозу. А раздавшийся через пару минут волчий вой указал на источник этой угрозы. Бастина выругалась, озвучив то, о чем думала Мира. Возможно, Алекс сделал бы то же самое, но он берег дыхание: хотя Валерия и была худенькой девушкой, тащить ее на себе было тяжело. Мира обнажила меч, лихорадочно прикидывая, что им делать дальше. В том, что на них нападут, она не сомневалась ни секунды, и неважно, зачем и почему. Главная задача Миры и ее товарищей – доставить Валерию в лес, но, судя по всему, пройти те полкилометра, даже меньше, что отделяли их от леса, будет чертовски трудно, если не невозможно. Во всяком случае – без потерь. Мира могла бы сейчас накрыть их четверых защитным колпаком, через который не проникнет никто и ничто, но он продержится максимум три-четыре минуты, а покрыть четыреста метров за это время… нет, невозможно, ни теоретически, ни практически, особенно учитывая тот факт, что Мира не сможет на бегу поддерживать защитное поле. В принципе, если постараться накрыть колпаком только Алекса и Валерию, выставив минимальные характеристики: защиту лишь от физической опасности вроде мечей, стрел, а также клыков и когтей, но не заклинаний… нет, этот вариант тоже не подходил, поскольку тогда Воропаев с тани Марель доберутся до леса быстрее Миры и Бастины, а маг не могла пойти на риск оставить их одних, без «огневой поддержки» - хотя Мира и надеялась, что как только Валерия войдет в лес и окончательно осознает себя лесной королевой, она все исправит, стопроцентной уверенности у принцессы в этом не было. Значит, выход один – сражаться, по максимуму прикрывая Валерию и Алекса, чтобы всем вместе прорваться к лесу. Если бы только владения Мареля были поближе к нему… - Умеешь обращаться с мечом? – спросила Мира Бастину. - Плохо. - Как можешь. Бери его меч, - Мира кивнула на Алекса. - А он? - А у него заняты руки, - на самом деле Бастина могла извлечь из меча больше пользы, чем Воропаев, поскольку в руках умелого дáра меч служил неплохим проводником магической энергии, не усиливая ее, но фокусируя. И несмотря на то, что Бастина была всего лишь ведьмой, не магом и не волшебницей, Мире почему-то казалось, что она сможет найти мечу применение. – Бежим! - Я не могу бежать, - пропыхтел Воропаев, - как ты себе это представляешь? Только если я ее брошу. - Тогда просто пошевеливайся. Волки напали через три минуты. * * * Если бы у Алекса спросили в тот момент, что он испытывает, он не задумываясь честно ответил бы – страх. В темноте не было видно ничего, только черные тени с горящими янтарными глазами, атакующие со всех сторон, и Воропаев не мог не понимать, что их шансы выжить с каждой секундой стремятся к нулю. Если бы он смог разглядеть выражение лица Миры, то он испугался бы еще больше. У старшей наэрийской принцессы был достаточно богатый боевой опыт, но с оборотнями до этой ночи она сталкивалась всего дважды, и оба раза это были оборотни-одиночки, один из которых к тому же передумал атаковать, когда понял, что перед ним маг. Как справиться с целой стаей оборотней Мира не знала. А когда стало ясно, что им с Бастиной не выстоять против такого количества зверей, Мира решила как можно дороже продать свою жизнь. Их жизни. И маг сосредоточилась на схватке, только на ней и ни на чем больше, перейдя в своеобразный «боевой режим» - в ее голове не было ни единой посторонней мысли, только заклинания, чары, пассы и фехтовальные приемы. Последние, впрочем, были не слишком актуальны, поскольку сражалась Мира не с людьми, а с животными. Она не замечала никого и ничего, кроме врагов. Если бы эту битву решил экранизировать какой-нибудь земной режиссер, то мечи Миры и Бастины непременно светились бы. Но в реальности оружие никак не реагировало на тот поток магии, те заклятья, что проходили через него, к тому же вскоре мечи были покрыты густой кровью, от которой пальцы обеих дар скользили по рукояткам, и девушки боялись попросту выронить оружие из рук. Но Мире и Бастине в какой-то степени было легче, чем Алексу: они боролись за жизнь и у них не было времени ни на раздумья, ни на сомнения, ни на страх. Алекс же, помимо того, что боялся, чувствовал себя отвратительно беспомощным и бесился из-за того, что ничем не может помочь. Мысль о том, что он умрет мучительной отвратительной смертью, будет разорван на куски, приводила его в ужас. То, что у него не будет даже приличной могилы в этом чертовом мире, вызывало у него досаду и злость. И ему невыносимо было оставлять здесь Киру одну - Жданов и Малиновский, два идиота, не в счет. Они медленно, очень медленно приближались к лесу, и на какое-то мгновение Алексу даже показалось, что они успешно до него доберутся, но тут Мира вскрикнула от боли, когда один из оборотней пропорол ей когтями бедро, и она, с трудом удержавшись на ногах, не сумела остановить кинувшегося на Алекса волка. Воропаев был уверен, что это конец. Все, что случилось потом, произошло так быстро, что он не успел даже это осмыслить. Ему внезапно вспомнилось, как Мира объясняла ему, как колдуют маги, и множество фильмов, в которых герои небрежным движением руки отбрасывают противника на несколько метров назад, и Алекс свободной рукой попробовал изобразить нечто подобное. Он не рассчитывал на успех, вовсе нет, но он не хотел умирать. И у него перехватило дыхание, когда волк, уже готовый вцепиться ему в горло, вдруг отлетел в сторону и рухнул на землю, жалобно взвизгнув. Мира, которую выдернула из боевого транса боль, заставив обратить внимание на товарищей, ошеломленно уставилась на Алекса и едва не пропустила следующую атаку, но вовремя опомнилась и вонзила меч в бок очередного оборотня. Но это уже не могло ничего изменить: они с Бастиной проигрывали этот бой. Волков было слишком много, а сил у обеих дáр оставалось все меньше и меньше. Алекс перевел удивленный взгляд со своей руки на ближайшего оборотня и опять взмахнул ей, но чуда больше не произошло: волк остался на месте, злобно скалясь и собираясь напасть. Позади Воропаева с разорванным острыми клыками боком упала на землю Бастина, грязно выругавшись. Мира немедленно подскочила к ней, пытаясь наложить хотя бы минимальную защиту на нее и Алекса, по-прежнему державшего Валерию, но ей это не удалось – она была слишком измучена и никак не могла сконцентрироваться. Оборотни, которые прежде нападали по трое-четверо, теперь, почуяв, что противник готов сдаться, окружили Миру и остальных и, казалось, ждали, когда неприятели сами шагнут им в пасть. Но те не спешили. Бастина тихо постанывала от боли, сжимая раненый бок, Мира судорожно сжимала меч, прикидывая, какое заклинение применить, чтобы забрать с собой в могилу как можно больше врагов, побелевший Алекс с бешено колотящимся сердцем оглядывался вокруг, надеясь увидеть пусть к спасению. Казалось, время на мгновение остановилось. А потом Алекс и Мира увидели приближающиеся к ним со стороны леса черные четырехлапые фигуры с горящими янтарными глазами. «Как будто этих мало», - пересохшими губами пробормотала Мира, поудобнее перехватывая меч. Но, к ее удивлению, большая часть окруживших их оборотней вдруг резко повернулась в сторону своих братьев и зарычала еще более угрожающе, чем раньше. И Мира не могла понять, в чем дело, то тех пор, пока новоприбывшие волки, не сбавляя скорости, набросились на тех, с которыми только что сражались Мира и Бастина. Осознав, что добыча может от них уйти, несколько волков, уворачиваясь от атаковавших их соплеменников, снова метнулись к дáрам и Алексу, и Мира, занятая отражением их натиска, не заметила, что им на подмогу пришли не только оборотни, но и двое людей – мужчин с мечами. * * * Оставив протестующую Киру на самой окраине леса, откуда она могла наблюдать за сражением, Андрей и Роман с головой окунулись в схватку. При этом они не думали ни о том, что их навыки владения мечом оставляют желать лучшего, ни о том, что могут погибнуть. Они вообще ни о чем не думали, им руководило лишь желание помочь друзьям, ведь, в конце концов, ни Мира, ни особенно зараза-Воропаев не были им чужими. К тому же, за последние почти две недели их настолько достала их невыносимо скучная жизнь, что они готовы были на все, чтобы хоть немного развлечься, даже если развлечение это было таким вот нетрадиционным и, мягко говоря, опасным. * * * Алекс, напряженно следивший за происходившим вокруг, не сразу почувствовал, как висевшая на его плече девушка пошевелилась. - Отпусти, - прошептала она так тихо, что Воропаев ее не услышал. – Отпусти, - уже громче добавила она. Алекс поставил ее на ноги и придержал, когда она пошатнулась. - Надо бежать, - хрипло сказала Валерия. – Здесь я ничего не могу сделать… лес, мне нужно в лес. - Какой лес?! Ты свихнулась? Не видишь, что творится? - Мне нужно в лес, - упрямо повторила Валерия, подняла опущенную до этого голову и посмотрела на Алекса своими ставшими изумрудного цвета глазами, которые слабо светились в темноте. – Верь мне. Бежим. Она схватила Воропаева за руку и они побежали, причем Алекс до последнего не мог поверить, что он сделал такую глупость. Но, к его изумлению, они прошли через ожесточенно дерущихся волков как нож сквозь масло. Казалось, оборотни даже не заметили ни Алекса, ни ту, которую половина из них намеревалась убить, а другая половина – защитить ценой собственной жизни. Только оказавшись под сенью деревьем, Воропаев сообразил, что это стало возможным только потому что Валерия откликнулась на зов леса и стала лесной королевой, хотя и не до конца. Но для того, чтобы завершить перевоплощение ей требовалось находиться в самом лесу. Что будет, когда это случится, он не знал, интуитивно предполагал. И не ошибся. Углубившись немного в лес, Валерия, которая, судя по всему, в отличие от Воропаева, прекрасно видела в темноте, обняла ближайшее к ней дерево, прислонилась к его шершавой коре щекой и закрыла глаза. Почти в ту же секунду по лесу прошла мощная магическая волна, подобная той, что прокатилась по нему, когда Валерия дотронулась до веточки, данной ей Мирой, только в этот раз она была видимой: весь лес несколько секунд был залит ровным матовым зеленым светом. А когда он погас, то Валерии нигде не было видно. Обессиленный Алекс осел за землю, уверенный, что он просто не в состоянии подняться. И опять ошибся, потому что раздавшийся вдали жуткий волчий вой, полный ужаса и боли, заставил его подскочить на ноги и помчаться туда, где он всего минут десять-пятнадцать назад оставил своих товарищей. Откуда он знал, куда именно бежать, учитывая, что он ничего не мог разглядеть в почти кромешной тьме, Алекс не имел ни малейшего представления. Когда он снова очутился на поле боя, все уже было кончено. Повсюду лежали трупы и тела оборотней, выжившие скрылись в лесу. Мира склонилась над Бастиной, двое мужчин – бородатых и всклоченных - в которых Алекс не сразу узнал Жданова и Малиновского, стояли растерянно озираясь по сторонам. Еще один мужчина, обнаженный и незнакомый Воропаеву, сидел на корточках возле них. В голове Алекса не было ни одной связной мысли, он чувствовал себя словно во сне – странно, нелогичном и совершенно невероятном. И только спустя несколько минут до Воропаева дошло, что не видит Киру. Сердце ухнуло в пятки со сверхзвуковой скоростью. Алекс подскочил к пребывавшему в некоторой прострации Жданову и принялся трясти его за плечи. - Где Кира? Ты слышишь? Где Кира, что с ней? Жданов, где Кира? Ответить Андрей не успел, за него это сделала сам Кира. - Саша! – раздался за спиной Алекса возглас сестры. – Это ты? Слава богу, ты цел! И она со всхлипом повисла у него на шее. А Воропаев неожиданно понял, что случилось нечто невообразимое – они спаслись. - 5 - Мира устала. Дико устала, и единственное, чего ей сейчас хотелось – лечь спать, желательно на пару суток, не меньше. Но пока что она не могла себе этого позволить. После того, как лесная королева призвала к себе тех оборотней, что пришли ей на выручку, и уничтожила большую часть тех, кто пытался ее убить (Мира не знала, как именно лесная ведьма это сделала, но, несмотря на то, что на телах волков не было видимых ран, это явно была страшная смерть: их полный боли вой до сих стоял у мага в ушах), Мира с товарищами, придя в себя, направились к дому тана Мареля. Откровенно говоря, она предпочла бы найти временное пристанище где-нибудь в другом месте, но, увы, это был ближайший к ним дом, а им нельзя было терять время: Бастине необходимо было срочно оказать помощь, ее рана была тяжелой, но, как надеялась Мира, не опасной для жизни. Люди Мареля, посланные на поиски Валерии, видели, что на Миру и ее спутников напали волки, но вмешиваться не стали, поскольку перевес явно был на стороне оборотней. Так что когда на пороге дома Мареля появились трое незнакомых ему мужчин, один из которых был обнажен и покрыт волосами с головы до ног, а еще один держал на руках раненую Бастину, хрупкая блондинка, Мира и Алекс, Марель ничуть не удивился. Но поняв, что среди них нет Валерии, он изменился в лице и с отчаянием посмотрел на Миру, которая в ответ лишь печально покачала головой. Сейчас у нее не было сил рассказывать Марелю о судьбе его дочери, к тому же она не была уверена, что ему стоит знать всю правду: Мира склонялась к мысли, что легенде о существовании лесной королевы лучше по-прежнему оставаться легендой. К счастью, Марель разрешил Мире и остальным остаться пока в его доме. Дальше Мира действовала практически на автомате: попросила Нану принести все имеющиеся в доме мази, настойки и отвары, чистые полотенца, воду, нитки и ножницы; промыла раны Бастины, потерявшую к тому времени сознание, зашила их, наложила повязку вымоченную в целебной мази; проделала примерно то же самое с глубокой рваной раной на плече оборотня, которого Жданов коротко представил: «Это Ян, друг»; обработала довольно пустячную рану на руке Малиновского, и отправила всех спать, в то время как сама осталась присматривать за Бастиной – на случай, если у той начнется лихорадка. Кроме того, только в одиночестве она могла, наконец, заняться собственными ранами на ноге, которая болела уже совсем нестерпимо. Последним из комнаты выходил Жданов – Мира, как и Воропаев, не сразу узнала в растрепанных бородатых мужчин, похожих на разбойников с большой дороги, Малиновского и Жданова. Он задержался на пороге, пристально посмотрел на Миру и вдруг стремительно пересек комнату и обнял мага так крепко, что у нее затрещали кости. - Хорошо, что с вами все в порядке, - пробормотал он и быстро ушел. Мира недоуменно посмотрела ему вслед, но решила не придавать этому никакого значения: ведь чего только не делают люди, чудом избежавшие смерти. * * * Жданов и Малиновский остались в живых благодаря огромной дозе адреналина и не менее большой дозе удачи – ничем иным нельзя было объяснить тот факт, что мужчин, не умевших даже толком обращаться с мечом, не разорвали на кусочки жаждущие крови оборотни. На двоих Роман с Анлреев убили одного волка и тяжело ранили другого – если бы его не прикончила лесная королева, он все равно не выжил бы. Совсем неплохой результат. И сейчас, лежа на полу – Марель выделил им всем одну гостевую комнату с двумя кроватями, и Андрей предпочел устроиться на полу – Жданов думал о том, какую вопиющую глупость они с Ромкой сделали, ввязавшись в безнадежную, заранее проигрышную драку; и что им невероятно повезло, что их не убили; и что он все равно повторил бы это снова и снова. И о том, что он невероятно рад тому, что Мира и Воропаев тоже целы и относительно невредимы. Хотя неприязнь Андрея к своему настоявшемуся шурину никуда не делась, Жданов все же хотел бы видеть растерзанного Алекса. Уж лучше он убьет собственной рукой, если тот его окончательно доведет. А еще Андрей видел, что между ним-теперешним и им-прошлым: «золотым мальчиком», дамским угодником, президентом «Зималетто», - пропасть, а он даже не заметил, как и почему она появилась. И вот над этим стоило призадуматься. * * * Они оставались в деревне еще неделю, в основном чтобы дать зажить ранам Миры, для которой это была самая тихая и спокойная неделя за долгое время. Бастина уже через день после того, как была ранена, перебралась от Мареля в свое жилище, не возражая против того, чтобы Мира составила ей компанию. Комнату в таверне Мира отдала в распоряжение Воропаевых, Жданова и Малиновского, впрочем, места на всех там все равно не хватало, и поэтому Андрей и Роман благородно переселились на конюшню. Вообще-то, предполагалось, что Воропаев последует их примеру, оставив комнату Кире, но Алекс заявил, что он привык спать на кровати и не собирается ничего менять. Конечно, Кира предпочла бы, чтобы с ней остался Андрей, но сказать об этом брату, которого она не видела почти две недели и за которого все это время ужасно переживала, она не могла. С Мирой Кира принципиально не разговаривала, и, поскольку Воропаева постоянно держала возле себя Андрея, мотивируя это тем, что в деревне даже более опасно, чем в лесу – кто знает, что на уме у этих крестьян, которые так неприязненно на них смотрят, то обсудить с Мирой все, что случилось, у Жданова никак не получалось, несмотря на все его желание. Не разговаривал с Мирой и Алекс – на следующее утро после схватки с оборотнями, маг попыталась было выяснить, как так могло получиться, что Воропаеву удалось колдовство, но Алекс решительно отказался затрагивать эту тему и ушел в глухую оборону. И Мира, несмотря на то, что ее разбирало любопытство, не стала пока на него давить. Малиновского же больше интересовало общение не с Мирой, а с местными красавицами, и уже к через пару дней принцесса начала беспокоиться, что Романа таки побьют местные парни за излишнее внимание к их невестам, как реальным, так и потенциальным. С Бастиной же Мире было удобнее и… уютнее, что ли, молчать. Так что магу выпала отличная возможность обдумать сложившуюся ситуацию и дальнейший план действий. К лесу никто из них и близко не подходил. Пожалуй, еще пару лет назад Мира непременно попыталась бы расставить все точки над «i», потребовать от леших объяснений, на худой конец – наорать на них, невзирая на опасность подобных действий. Сейчас же она была рада тому, что все благополучно разрешилось, и не планировала по доброй воле снова попасть в ловушку. К тому же Ян, на котором все заживало как на собаке (что неудивительно) и который сразу же после того, как Мира зашила ему рану, вернулся в лес, следующим вечером подошел к границе владений Мареля, куда не мог войти, долго ждал, когда хоть кто-нибудь его увидит, а дождавшись попросил позвать Андрея или Романа, которым и сообщил, что лесная королева и братья его лешие и оборотни благодарят Миру и ее спутников за помощь и отныне гарантируют им абсолютную безопасность в их лесу. «И на том спасибо», - пробормотала Мира, услышав это. Так что в итоге вся эта история с лесной колдуньей закончилась на редкость удачно и даже относительно бескровно. * * * Мира, Воропаевы, Андрей и Роман покидали деревню на рассвете – в тишине и с массой нерешенных вопросов и сомнений. Им не удалось купить еще одного коня, не говоря уже о двух, и поэтому держали курс на ближайший крупный населенный пункт, где можно было достать лошадей. Но зато путники приобрели в Сантры удобную дорожную одежду и обувь, припасы, обычный прямой меч взамен саддартской сабли, а также целебные зелья и несколько защитных амулетов. Провожала Миру и ее товарищей только Бастина. - Вот, держи, маг, - сказала знахарка, так ни разу и не назвавшая Миру по имени, протягивая ей два пузырька с мутной желтоватой жидкостью. – Отвар мяльмика, тебе и ей, - Бастина кивнула на Киру. И некоторому недоумению землян Мира слегка покраснела, но пузырьки взяла. - Спасибо, - усмехнулась она, оправляясь от смущения. – Удачи, Бастина. - И тебе удачи, маг, - кивнула Бастина. – Сдается мне, она вам ой как понадобится. - Что она тебе дала? – поинтересовался самый беззаботный и радостный из путешественников, Роман, который, вдохновившись примером Алекса, стал звать Миру на «ты». – И почему только вам с Кирой? Что за шовинизм и мужененавистничество? - Противозачаточное, - ответила Мира с непроницаемым выражением лица. Следующие километра три ни один из них не проронил ни слова. Интермедия – 12 Наэрия, королевский замок, 1324 г. - Мой король расстроен и печален, - промурлыкала Элеонора Дэшвуд и, встав с кровати, подошла к мрачному Моргану, сидевшему в кресле, устроилась у него на коленях, обнимая и целуя короля. Он не посылал за ней сегодня, но Элеонора, уверенная в своем положении фаворитки, пришла сама. Она больше часа ждала, когда король присоединится к ней в постели, а затем решила взять инициативу в свои руки. - Забудьте все ваши горести и неприятности, Ваше величество, уверена, ничто не стоит вашего плохого настроения, - прошептала она на ухо Моргану. – Взбодритесь, мой король, - Элеонора снова поцеловала его и принялась расшнуровывать его камзол. – Ваше королевство процветает, ваши подданные – счастливы и довольны своим королем, вы – красивы, молоды, полны сил, чего еще желать? Я знаю, что надо сделать, чтобы вы развеселились: устроить бал. Только представьте – музыка, танца, множество гостей! Все это оживит ваш замок, который с недавних пор под стать вам, такой же мрачный и тихий. Вам нравится моя идея, Ваше величество? - Моя сестра пропала, Элеонора, - угрюмо сказал Морган, отстраняя руки девушки, расстегивающие его бриджи, - я не могу и не хочу веселиться до тех пор, пока не узнаю, что с ней. - Бедняжка принцесса Амиранда, - притворно вздохнула Элеонора. – Но, я слышала, в последнее время она много болела и часто уезжала в Ломвелл-касл, чтобы поправить здоровье. Возможно, вы все равно вскоре потеряли бы ее. К тому же, у вас осталось еще две сестры, обе красавицы, и для блага и процветания страны вы с легкостью сможете выдать их замуж за кого только пожелаете. Я бы тоже огорчилась, если бы что-то случилось с моим дорогим братом, потому что у меня нет больше ни братьев, ни сестер. Но вам, Ваше величество, не следует так печалиться, ведь у вас есть принцессы Ивон и Александра, и принц Энтони, и граф Мариваль, в чьей любви и преданности вам не приходится сомневаться. И потом, как знать, возможно, Ее высочество принцесса Амиранда попросту сбежала с мужчиной, союз с которым вы никогда не одобрили бы. Ваше величество… Элеонора, как и ее брат, появились при дворе совсем недавно, и хотя они и постарались узнать о короле все, что могли, они так и не поняли, что Амиранда - его любимейшая сестра, лучший друг и вернейший союзник. Обладай Элеонора этим знанием, она, возможно, прикусила бы свой не в меру длинный язычок, но, не зная всего этого, она продолжала в том же духе, не подозревая о том, что Морган едва сдерживается, чтобы не ударить ее. Ему потребовалось немало сил, чтобы обуздать свой гнев и вместо того, чтобы влепить Элеоноре оплеуху, приказать, коротко и холодно: - Вон! Вначале Элеонора подумала, что Морган шутит, но когда он повторил приказ, и она взглянула в его потемневшие от ярости глаза и увидела судорожно сжатые в кулак ладони, то вздрогнула и почти выбежала из его комнаты. Тем же вечером Морган распорядился, об отлучении барона Дэшвуда и его сестры от двора, а после напиться, с неудовольствием сознавая, что слишком часто за последние месяцы позволяет себе это. * * * Наэрия, три месяца спустя В кабинет короля ворвался огненный разъяренный вихрь. И у него было имя – Ивон. - Как ты мог?! – с порога закричала она. – Как ты мог так поступить? Из-за ее спины выглядывала расстроенная Александра, нервно заламывающая руки – привычка, которую она не осознавала. Неделю назад принцессы уехали погостить к подруге, своей бывшей фрейлине, а ныне баронессе Вильгорн, которая недавно родила первенца. И Морган полагал, что они пробудут в замке Вильгорнов по меньшей мере еще несколько недель. Но он ошибся. А судя по тому, что на обеих сестрах была дорожная одежда, они очень спешили увидеть его. Точнее говоря – наорать на него. - Как ты мог прекратить поиски? Как ты мог сдаться? Отказаться от Миры?! Морган покачал головой. - Ивон, послушай… - И слушать не хочу, - отрезала принцесса. – Почему ты прекратил поиски? Ты что-то узнал? Или ты просто решил, что не стоит тратить на это время и деньги? - Ивон… - Неужели тебя не мучает совесть? Мало того, это что ты виноват в том, что она пропала, так ты еще и не хочешь ее найти? - продолжала зло выговаривать брату Ивон. - Хватит, - рявкнул Морган, - да, меня мучает совесть, и я и без твоих напоминаний знаю, что это моя вина. И не смей говорить, что я не хочу ее найти – сейчас это мое единственное желание в жизни, - Ивон, впервые услышав от брата такой тон, даже попятилась. Морган глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. - Сядь, Ивон, - уже тише и мягче сказал сестре: – Сядь и прекрати уже вести себя как ребенок. Александра, закрой, пожалуйста, дверь, и тоже садись. - Ты что-то узнал о Мире? – с надеждой спросила Александра. - Нет, дело не в этом. С пор, как она пропала, добрая половина нашей армии не раз и не два перевернула страну сверху донизу. Но так не может больше продолжаться - я не могу рисковать безопасностью страны, ослабляя армию, даже ради Миры. Ее поиски будут продолжены, но не столь масштабно и публично. Возможно, тайные агенты короны смогут выяснить хоть что-нибудь. - Но ты в это не веришь, так? – поинтересовалась Александра. - Прошло уже больше полугода, Лекси… - Морган не договорил, но его сестры поняли, что он имел в виду. - Но ты запретил продолжать поиски Нику! – нахмурилась Ивон. – Почему? - Иви, ты когда в последний раз его видела? Он стал похож на привидение, совсем забросил дела, и все время проводит разъезжая по стране в надежде найти Миру. Я не хочу потерять еще и его, - устало ответил Морган. - Я понимаю, - кивнула Александра, встала и, подойдя к брату, поцеловала его в щеку. – Нам всем нелегко, но тебе тяжелее всего. - Ну да, конечно, - проворчала себе под нос Ивон, и Лекси бросила на нее гневный взгляд. - Я верю в Миру и в то, что мы ее еще увидим, - твердо сказала Александра. – Идем, Ивон. И – удивительно, но факт – своевольная и взбалмошная Ивон, лидер в их тандеме, безропотно и послушно последовала за сестрой и даже аккуратно закрыла за собой дверь. А вечером к Моргану зашел Тони. - Если ты тоже собираешься на меня накричать, будь добр, отложи это до завтра, сегодня у меня слишком болит голова, - пробормотал король, который сидел с закрытыми, откинув голову на спинку кресла. - Не волнуйся, брат, думаю, выговора Иви тебе надолго хватит, - усмехнулся Тони, усаживаясь напротив Моргана. – Я пришел, чтобы попросить у тебя кое-что. - Очередную лошадь или свору не получишь, - не открывая глаз предупредил король. - Нет, не это. Я прошу твоего разрешения отправиться со Стокхерстом в Гленнсбрук. Сказать, что Морган был удивлен, значило ничего не сказать. Он уставился на брата и вдруг впервые, неожиданно для себя, увидел перед собой не младшего братишку, мальчика, каким для него всегда был Тони, но юношу, находящегося на пороге зрелости. - Это не увеселительная прогулка, Тони, - заметил король. - Знаю, и поэтому хочу составить ему компанию. Если бы… если бы Мира была здесь, она поехала бы с ним, верно? Так что надо же кому-то заменить ее, пока она не вернется. - Тони, мне кажется, ты не совсем понимаешь… - осторожно начал Морган, но Тони перебил его: - Я все понимаю. И именно поэтому я хочу этого. Знаешь, после той ночи, когда мы узнали, что отец и тетя убиты, мне часто снились кошмары, в которых неизменно присутствовала Мира, стоящая над моей кроватью, с окровавленным мечом, и то, как мы спасаемся от преследователей, бежим по коридорам пустого темного страшного замка. Но даже в кошмарных снах, где-то в глубине души, я твердо знал, что она никогда не причинит мне вреда. И я никогда не забывал, что свое первое убийство она совершила, чтобы защитить меня. Мы с ней… перед тем, как она пропала, у нас с ней был разговор, не слишком приятный, и я намерен доказать, что могу быть лучше, чем она обо мне думает. Что могу быть достоин такой сестры, как она, - смущенно сказал Тони. Король долгое время молчал. Его первым порывом было категорически запретить Тони ввязываться в подобные дела. Морган уже потерял сестру, был на гране того, чтобы потерять Ника, который никак не мог смириться с тем, что они, возможно, никогда больше не увидят Миру, и теперь не собирался отпускать от себя Тони (да и двойняшек, если уж на то пошло), зная, что из какой-нибудь подобной поезди он может и не вернуться. К тому же Морган прекрасно помнил слова Герхарда Рила, заявившего королю, что тот виноват в исчезновении Миры, потому что всегда шел на поводу у ее желаний, не оспаривая их и не подвергая сомнению. Но затем Морган взглянул в глаза Тони, и понял, что лучше будет его отпустить. Потому что в противном случае он либо попросту сбежит, либо продолжит развлекаться – охотиться, пить, спать с тем, с кем не следует, пока это его не погубит. И Морган похлопал брата по плечу. - Хорошо. Ты можешь ехать. Я так понимаю, ты достаточно знаешь о цели поездки, раз пришел ко мне. В детали тебя посвятит Марк, если он еще этого не сделал. Удачи, Тони. И будь осторожен. - Обязательно буду – я хочу быть первым, кто обнимет Миру, когда она вернется.

Автор:	Savinka [ 12 дек 2008, 16:51 ]
Заголовок сообщения:
ДА!!! Глава стоит того долгого ожидания!!! Встреча Киры с волком Bathilda писал(а): Несколько секунд волк немигающими желтыми глазами смотрел на Киру, а затем бросился на нее. Неужели съедят???!!! не съели... Bathilda писал(а): Я и мои братья – правильные волки очень понравилось это вы-ражение – правильные волки! И все время при чтении главы ждала, что у Воропаева проявятся магические способности – кузнец намекал на что-то, да и общение с лесной королевой, наверное, даром не прошло! Bathilda! Спасибо! Пойду теперь спокойно перечитаю, а когда следующая глава?

Автор:	Savinka [ 12 дек 2008, 15:53 ]
Заголовок сообщения:
столкнулись с oktavija и побежали дальше

Автор:	Яна [ 12 дек 2008, 16:51 ]
Заголовок сообщения:
Проглядела пока что. СПАСИБО!!!!

Страница 15 из 81	Часовой пояс: UTC + 4 часа
Powered by phpBB® Forum Software © phpBB Group http://www.phpbb.com/