Larissa(R) писал(а):
тюкай, тюкай
Мы ждём
| НРКмания https://nrkmania.ru/ |
|
| ПрOклятое королевство, фэнтези!АУ, Катя/Андрей, R. Закончен https://nrkmania.ru/topic1938.html |
Страница 65 из 81 |
| Автор: | Яна [ 01 фев 2010, 23:54 ] |
| Заголовок сообщения: | |
Larissa(R) писал(а): тюкай, тюкай
Мы ждём
|
|
| Автор: | Savinka [ 02 фев 2010, 19:46 ] |
| Заголовок сообщения: | |
Bathilda писал(а): но постараюсь к концу недели натюкать 
Размышляя – конец недели – это пятница или четверг?!? 
|
|
| Автор: | Bathilda [ 02 фев 2010, 21:50 ] |
| Заголовок сообщения: | |
Savinka писал(а): Размышляя – конец недели – это пятница или четверг?!?
Я, конечно, понимаю, что хорошему коту и в сентябре март, но у меня конец недели - это воскресенье   
|
|
| Автор: | Яна [ 02 фев 2010, 22:03 ] |
| Заголовок сообщения: | |
Bathilda писал(а): конец недели - это воскресенье
Ничего не поделать... 
|
|
| Автор: | Татьяна [ 02 фев 2010, 23:53 ] |
| Заголовок сообщения: | |
Бати, спасибо  Чертовски правильное решение со стороны Андрея...воистину королевское  
|
|
| Автор: | Antonella [ 06 фев 2010, 20:43 ] |
| Заголовок сообщения: | |
коврик постелила, ждю |
|
| Автор: | Яна [ 06 фев 2010, 21:34 ] |
| Заголовок сообщения: | |
Antonella писал(а): коврик постелила
А я без коврика жду. 
|
|
| Автор: | Bathilda [ 07 фев 2010, 19:13 ] |
| Заголовок сообщения: | |
Татьяна писал(а): Чертовски правильное решение со стороны Андрея...воистину королевское
Ммм... королевское, да, но не сказать, чтобы совсем уж честное. Почему? Об этом сказано ниже 
Эта часть тоже пока не бечена. И, боюсь, следующее продолжение будет нескоро: мы с Тишей будем бетить уже написанное и то, что только планирую написать. Если все пойдет по плану, то потом я выложу две главы, после которых до конца фика будет уже рукой подать 
Глава 20 (окончание) Конец мая - начало июня Последние пару дней все старались ходить на цыпочках вокруг Андрея и вообще не попадаться ему лишний раз на глаза. Так блестяще начавшийся мятеж внезапно забуксовал: бунтовщики проиграли два крупных сражения подряд, потеряли один из захваченных ранее гарнизонных городков и вынуждены были отступить назад. Сказать, что Андрей злился, значило не сказать ничего. Поражение всегда неприятно, а во втором, к тому же, виноват был лично он. После событий в Келеби восстание неожиданно для самих заговорщиков стало стремительно набирать обороты, нарушая при этом все их планы. Что, впрочем, оказалось им даже на руку. Их люди – «кроты», поселившиеся в приграничных деревнях и городах под видом крестьян и вынужденных переселенцев – начали собирать вооруженные отряды повстанцев на местах, как и было намечено. Однако вместо того, чтобы вести их в Ранвальд, «кроты» вынуждены были подчиниться воле народа, воодушевленного победой над Келеби и жаждавшего повторить то же самое с остальными гарнизонными городами Приграничья. Поначалу Андрей воспринял эту идею в штыки, поскольку она не согласовалась с его планами, но затем стало понятно, что невозможно заставить «народное сопротивление» делать то, что оно не хочет. К тому же, у них неплохо получалось захватывать небольшие гарнизоны («кроты», знакомые с военным делом, были в этом вопросе ключевыми фигурами), и Андрей немного успокоился, особенно когда часть восставших все же дошла до Ранвальда. Таким образом, в течение двух месяцев после того, как Келеби перешел под контроль мятежников, бòльшая часть гардийско-иллийской границы и часть гардийско-занкорской границы были охвачены восстанием, носившим главным образом точечный характер. То тут, то там группы бунтовщиков, которые и отрядами-то назвать было сложно, захватывали города и деревни (какие-то удачно, какие-то не очень), разбивали королевские гарнизоны и провозглашали их владением генерала Андрея (королем он еще не был, а принцем он зваться категорически не хотел, вот и прижилось, с легкой руки Малиновского, обращение генерал Андрей). Крупные отряды мятежников атаковали и захватывали большие города, контролировали захваченные территории и отслеживали передвижения королевских сил. В таких условиях Ранвальд стал генеральным штабом, куда стекалась вся информация по мятежу. Сам Андрей редко туда наведывался, поскольку возглавлял самый крупный повстанческий отряда, который редко задерживался в одном месте дольше, чем на неделю, но отчеты «из центра» Жданов получал регулярно, и на их основании принимал тактические и стратегические решения. Желающих помочь ему в этом нелегком деле было немало, но до сих пор Андрею удавалось от них отмахиваться и соглашаться с ними в тех случаях, когда они предлагали что-то совсем уж гениальное. Но если мятежники–крестьяне Андрея обожали, даже те, кто о нем лишь слышал, но лично не встречался, а солдаты, присланные союзниками, – сдержанно уважали, то сами союзники пристально следили за каждым его шагом, не доверяя неопытному и дерзкому полководцу. Инициатива Андрея в отношении Келеби была грубейшим нарушением всех планов и договоренностей, и союзники не преминули высказать ему свое недовольство – кто в письменном виде, а кто и лично. Барон Томас Марсден приехал в Ранвальд в качестве наблюдателя от союзников, ну и заодно высказать все, что он и остальные думают о его безумных идеях. Однако, как показало время, действия Жданова пошли во благо мятежу, и его «простили», но приглядывать за ним продолжали. К счастью для Андрея, Марсден в итоге не только признал, что Жданов был прав, но и подружился с ним, став верным соратником и левой рукой, если можно так выразиться. Правой был, разумеется, Роман. Марсден, несмотря на внешнюю угрюмость и недружелюбие, оказался хорошим человеком – умным, честным и порядочным, непредвзятым и даже с чувством юмора. А еще преданным и смелым: приезд в Ранвальд автоматически делал из него государственного преступника, и Марсден это осознавал, и потому заранее спрятал жену и сына в надежном месте. Андрей искренне им восхищался, но не понимал. Точнее, понимал, но представить себя на его месте не мог: сам Андрей сомневался, что смог бы подвергнуть такому риску жену и ребенка ради какой бы то ни было благой цели. Правда, когда Андрей поделился этими соображениями с Романом, тот заявил, что если женой Жданова была Мирпа, она первая выгнала бы мужа из дома пинками под зад – бороться с тиранией и несправедливостью. Андрей, конечно, посмеялся, но потом еще долго размышлял, хватило бы ему решимости и храбрости вступить, к примеру, во французское Сопротивление или в белую армию, особенно имея на руках жену и ребенка. Ответ на этот вопрос он так и не нашел, хотя тому же Роману все было предельно ясно. Но несмотря на всю свою симпатию к Марсдену, о том, что на самом деле произошло в Келеби, Андрей ему не рассказал: Марсден этого не одобрил бы, сочтя запрещенным приемом. По сути, так и было. О том, почему именно жители Келеби так быстро и безоговорочно поддержали самозваного будущего короля, мятежника Андрея, знали только трое – сам Андрей, Роман и Амброуз Лафферти, к которому Жданов обратился за помощью. Когда Андрей планировал фальшивое повешение гарнизона Келеби, он отдавал себе отчет в том, жители Гардии, полуграмотные и необразованные, вряд ли вдохновятся его речью, какой бы пламенной она ни была. Настоящая казнь их точно развлекла бы, а вот вызовет ли подделка тот отклик, на который рассчитывал Андрей, – вилами на воде писано. И тогда Андрей пошел на хитрость. Ему нужно было, чтобы обитатели Келеби сначала почувствовали (в прямом смысле слова) то, что ощущали королевские солдаты, готовясь к смерти: отчаяние, страх, и бессилие, а затем – те эмоции, с которыми обращался к ним Андрей: его веру в правильность мятежа, его жажду победы, его ненависть к врагам. Жданов надеялся, что у Амброуза есть в запасе какой-нибудь магический прием, который позволил бы добиться желаемого эффекта, и оказался прав. Строго говоря, это заклинание – «привязка» части толпы к эмоциональному фону того или иного человека – было из числа запрещенных, поскольку воздействовало непосредственно на сознание людей, а это каралось законом почти на всей территории Материка, но Лафферти рассудил (первый и последний раз в жизни), что в этой конкретной ситуации законами – и государственными, и нравственными – можно пренебречь. Заколдовывать всю толпу было необязательно, да у Амброуза и не хватило бы на это сил. Достаточно было наложить чары на несколько рядов зрителей, собравшихся поглазеть на казнь, а дальше сработала психология толпы. Келебцы, как и хотел Андрей, испытали на себе и ужас королевских солдат, и его энтузиазм и уверенность в себе, а потому тут же примкнули к восстанию. Андрей утешал себя мыслью, что если бы они встали на его сторону исключительно под влиянием магии, то на следующий же день послали его ко всем чертям. Но раз они этого не сделали, раз остались с ним до конца и, рискуя своими жизнями, помогли отстоять город, когда его явился освобождать лесский гарнизон, значит, магия лишь немного подтолкнула их к тому, к чему они и сами рано или поздно пришли бы. В конце концов, фактически, Андрей их ни к чему не принуждал. Вот только неприятный осадок из-за собственной… ну, не подлости, а военной хитрости, как Андрей предпочитал это называть, все равно остался, как бы он ни старался об этом забыть. Так или иначе, все произошедшее в Келеби сыграло на руку бунтовщикам. Да и вообще, что сделано, то сделано, и лучше всего забыть об этом и двигаться дальше. Как, собственно, Андрей и остальные поступили. На первых порах немалую роль в успехах мятежников играл эффект неожиданности, но когда королевские силы оправились от растерянности и удивления и начали активное сопротивление, победоносное шествие восстания несколько замедлилось. К поражениям отрядов крестьян Андрей относился как к нормальному и неизбежному явлению, а вот к поражениям профессиональных солдат, набранных союзниками, он был не столь снисходителен, особенно учитывая тот факт, что именно они участвовали во всех ключевых сражениях. И до поры до времени на счету отрядов, как минимум наполовину состоящих из бывших гвардейцев союзников, включая отряд под предводительством самого Андрея, значились одни лишь победы. Но такое везение не могло длиться бесконечно. Первое свое поражение Андрей потерпел, потому что они недооценили численность противника: их было гораздо больше, чем донесла разведка. Случайность, бывает. А вот во втором поражении был виноват сам Андрей. Они тогда старались захватить город Валлербад, второй по величине и значимости город в óкруге, и это было непростой задачей. Многие горожане, в особенности зажиточные, не собирались примыкать к бунту, а потому защищали Валлербад наравне с расквартированным там гарнизоном. Но взятие города, который мог бы стать идеальным форпостом, обеспечило бы мятежникам контроль над обширной территорией и открыло бы дорогу на соседний округ. Андрей, под началом которого в этот раз было три отряда, уже почти захватил Валлербад, когда все та же разведка донесла, что на помощь валлербадскому гарнизону спешит еще как минимум сотня королевских солдат. И то и две. Умнее всего в этих обстоятельствах было бы сразу отступить: при таком раскладе у Андрея не было шансов одолеть неприятеля, но Жданов не стал этого делать. Возможно, они успеют взять город до прихода вражеского подкрепления. Возможно, им удастся отбиться даже от объединенных сил противника. Возможно, разведка опять ошиблась. Андрей решил рискнуть – и поплатился за это. Они не только не сумели захватить почти их город, но и вынуждены были спасаться бегством, потеряв в сражении много людей. И теперь, обосновавшись в лагере на приличном расстоянии от Валлербада (достаточно далеко, чтобы на них не смогли внезапно напасть, но и достаточно близко, чтобы продемонстрировать, что от Валлербада мятежники все равно не отстанут), Андрей мучительно пытался придумать хоть какой-нибудь план. Им нужна была победа, нужна как воздух, но – вот незадача – Андрей понятия не имел, как ее добиться. Равно как и Марсден, и Амброуз, и остальные члены их поредевшего отряда. Нет, разумеется, можно было дождаться подкрепления и с новыми силами атаковать Валлербад, однако к тому моменту подмога дойдет и до валлербадских защитников, и мятежники снова окажутся в невыгодном положении. К тому же им нельзя было терять драгоценное время, потому что из центра страны к границе уже подтягивались войска короля – там самая «первая волна», которую бунтовщики обязаны были разгромить, причем не применяя порох. А значит, до того, как это случится, мятежники должны осуществить свою программу-минимум: захватить все города и крепости, которые они наметили, и закрепиться в них, приготовившись к грядущему массивному наступлению королевских сил. Чтоб их черт побрал! Именно поэтому Андрей не спал уже двое суток, и думал, думал, думал… Хотя голова у него уже не работала, и, по-хорошему, ему надо было бы выспаться, принять душ и поесть, чтобы снова начать соображать. К сожалению, душ отпадал, с завтраком – вкусным завтраком, а не сушеным мясом и пригоревшей кашей – тоже были проблемы, а сон никак не шел. К злому и раздраженному Андрею вот уже полдня никто не осмеливался заглядывать, и правильно делали. – Прежде всего хочу напомнить, что гонца, принесшего дурную весть, давно уже не убивают, – с фальшивым весельем заявил Роман, зашедший в палатку к другу. Поводов для веселья у него в последнее время не было, но если и он, подобно всем остальным, будет ходить с похоронным видом, то впору вешаться от тоски. Вот Роман, стиснув зубы, и веселился, хохмил, подкалывал окружающих и улыбался, словно все было в порядке. Андрей тяжело вздохнул. – Что, все очень плохо или жить можно? – обреченно спросил он. – Ну как тебе сказать… – Роман сел рядом со Ждановым и тоже вздохнул. – Наши мародерствуют. Те отряды и шайки, среди которых нет профессиональных солдат. Собственно, половина из них и присоединились-то к нам ради того, чтобы получить возможность безнаказанно грабить своих более зажиточных соотечественников. Андрей потер лицо. Та-а-ак, этого они не ожидали. Андрей этого ожидал, насчет остальных он не был уверен. – Ром… – Нет, и не надейся. Я с этим разбираться не буду, я тебе здесь нужен. – Спорное утверждение, – пожал плечами Андрей. Он и не сомневался, что Ромка никуда не поедет, потому что вбил себе в голову, что без него Жданов и дня не протянет. Да и сам Андрей предпочитал, чтобы Ромка был рядом, а то волнуйся потом, где он там, жив ли? Собственно, Андрей и не собирался его никуда отправлять, но Роману теперь постоянно мерещилось, что Жданов спит и видит, чтобы куда-нибудь его отослать. – Что-то еще? – Угу. Обоз с припасами задерживается. – Нам грозит голодная смерть? Вся злость Андрея, все его раздражение вдруг улетучились, оставив лишь чудовищную усталость. – Нет пока, – невозмутимо ответил Роман. – Еще немного продержимся, а там, глядишь, и обоз подойдет. Люк со своими людьми как раз сейчас его отбивают у остатков зилебского гарнизона. – Им нужна помощь? – Нет, они сами должны справиться. – Так должны или справятся? Пошли к ним десяток наших на всякий случай. – Есть сэр. Конечно, сэр. Будет сделано, сэр. В любое другое время Андрей заодно приказал бы Роману заткнуться – в шутку, разумеется, – но сегодня у него не осталось на это сил. – Это все? – Да, к счастью. Тьфу, тьфу, тьфу, чтобы не сглазить. Есть идеи? – резко сменил тему разговора Роман, кивнув на разложенную на одеяле карту. – Ни одной, – признался Андрей. Несколько минут они молчали, а затем Роман сказал задумчиво: – Это все настолько сюрреалистично, что даже не верится, что это правда. – Ты о чем? – нахмурился Андрей. – Обо всем об этом. – Роман обвел рукой палатку. – А что не так с палаткой? – удивился Андрей. – Да при чем здесь палатка? – с досадой отозвался Роман. – Я о ситуации вообще. Вот смотри, год назад – Андрей, представляешь, всего год назад! – мы жили в Москве, работали в «Зималетто», ходили по клубам, клеили «рыбок» Милко. А теперь? Мы в параллельном мире, где есть магия, в самом что ни на есть средневековье, затеяли мятеж, воюем с королем, каждый рискуем жизнями… Это… это… Мне до сих пор иногда кажется, что это дурной сон. Утром проснусь, посмеюсь над приснившейся чепухой и забуду. Но проснуться и забыть не получается, – Роман поежился и потер рукой плечо, которое еще немного болело после ранения недельной давности, – а в голове никак не укладывается, что это все реально. Такого же не может быть, просто не может, а вот есть, и это донельзя странно. – Странно, – согласился Андрей. – Жили мы все тихо–мирно, а потом бац! – и все, прощай Земля, здравствуй Гардия. Прям как в голливудском фильме. Но знаешь, я как-то уже свыкся с мыслью, что все это реальность. Страшная реальность, но уж какая есть. Деваться-то нам все равно некуда. Меня другое волнует: что будет, если… когда мы вернемся? – Ну… проблем мы поначалу, конечно, не оберемся – попробуй, объясни нашим ментам, куда мы исчезли и где пропадали. С деньгами, опять же, неясно что будет. У нас, небось, не только денег, но и квартир-то не осталось, так что придется какое-то время бомжевать. Ничего, прорвемся. – Однако уверенности в его голосе не чувствовалось, Роман словно бы убеждал самого себя в том, что все будет хорошо. Не слишком, впрочем, успешно – Опять дышать будет нечем, – буркнул Андрей. – Машин полно, людей полно, деревьев нет, высотки кругом. – Виски, кальвадос мой любимый, Лига чемпионов, бары, девочки. – Роман сделал паузу и добавил: – Курс доллара, международный рынок, гопники в подворотнях, ядерное оружие. – Ни проклятий, ни магии, ни королей, которых надо непременно свергнуть… – Ни прекрасных принцесс, – слегка усмехнувшись продолжил Роман. Он прекрасно понимал, что Андрей имеет в виду, хотя и притворялся, что не представляет, о чем на самом деле говорит его друг. Как бы часто они ни вспоминали о Земле, как бы сильно они по ней ни тосковали, какой бы тяжелой, непривычной и опасной ни была их жизнь здесь, в Гардии, они незаметно для себя так привыкли к ней, что стали считать возвращение домой чем-то невероятным. Что они, сроднившиеся с миром мечей, лошадей и замков, будут делать там, в мире автоматов, автомобилей и небоскребов? Верно, порой их пребывание в Гардии казалось им причудливым ночным кошмаром, но и Земля, такая далекая и недоступная, постепенно начала казаться им не менее причудливой грезой. И когда они начинали об этом думать, это внутреннее противоречие сводило их с ума, так что и Андрей, и Роман, не сговариваясь, запретили себе размышлять на эту тему. Но иногда, как, например, сегодня, об этом почему-то невозможно было не думать, и молчать не было сил, и слова сами собой рвались с губ. – Это в первую очередь, – невесело хмыкнул Андрей, и Роман понял, что лучше оставить эту тему. Роман потянулся, охнул и снова потер еще ноющее плечо – маги Амброуза его быстро и эффективно залатали, но рана еще давала о себе знать. – Напомни-ка мне, зачем мы в это ввязались, а? Сидели бы сейчас в Эшвиле и ждали, чем эта котовасия закончится. Красота! Нет, черт нас дернул отправиться воевать. Дураки мы с тобой, Ждан, как есть дураки. Любой посторонний человек посчитал бы, что Роман сказал это на полном серьезе, но Андрей слишком хорошо знал своего друга и знал, что тот просто выпускает пар. – Точно, – в тон Малиновскому ответил Жданов. – Вернемся? Ну его, этот Валлербад и войну вообще. Без нас обойдутся, не маленькие. – Я обеими руками за, – быстро отозвался Роман, и друзья обменялись кривыми ухмылками. То ли воздух Гардии так чуднó на них подействовал, то ли они, никогда не служившие в армии и не увлекавшиеся военным делом, были прирожденными воинами и стратегами, но пассивное ожидание их не удовлетворило бы, и они сознавали. Быть в гуще событий, командовать и сражаться, несмотря на опасность, – это, как выяснилось, было частью их сущности, о чем они раньше и не подозревали, и отсиживаться в безопасности они не собирались. Никто из их московских знакомых не узнал бы сейчас в изможденном носатом мужчине с трехдневной щетиной красавца-бабника Андрея Жданова, а в его не менее изможденном, коротко стриженом и плохо выбритом собеседнике – галантного ловеласа Романа Малиновского. – Шелдон предлагает забыть про Валлербад и отступить к Мелдену, – встав на ноги, сказал Роман. – Закрепимся там, подтянем силы и будем ждать прихода королевской армии. – Исключено, – отрезал Андрей. – Мы слишком близко к границе, если что-то пойдет не по плану, нас просто оттеснят назад и уничтожат. Надо продвинуться дальше, до Истлена, и уже там обосновываться. Мы это сто раз обсуждали. – Да я в курсе. Не я же это предлагаю, – поморщился Роман. – Ладно, я пошел, не буду тебе мешать. И, слушай, поспи, а? А то на тебя смотреть страшно. С этими словами Малиновский оставил друга одного. Андрей хотел было последовать его совету, но его мозг упорно отказывался отключаться, продолжая напряженно работать. Итак, что у нас есть? Город Валлебрад, который необходимо во что бы то ни стало захватить. Что этому мешает? Обороняющий город враг, который немного превосходит по численности войско Андрей. Отягчающие обстоятельства? Взять Валлербад им нужно в ближайшую неделю. Решение проблемы? Для осады города нет времени, ждать подкрепления – тоже, прямой штурм не увенчается успехом, это совершенно очевидно. То есть плана действий нет. Да и вообще, такое впечатление, что «миссия невыполнима». В данных обстоятельствах в течение недели захватить Валлербад можно, разве что, попросив королевских солдат уйти и отдать им город. А если… Так, стоп! Что там про отдать город? Хм, а это идея. Естественно, добровольно они не уйдут, даже если их о-о-чень вежливо попросить, но вот вынудить их уйти, скажем, хитростью… Но как именно? Андрей принялся было мерить шагами палатку, но она была слишком мала для этого, и тогда он вновь опустился за землю, сев рядом с картой, и нервно взъерошил волосы. Валлербад, Валлербад, как же с тобой справиться. Андрей уставился в карту, изученную вдоль и поперек, так, словно там вдруг появилось что-то новое, что-то, что поможет ему найти выход из сложившейся ситуации. Но нет, ничего нового, все те же леса, реки и города, все тот же Валлербад, неподалеку от которого располагался Истлен, самый крупный город в этом округе, резиденция герцога Перрена, верного союзника короля. Истлен был следующей целью мятежников, если, конечно, им удастся захватить Валлербад. Разумеется, Истлен был еще более трудной задачей, чем Валлербад, но в данный конкретный момент он был довольно беззащитен, поскольку львиная доля его гарнизона защищала сейчас Валлербад. Все – и сам герцог Перрен, и его гвардия, и капитан Ленкор, командующий оборонявшим Валлербад отрядом, и мятежники – понимали, что идти на Истлен в обход Валлербада бессмысленно и недальновидно: оставлять в тылу врага не просто глупо, а попахивает кретинизмом. А потому прячущийся в истленской крепости Перрен не боялся нападения на город, по крайней мере, пока. Правильно, кстати, делал: Андрей не такой идиот, чтобы атаковать Истлен, оставив за спиной не взятый город, полный королевских сил… Вот оно! Андрей улыбнулся и едва удержался, чтобы не издать победный клич. Ошеломить противника, сделать что-то, чего они никак не ожидают – и Валлербад в руках бунтовщиков. Только… Тут улыбка Андрея померкла, и вновь помрачнел. Он ненавидел войну. Иногда он гордился собой, когда они одерживали поражение благодаря его хитроумным планам или когда очередной город распахивал перед ним ворота и встречал его овациями, но когда он видел тела соратников, которые погибли, сражаясь под его началом и выполняя его приказы, он ненавидел войну всеми фибрами свой души. Однако бросить все он уже не мог и не желал. Марсден не одобрит его план, Амброуз, вероятно, тоже, но Андрею плевать. Это единственный способ захватить Валлербад, и им придется на это пойти. * * * Через несколько дней разведчики капитала Ленкора перехватили двух гонцов мятежников. У одного из них было послание от главы мятежников, генерала Андрея, адресованное отряду Люка Эннери, в котором последнему приказано выдвигаться к Истлену. При втором гонце было найдено письмо от командира другого отряда повстанцев, Спенсера Лорена, в котором тот обещал Андрею добраться до Истлена в течение ближайшей недели. Поначалу Ленкор в это не поверил: генерал Андрей (чтоб ему провалиться!) был кем угодно – самозванцем, авантюристом, врагом короля, – но только не безмозглым болваном. Но допрос гонцов (точнее, допрос с пристрастием физическими и магическими методами, закончившийся смертью курьеров) показал, что бунтовщики действительно планируют нападение на Истлен. Поразмыслив над этим, Ленкор пришел к выводу, что это, конечно, глупый, но в какой-то степени изящный и дерзкий ход. Впрочем, даже если бы генерал Андрей успешно захватил Истлен, это не принесло бы восстанию особой пользы, уж Ленкор об это позаботился бы. Ну а теперь он позаботится о том, чтобы войско Андрея не приблизилось к Истлену и на пятьдесят эрз. Еще через несколько дней Ленкор со своими людьми отправился с Истлену (предварительно получив от разведки доказательство того, что мятежники снялись с места и двинулись в сторону Истлена), и по дороге они попали в засаду. Эффект неожиданности вкупе с применением мощной боевой магии позволил отряду бунтовщиков под предводительством Люка Эннери разгромить бòльший по численности отряд Ленкора. Последний, кстати, умер одним из первых и так и не узнал, что письма у перехваченных им гонцов были фальшивыми, а сами гонцы искренне верили в то, что рассказали под пытками. И что на самом деле Андрей и не собирался атаковать Истлен, все это было лишь дымовой завесой. Курьеров намеренно убедили в том, что Андрей хочет захватить Истлен, а отряд Андрея вовсе не двинулся в сторону резиденции герцога Перрена, он лишь обошел Валлербад, но магия и горстка людей создала иллюзию того, что мятежники двинулись на Истлен. И пока отряд Люка сражался с полком Ленкора, отряд Андрея напал на Валлербад, расслабившийся и не ожидавший нападения. Ленкор забрал с собой больше половины защищавших Валлербад солдат, так что оставшаяся треть валлербадского гарнизона не смогла оказать серьезного сопротивления силам Андрея. Валлербад пал, не успев толком понять, что произошло. Остатки отряда Ленкора бежали в Истлен, который теперь мог надеяться только на скорейший приход королевских сил, уже стягивающихся к границе со всей страны. После взятия Валлербада Андрей впервые за много месяцев напился в хлам – после того, как узнал, как именно погибли гонцы, которых он, Роман, Марсден и Лафферти послали на верную смерть. Его запой продолжался пару дней (Роман приложил все силы, чтобы скрыть это от соратников), пока Роман не решил, что Жданову уже хватит пить. Как только Амброуз, призванный на помощь Малиновским, насильственно протрезвил Андрея, тот приказал всем, кроме отряда Эннери, собираться и выдвигаться к Истлену, который они захватили к концу следующей недели – быстро и без особых потерь, потому что под предводительством охваченного холодной яростью Андрея, рвущегося в бой в первых рядах, просто невозможно было проиграть. Теперь мятежники были готовы к надвигающейся на границу «первой волне». Андрей ненавидел войну. * * * Март Мира и Альберт остановились в респектабельной гостинице почти в самом центре Аквилона, недалеко от центральной площади. Они понимали, что сохранить инкогнито Альберту не удастся, а потому в столице ему следовало вести себя согласно его статусу и положению. Значит, никаких больше дешевых постоялых дворов и сомнительных таверн, больше похожих на притоны. При заселении Альберт не стал скрывать своего имени, и если оно и сказало что-то хозяину гостиницы, то этот невысокий, полный и с виду добродушный старичок ничем этого не выдал. Миру Альберт представил как свою помощницу и телохранительницу, и, кажется, даже то, что они сняли два отдельных номера, не убедило хозяина в том, что обязанности Миры сводятся только к защите жизни и здоровья Альберта. Альберт нервничал, это было совершенно очевидно, но когда Мира попыталась его успокоить, он лишь еще больше напрягся и ушел в себя, и она решила, что лучше его не трогать. Однако Мира посчитала странным, что он так реагирует на предстоящий визит в королевский замок: о заговоре король пока еще ничего не знал, об участии в нем отца Альберта – тем более, да и, формально, сам Альберт вообще не был в него вовлечен. К тому же молодой человек прожил когда-то в этом замке около двух лет. Альберт в то время рьяно изучал историю Гардии, а королевский архив, расположенный в королевском же замке, был бесценным источником информации. Эклхаст тогда был от этого не в восторге – он не доверял королю Уильяму и опасался за сына. Но, тем не менее, маркиз дал на это добро, полагая, что его сыну стоит узнать, что такое придворная жизнь. Вдруг он захочет стать ее частью? К облегчению маркиза, Альберт вернулся домой, заявив, что жизнь в королевском замке пришлась ему не по душе, и больше никогда не заговаривал о том, как он провел те два года. Однако прежде чем пойти засвидетельствовать свое почтение королю, своему троюродному дяде, и наведаться в королевский архив, Альберт намеревался зайти в главный архив Ордена Ансельма Молчаливого, в котором хранилось множество интересной информации. Возможно, там он найдет все, что им с Мирой нужно, и ему не надо будет показываться в королевском замке. – Удачи. – Мира проводила юношу до дверей архива Ордена Ансельма Молчаливого и, поскольку толку от нее там было бы мало, отправилась по своим делам. Альберта явно одолевало любопытство, но из вежливости и стеснения он не спрашивал, какие такие дела могут быть у Миры в городе, куда она ни разу до этого не приезжала. Лавку Мира нашла не сразу, ей пришлось изрядно поплутать по узким извилистым улочкам Аквилона, пока она наконец не вышла к небольшому серому двухэтажному каменному зданию с необычной, покрашенной синей краской, дверью, над которой висела деревянная вывеска с надписью «Книжная лавка Питера». Окна на обоих этажах были застеклены и забраны изящными коваными решетками, что немного удивило Миру – на Материке, в отличие от Земли, решетки на окнах были не слишком распространенным явлением. Собственно, Мира раньше не видела ничего подобного ни в Наэрии, ни в Гардии. С другой стороны, остекление окон стоило дорого, и мало кто из мелких лавочников мог себе это позволить, так что защитные решетки на окнах были вполне оправданы. Глубоко вздохнув, Мира решительно открыла дверь и зашла в лавку. Над ее головой нежно звякнул колокольчик, предупреждая хозяина о приходе посетителя. Впрочем, хозяина нигде не было видно, зато книги были повсюду – ими были забиты высокие стеллажи, они стояли стопками на полу, на нескольких стульях и на двух столах, один из которых служил, судя по всему, прилавком. – Добрый день, – осмотревшись, громко сказала Мира, надеясь, что хозяин ее услышит. Еще она надеялась, что хозяином остался тот человек, к которому она и пришла. Если верить вывеске над лавкой, так оно и было, но все же не факт. Внезапно за неприметной дверью в дальнем углу комнаты раздался оглушительный грохот, похожий на взрыв, затем звук падения чего-то тяжелого на деревянный пол, пронзительный вопль и, после паузы, поток ругательств. Поколебавшись пару секунд, Мира подошла к двери в углу, постучалась и, не дожидаясь ответа, распахнула ее. За дверью скрывалась небольшая, ярко освещенная комната, бòльшую часть которой занимал массивный стол, заставленный чем-то непонятным – какими-то железками причудливых форм, склянками и колбами (частично разбитыми) и еще чем-то, что Мира не смогла с первого взгляда опознать. В центре стола красовалось черное обгоревшее пятно, над котором еще вился дымок. А на полу, прислонившись спиной к ножке стола, сидел мужчина, который ошеломленно оглядывался вокруг, словно не веря тому, что видит, и рассеяно потирал при этом затылок. Заметив стоявшую напротив Миру (по меньшей мере через две минуты после ее появления), он поднял голову, широко улыбнулся и сказал жизнерадостно и как ни в чем ни бывало: – Здравствуйте. Чем я могу вам помочь? Вся эта ситуация показалась вдруг Мире такой нелепой и смешной, что она улыбнулась в ответ и едва сдержала рвущийся наружу смех. – Давайте лучше я помогу вам, – предложила она, подойдя поближе. Мужчина изумленно посмотрел на Миру, как будто никак не мог взять в толк, о какой помощи она говорит. Наконец он сообразил, что сидит на полу в окружении разбитых колб и реторт, и поднялся на ноги, автоматически взявшись за протянутую Мирой руку. – Мне? О, нет, не беспокойтесь, – отряхиваясь и продолжая улыбаться, сказал он. – Я в полном порядке. Я всегда в порядке. Нууу, почти всегда. И почти в порядке. Осторожно, не наступите на стекло. Так чем я все же могу вам помочь? – Мужчина ловко и ненавязчиво вывел Миру из комнаты, бывшей, очевидно, лабораторией, и закрыл за ними дверь. – У меня есть чудесный двухтомник работ Лиерса «О законах чисел и фигур», я только вчера вечером выставил его на продажу. Очаровательная вещь! Или, например, манускрипт Эдженса «О повадках лесных хищников». Ему больше ста лет, но он великолепно сохранился. Или… – Прошу прощения, – перебила его Мира, – скажите, пожалуйста, вы – Питер Тенмар? – Что? Да, да, я Питер Тенмар. Видели вывеску над лавкой. Там написано: ««Книжная лавка Питера», то есть моя, потому что Питер – это я. Мира никогда не думала, что встретит кого-то, кто способен переболтать даже Романа Малиновского. Хотела бы она поглядеть, как эти двое будут общаться – если, конечно, когда-нибудь будут, – да они представляться друг другу будут часа два. – Хорошо, – с облегчением произнесла Мира. Все-таки она не зря пришла сюда. – Разрешите представиться: меня зовут Амиранда Кэртин Лиеж. А мою маму звали Дженнифер. По мужу она была естественно, Лиеж, но ее девичья фамилия была Тенмар. Дженнифер Тенмар, слышали про такую? Мира еще не знала, что стала первым и единственным человеком, который сумел лишить Питера Тенмара дара речи на целых три минуты. |
|
| Автор: | Мурлыча [ 07 фев 2010, 20:24 ] |
| Заголовок сообщения: | |
Bathilda писал(а): Эта часть тоже пока не бечена. И, боюсь, следующее продолжение будет нескоро: мы с Тишей будем бетить уже написанное и то, что только планирую написать. Если все пойдет по плану, то потом я выложу две главы, после которых до конца фика будет уже рукой подать
Вот что-то мне в этом абзаце сильно не понравилось... как вы думаете, что? 
Аффтар, 
Мрррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррр!!! |
|
| Автор: | TOK [ 07 фев 2010, 21:01 ] |
| Заголовок сообщения: | |
От генералом Андрей, кажется, впервые стал. 
Спасибо большое, Бати, за полноценную, событийную проду!
Да, и меня тоже расстроила фраза о нескором продолжении, да и об окончании фика... Вообще, у меня завтра экзамен, а я тут сижу вместо подготовки и глупо радуюсь.
|
|
| Автор: | Savinka [ 07 фев 2010, 22:14 ] |
| Заголовок сообщения: | |
Bathilda писал(а): после которых до конца фика будет уже рукой подать ну почему я за бесконечную историю за генерала Андре - спасибоЦитата: Жил-был Анри Четвертый,
Он славный был король Любил вино до черта, Но трезв бывал порой. Войну любил он страшно И дрался, как петух. И в схватке рукопашной Один он стоил двух. Еще любил он женщин И знал у них успех, Победами увенчан, Он жил счастливей всех. Старинная гардийская песня |
|
| Автор: | tatyana-gr [ 07 фев 2010, 22:16 ] |
| Заголовок сообщения: | |
Неужто Альберт задумал предательство? Эти его раздумья... А в остальном - все хорошо, прекрасная маркиза! Наши побеждают. пока... Спасибо! Прочитала с огромным удовольствием
|
|
| Автор: | Яна [ 07 фев 2010, 23:38 ] |
| Заголовок сообщения: | |
Бати, СПАСИБО!!!
|
|
| Автор: | Ликантра [ 08 фев 2010, 03:18 ] |
| Заголовок сообщения: | |
Цитата: Мира еще не знала, что стала первым и единственным человеком, который сумел лишить Питера Тенмара дара речи на целых три минуты.
Вот чем восхищаться надоть. А то всё "генерал Андрей, генерал Андрей"... 
|
|
| Автор: | Bathilda [ 08 фев 2010, 09:04 ] |
| Заголовок сообщения: | |
Мурлыча, TOK, Savinka, tatyana-gr, Яна, Ликантра -
Мурлыча писал(а): Вот что-то мне в этом абзаце сильно не понравилось... как вы думаете, что? TOK писал(а): Да, и меня тоже расстроила фраза о нескором продолжении, да и об окончании фика... Ну, рано или поздно все фики заканчиваются, и это даже хорошо, незаконченные фики - это обидно .TOK писал(а): Вообще, у меня завтра экзамен, а я тут сижу вместо подготовки и глупо радуюсь. Во-о-от, это же хорошо, положительные эмоции до экзамена и во время него - залог хорошей сдачи Ни пуха, ни пера!Savinka - Анри Четвертый tatyana-gr писал(а): Неужто Альберт задумал предательство? Эти его раздумья... Ох, спойлер, но все равно скажу: нет, он ничего не задумывал, но оно все равно будет  Ликантра писал(а): Вот чем восхищаться надоть. А то всё "генерал Андрей, генерал Андрей"...
Точно! про Питера Тенмара (как уже всем понятно - родственника Миры) еще будет, но не очень много. Зато он сыграет одну из ключевых ролей ближе к концу фика, хотя при этом почти не появится на сцене
Про продолжение: свои слова о некоторой паузе я не снимаю, но перед ней я постараюсь в ближайшее время выложить Интермедию о Коле Зорькине
|
|
| Автор: | Мурлыча [ 08 фев 2010, 13:23 ] |
| Заголовок сообщения: | |
Bathilda писал(а): Про продолжение: свои слова о некоторой паузе я не снимаю, но перед ней я постараюсь в ближайшее время выложить Интермедию о Коле Зорькине
стрелки перевела, но удовлетворила лишь частично. |
|
| Автор: | Larissa(R) [ 08 фев 2010, 18:56 ] |
| Заголовок сообщения: | |
Bathilda Какой Дрюха молодец, перехитрил хитрецоа - удалых молодцов. 
Мира ищет родтсвенников, чего это вдруг?
Спасибо, Бати, за чудную главу! буду ждать про Колю рассказ, как там держит бразды, не охмуряет его кто нить из назвавшихся родственников?
|
|
| Автор: | Синара [ 09 фев 2010, 00:22 ] |
| Заголовок сообщения: | |
Larissa(R) писал(а): Мира ищет родственников, чего это вдруг?
Может, чего интересного расскажет про то, что было давно, и про сейчас - взгляд со стороны. Опять же, союзником будет, мало ли что. Мальчики развоевались... А куда деваться? Вот такая у них реинкарнация наоборот получилась, еще в этой жизни
Спасибо, Бати
|
|
| Автор: | Татьяна [ 10 фев 2010, 01:08 ] |
| Заголовок сообщения: | |
Даа, тяжёлое боевое крещение было у Андрея, но, к сожалению, это оборотная сторона медали Да и победителей не судят...А вот что же такого оглушительного сказала Мира Питеру Спасибо, Бати, очень интересно
|
|
| Автор: | Bathilda [ 10 фев 2010, 13:53 ] |
| Заголовок сообщения: | |
Larissa(R), Синара, Татьяна -
Larissa(R) писал(а): Мира ищет родтсвенников, чего это вдруг? Нууу, в основном из чисто родственного интереса, конечно, родная кровь и все такое. Но он еще и полезным окажется Синара писал(а): Мальчики развоевались... А куда деваться? Вот деваться им точно некуда, это да. В следующей паре глав они будут усиленно воевать, но я постараюсь не утомлять вас детальными сражениями, опишу основное, если получится: не баталист, я, не баталист... Татьяна писал(а): А вот что же такого оглушительного сказала Мира Питеру Дык, одного того, что они родственники уже достаточно, она же в Гардии ну никак не могла появиться, а раз все же появилась (и если она не мошенница), то сразу становится понятно, что в стране назревает что-то крупное и малоприятное. Мурлыча писал(а): стрелки перевела, но удовлетворила лишь частично.
Я постараюсь особо не тянуть, но там еще все отбетить надо будет, отсюда и длинная пауза.
|
|
| Страница 65 из 81 | Часовой пояс: UTC + 4 часа |
| Powered by phpBB® Forum Software © phpBB Group http://www.phpbb.com/ |
|