Если что не так - свистите!
Хочешь знать, как все было? -
Три в столовой пробило,
И, прощаясь, держась за перила,
Она словно с трудом говорила:
"Это все... Ах, нет, я забыла,
Я люблю вас, я вас любила
Еще тогда!" -
"Да". (Ахматова)
В машине Катерина молчала. По дороге домой она так и не проронила ни единого слова. Андрей попытался с ней заговорить, но в ответ Катя лишь тихо отвернулась к окну. Чудовищное напряжение повисло в воздухе. Андрей чувствовал, как тяжело было Кате сейчас, и очень хотел ей помочь, но только раздражался, наблюдая за тем, как она усердно заталкивает свои проблемы в маленький черный ящик. Катя ужасно нервничала. Андрей и так уже узнал о ней больше, чем положено. Как получилось, что она не сдержалась и показала ему свои слабости? Что он теперь про нее думает? Эти мысли не давали ей покоя. Она периодически доставала из сумочки маленькую бутылочку с минеральной водой, неторопливо откручивала крышку, делала мелкий глоток, а потом, опять медленно закрутив крышку обратно, прятала воду в сумочку. Ее поведение было похоже на нервный тик. Андрей понимал, скольких усилий ей стоил этот «комедийный розыгрыш счастливой жены». Он заметил это еще вчера, когда Катя расхаживала по залу в декольтированном платье, демонстрируя всем свою отточенную белозубую улыбку. То, что Катерина не хотела выставлять свои проблемы на показ, было понятно. Андрей, наверное, тоже бы не стал всех посвящать в свои трудности. Но, проблемы нужно решать, а она, как раз занималась совсем другим. Оказывается, его любимая женщина совершенно не изменилась, так ничему и не научившись, после инструкции.
Пробок на дороге не было – повезло. Через каких-то двадцать пять минут они уже стояли у Катиного подъезда.
- Спасибо, - отстраненно произнесла Катерина, выходя из машины.
Андрей вышел следом за ней.
- Кать, не угостишь своего друга кофе?
Она подозрительно посмотрела на Андрея, будто искала в его словах какой-то подвох.
- Я бы с удовольствием, только у меня дома, кроме чая с булочкой ничего нет. Я только позавчера приехала.
- Выпить чаю я тоже не проч. Пригласишь?
- Что ж с тобой сделаешь, проходи, - неохотно выдохнула Катя, показывая рукой в сторону подъезда.
Лифт быстро довез их до третьего этажа. Катерина судорожно начала рыться в сумочке в поисках ключей от квартиры.
- «Блин, куда же я их засунула!»
Напряжение электрическим током рвалось наружу. Она уже не скрывала своего раздражения. Резко опустившись на корточки, она бросила сумку на пол, пытаясь вывалить содержимое на придверный коврик. Андрей наклонился, поднял сумочку с грязного пола:
- Можно?
Катя обреченно подняла на него глаза, но ничего не ответила.
Расценив ее молчание, как согласие, он аккуратно открыл внешний карман и достал оттуда ключи.
- Вуаля! – шутливо произнес Андрей, отдавая их Катерине.
- Проходи, - протянула руку вперед, приглашая его зайти. – Сейчас чай сделаю. – Проходи-проходи, не стесняйся, - подтвердила Катя, увидев, что друг остановился на пороге.
- А у тебя неплохая квартира, - разглядывая планировку и стены, отметил Андрей.
- Спасибо, - сдержанно улыбнулась, - Юлиана постаралась. Из посуды у меня только две чашки и пара тарелок. Все заново покупать придется. Кстати, маленьких ложечек у меня тоже нет. Будешь чай столовой ложкой помешивать.
- Не страшно.
Катя бросила на него недовольный взгляд и отвернулась.
- «Зачем он здесь? Ему так хочется посмотреть на мои слезы. Нет, я не доставлю ему такого удовольствия! Обойдетесь, Андрей Павлович!»
Она достала чашку из шкафчика и полезла за чаем. Открытая коробка выскользнула у нее из рук, падая вниз. Пакетики быстро рассыпались по полу. Даже не попытавшись их собрать, Катя с грохотом хлопнула дверью шкафчика и побежала в спальню. Прыгнув на кровать, она истошно зарыдала. Андрей осторожно присев на угол кровати, ненавязчиво потрогал плачущую подругу за щиколотку.
- Кать…
- Уходи! Уходи! – отчаянно прокричала она. – Ты ведь мог отговорить меня… Тогда… Но ты не захотел вмешиваться…
- «Ничего себе! Она сделала неправильный выбор, а виноват в этом я. Может быть во всех ее неудачах тоже я виноват».
- Прости, - будто читая чужие мысли, всхлипывая, сказала Катя. - Ты здесь совершенно ни при чем. В том, что я вышла замуж за подонка - только моя вина. Я и подумать не могла, что все так обернется. Хороший, добрый, внимательный… Оказалось, все это только с чужими людьми.
Временно перестав плакать, она села на кровати, сжав подушку между ног, и посмотрела на Андрея.
- Миша никогда не относился ко мне с любовью. Дома он даже не пытался создать видимость. Он унижал меня, говорил гадости, а пару раз – даже ударил. – По ее лицу потекли слезы. Теперь она опять всхлипывала, дрожа, словно заяц на заведенной батарейке, но продолжала говорить.
- Я не сделала ему ничего плохого. Я любила его, может быть, не так горячо как тебя, - взболтнула лишнего, и совершенно не заметила этого, - но все равно любила. Не так как брата, по-другому. Почему? За что так со мной? – Слова лились из нее бесконечным потоком. Невысказанная горечь и боль, словно под напором, выходили наружу. Такие подробности своей жизни она еще никому не рассказывала, даже Юлиане.
- Я больше не могла все это терпеть и поэтому решила уйти. Недавно у меня случился выкидыш. Миша пошел с друзьями в кино. Когда я поняла, что начались преждевременные схватки, мне стало очень страшно. Я позвонила ему, попросив приехать, но он сказал, что все равно не сможет мне ничем помочь. Он посоветовал мне обратиться в скорую. Представляешь, он даже не расстроился!!!! На следующий день Миша пришел навестить меня в больнице. Я была в таком состоянии – смотреть страшно.
- Катя говорила очень быстро, немного сумбурно. Плечи постоянно вздрагивали, руки крепко сжимали лежащую перед ней подушку, в глазах не было ничего, кроме отчаяния.
- Он приехал, коротко спросил, как я себя чувствую и сразу вручил отчет. Я хороший финансист, очень хороший, - убеждая себя, сделала ударение на последних двух словах, - хотя Миша говорит, что кроме куриных мозгов во мне ничего нет. Но он ведь не прав. Скажи мне, что он не прав!!! – истерично крикнула Катя, с остервенением кинув подушку.
- Не прав, - спокойно произнес Андрей, пытаясь не разжигать в себе лишние эмоции. Он совершенно растерялся. Услышанное и увиденное полностью повергли его в шок. Сейчас и ему самому не помешало бы собраться с мыслями.
- Ты великолепный экономист и замечательный человек, - сказал Андрей, взяв Катину руку в свою ладошку.
- Тогда почему меня всю жизнь унижают? – не дождавшись ответа, продолжила дальше. – Я же ведь ничего такого плохого не сделала. Я только надеялась получить немного любви. Совсем чуть-чуть, - всхлипнула она, опустив голову. - О выкидыше и подумать страшно. Хотя…, - помолчала, - не знаю, чтобы было, если бы ребенок родился. На свете бы появилось еще одно несчастное существо.
Катя уже не смущалась своих слез и прямо смотрела Андрею в глаза, нервно теребя в руках его пальчики.
- Во всем что произошло, виновата я сама. Однажды, когда Миша больно ударил меня в грудь, я по-настоящему пожалела, что забеременела. Мысли материализуются. Мы все это знаем. Понимаешь? – крикнула она, неловко вытерев слезы, - я убила его! Малыш умер из-за меня. Он, наверное, почувствовал, что его здесь не ждали.
Андрей был рядом, но обнять не хватило смелости. Боялся помешать, спугнув ее откровенную исповедь.
- Обычно за убийство сажают в тюрьму, а здесь, никто ничего не докажет…
- Сейчас ты говоришь настоящие глупости, - подвинулся немного поближе, - от одних мыслей выкидыши не происходят. Иначе у нас бы ни малолетних матерей, ни матерей-наркоманок не было. Да и аборты тоже убийством не считают. В твоих размышлениях нет ничего предосудительного. Это нормально.
- Значит, ты не находишь меня жестокой? – Вглядываясь в его глаза, с надеждой спросила Катя.
- Нет.
- Спасибо тебе.
- За что?
- За понимание. Родители думают, у нас с Мишей только небольшая размолвка. Они ничего не знают. Я боюсь рассказать им это. Слишком много произошло за последние два года. Люди меня не поймут.
- Думаешь? – вытер рукой, скатывающуюся по ее щеке слезинку.
- Уверена! – вздохнула Катя. – Моя жизнь почти на помойке, еще шаг и меня, как сломанный автомобиль можно на свалку.
- А ты сама… Ты туда хочешь?
- Меня никто и не спрашивает…, - язвительно засмеялась она.
- Неправда.
Катерина вздрогнула и инстинктивно отодвинулась от собеседника.
- Я не шучу, - не сдавался Андрей.
- Эх, просто не знаю, как жить дальше. Да и нужно ли…
От этих слов Андрея бросило в холод. Он почувствовал себя еще более неуютно и тоже автоматически отодвинулся в сторону.
- Рана слишком глубока, чтобы перешагнуть и идти дальше. Два раза Миша меня изнасиловал. Второй раз это случилось, когда я была на третьем месяце беременности.
Катя говорила об этом очень спокойно и равнодушно.
- Ты подала заявление в суд? – у Андрея просто не нашлось других слов.
- Издеваешься? – усмехнулась Катерина. – Мы не в Америке. Если я кому-либо скажу, что меня изнасиловал собственный муж, меня как минимум поднимут на смех, а как максимум, - безнадежно посмотрела на собеседника, - дурка.
- Сейчас в России все изменилось.
- Изменилось! Только менталитет ОСТАЛСЯ прежним.
Она уткнулась лицом в простыню и громко завыла, стуча кулачками по матрасу. Все тело было охвачено мелкой неконтролируемой дрожью. Плечи то поднимались вверх, то безжизненно падали вниз. Андрей испугался. Ему очень хотелось ей помочь, но он не знал как. Он встал с кровати, приподнял ее измученно тело, развернув к себе лицом, и крепко прижал к груди, успокаивающе массажируя ее спину.
- Малыш, я понимаю тебя. Ты имеешь полное право на эти слезы. А после, когда ты немного поплачешь… Тебе станет легче.
Она зарыдала крупными каплями, уткнувшись ему в грудь.
Затаенная боль выходила наружу, пачкая воротник Андрея косметикой и слезами. Катя, не переставая, теребила в руках мнущуюся ткань рубашки, не задумываясь, поднимая ее все выше и выше. Он не мешал, только осторожно поглаживал ее спину.
Минут через пять Катерина заговорила. Она все еще сидела у Андрея на коленях, крепко прижавшись к нему.
- Я слишком много мечтаю и идеализирую. А на самом деле мечты не сбываются. Если бы был конкурс на самого несчастного человека планеты, я заняла бы только второе место. Я ведь еще и невезучая. Знаешь, в детстве у меня была одна мечта. Я очень хотела получить в подарок настоящую малахитовую шкатулку. Ну, такую, как в сказке Бажова. Помнишь, про Хозяйку Медной Горы, Степана и искусных дел мастера? – Она затихла в ожидании ответа.
- Помню, - сказал Андрей.
- Я всегда мечтала, что поставлю ее на свою прикроватную тумбочку и буду ей любоваться. Недавно я на самом деле увидела малахитовую шкатулку в ювелирном магазине. Она была очень дорогая, но я все равно решила ее купить. Наличных у меня с собой не было, поэтому я достала карточку. Однако, мне сказали, что на счету денег нет. Было ужасно стыдно. А еще я удивилась. Как нет денег? Там же, по крайней мере, лежало четыре тысячи долларов. Оказалось, Миша открыл новый счет и перевел все наши деньги туда, закрыв мне доступ. Мы поговорили, выяснили все. Удивительно, но против шкатулки он ничего не имел. Он даже денег мне дал. Я вернулась обратно, но их уже распродали. Я побывала в нескольких ювелирных магазинах Питера, но малахитовых шкатулок больше не было. Видишь, я же говорю тебе – мечты не сбываются.
- Андрей было хотел возразить, но не успел. Катя быстро перевела разговор на другую тему. Так они и закончили, на чем-то отдаленном.
А потом они вместе пили чай и разговаривали на совсем отвлеченные темы.
- Я думаю, тебе пора, - сказала Катя, когда на улице начало темнеть.
- Ты уверена, если хочешь, я могу остаться.
- Не надо. Сейчас мне лучше побыть одной.
- Хорошо, как знаешь, - согласился он, увидев, что Катерина немного пришла в себя.
- Подожди, не подписывай пока приказ о приеме на работу, - сказала она, провожая Андрея в коридор. Подумай дважды, нужны ли тебе такие сотрудники. У меня сейчас куча проблем и в ближайшее время их не решить.
- Катерина Валерьевна, - ответил он, строго вскинув брови вверх. Вообще-то начальник здесь я, и поверьте мне, знаю, как вести себя со своими подчиненными и кого брать, или не брать на работу. Вам все ясно? – лукавая улыбка, нечаянно проскользнула по его лицу, но он опять нахмурился, вздернув брови. – Завтра в два жду Вас у себя в офисе. Думаю, я дал достаточно времени, чтобы отоспаться, позавтракать и принять душ.
- Хорошо. В два.
- Вот и ладненько. Увидимся завтра.
|
Пока все грустно!
Да, и никаких шансов Михе - я проголосовала!!!
