Робин
Какие смешные эти смертные…
Всю неделю я был свидетелем этих ухаживаний. Янка вела себя как норовистая лошадка – то подпускала Алискана к себе, то взбрыкивала в самый неподходящий момент. Принц злился, хоть и старался этого не показывать, но я-то видел… это Янка ослепла и оглохла от своей любви, вот и не замечает, что чувствами здесь и не пахнет. Хотя принц играет увлеченно… порой даже заигрывается. Если бы не Янкина стеснительность, он давно бы уже добился своего.
Сегодня они вернулись с прогулки, и у девчонки такое лицо – сразу видно, целовались. Принц мой невесел – неужто совесть мучит? Вот уж не ожидал…
А Янка летает как на крыльях – кажется, и смущаться перестала. Все, девочка готова.
С удивлением понял, что мне жаль эту дуреху. Наверное, из-за того, что мы с ней одной крови…соплеменники, можно сказать, хоть она и наполовину человек. Да и находимся практически в одном положении – оба по сути рабы. Только моего желания никто не спрашивал, а она надела свои кандалы добровольно.
Но я не собираюсь вмешиваться – еще чего… пусть иногда и досадно – как можно быть такой слепой, не видеть, что ее используют… дура, влюбленная дура. Да что взять с этих женщин? Умнейшие из них не способны держать чувства в узде.
Янка
Она ворочалась с боку на бок, не в силах уснуть. Вспоминала… Он назвал ее красивой… он так смотрел… он целовал ее…
От одного воспоминания об этом стало жарко. Янка сбросила одеяло, села на постели. В открытое окно, затянутое тонкой сеткой, дул прохладный ветерок, и ей захотелось выйти из дома, где так душно, побыть немного на свежем воздухе.
Янка очень тихо приоткрыла дверь, выбралась в коридор. Прошла на цыпочках мимо его комнаты – и вдруг заметила, что дверь приоткрыта. Свет не горит, из комнаты не доносится ни звука – значит, он спит? Она сделала еще несколько шагов и вдруг остановилась. Да он спит, а, значит, можно… она просто посмотрит на него, спящего, и сразу уйдет…
Вернулась, заглянула внутрь комнаты – он действительно спал. Янка замерла в нерешительности. Она понимала, что поступает глупо, что так нельзя - ведь он может в любой момент проснуться, и что он подумает о ней? Она понимала это, прекрасно понимала, но ничего не могла с собой поделать...
Перешагнула порог, неслышно ступая босыми ногами, подошла ближе и, замирая от страха, от жаркого волнения, протянула руку и легонько-легонько, едва ощутимо прикоснулась к его волосам.
А он вдруг открыл глаза и посмотрел на нее. Янка ахнула и отпрянула назад, хотела убежать – он не пустил. Перехватил ее руку, некоторое время удерживал в своей, молча, не говоря ни слова, а потом… притянул ее к себе. Янка что-то пробормотала протестующе, но он прижал палец к ее губам.
- Ты же сама пришла… - шепнул он. – Ты ведь этого хотела?
- Я… не надо, - простонала она умоляюще.
- Шшш… тихо.
Он смотрел на нее спокойно и пристально и у него было такое… странное лицо… как будто ему предстояло решить сложную задачу.
Распутал завязки ее рубашки…
Алискан
Как же она дрожит, как зверек испуганный… И жалко ее, и досадно немного… и в то же время эта ее дрожь, ее робость и покорность…что-то такое будили в нем… темное, звериное…
Потянул за завязки ее рубашки, чуть приспустил льняную ткань, обнажая узкие плечики. Белые и гладкие, как мрамор... Прижался губами – мелькнула нелепая мысль – какие они теплые, почему, ведь мрамор такой холодный…
Янка глухо застонала, и он на мгновение отстранился, посмотрел на нее. Прикрыла глаза, на щеках – яркие пятна румянца, дышит тяжело и прерывисто.
Стащил с нее рубашку – она слабо пискнула, попыталась прикрыться. Когда она смущается – краснеют не только щеки, даже грудь… Провел легонько пальцами по шее, груди.
- Какая ты… красивая… - тихо сказал он.
Он старался сдерживать себя, особенно поначалу, но потом стало не до этого. Желание туманило разум, застило глаза пеленой, и он уже не в силах был контролировать происходящее, разбираться, что она чувствует… Если бы она дала понять ему словом или жестом, что ей неприятно, больно… но она молчала, не пыталась вырваться…
*****
Отдышавшись, повернул к ней голову - Янка лежала рядом, совершенно молча и неподвижно.
- Яни, - тихо позвал он. Девушка промолчала. Он придвинулся ближе.
- Больно было, да?
- Я… - она попыталась что-то сказать – не получилось. Из груди вырвался длинный, прерывистый вздох, Янка зажала себе рот ладонью, медленно задышала через нос.
Он почему-то разозлился.
- Если так больно было - чего молчала?
Янка всхлипнула.
Он, пробурчав что-то невразумительно-раздраженное, сел, отвернулся от нее. На душе было исключительно мерзко. Наверняка после этой «ночи любви» восторгов у нее поубавится. А даже если и так – что ему за дело? И все же… грызла непонятная тоска. Недолго он пробыл «благородным рыцарем» в глазах этой девочки.
Глянул на нее мельком - она смотрела на него глазами, полными слез. Опять эта мешанина из чувств – жалость, раздражение, злость… но злился он больше на себя. Надо было с ней как-то помягче, понежнее, что ли…
Она что-то тихо сказала, он не расслышал, погруженный в свои мысли. Поднял голову, взглянул на нее:
- Что?
- Люблю… - повторила Янка дрожащим голосом. – Прости меня, я такая…
- О чем ты? За что тебе просить прощения?
- Я… все не так делала, да? Я совсем ничего не умею… тебе не понравилось…
Алискан даже растерялся немного. Она винит.. себя?
- Глупости какие, - сказал он.
Лег, потянул ее к себе, и Янка с готовностью прижалась к нему, пристроила голову на его плече. Алискан погладил ее по спутанным серебристым волосам.
- Давай спать, - сказал он.
Янка
Она проснулась рано утром – еще даже солнце не взошло, только небо над верхушками елей начало розоветь. Осторожно, стараясь не разбудить, выбралась из-под его тяжелой руки, подхватила с пола свою рубашку. Оделась и вышла на крыльцо, ежась от утренней прохлады.
В лесном озере вода даже летом ледяная – из-за родников. Стуча зубами, Янка окунулась по шейку, поплавала немного, пока не разогрелась, и не стало жарко-жарко. Смыла с ног засохшую кровь и его семя.
Выйдя на берег, быстро оделась, не обсохнув как следует, и поспешила обратно.
Мокрая рубашка противно липла к телу, длинный подол путался в ногах, мешая идти. Она опять начала мерзнуть и прибавила шагу, подобрав подол повыше.
Она уже поднималась по невысоким ступенькам крыльца, как вдруг кто-то спросил ее в спину.
- Прогуляться решила?
Янка ойкнула и обернулась.
Робин. Смотрит, улыбаясь.
- Не спиться, - робко сказала Янка.
- И я даже знаю, почему. – Он нагло оглядел ее с головы до ног и сказал сквозь зубы:
- И почему все бабы такие дуры? Смертные или сиды – без разницы.
Янка покраснела, но не от смущения – от злости. Робин рассмеялся.
- Лети, глупая птичка. Лети в свою клетку. А могла бы чирикать на воле – тебя-то здесь ничто не держало.
Янка хотела поставить его на место, даже рот открыла, готовясь произнести гневную отповедь – но почему-то промолчала.
Открыла дверь, задержалась на пороге, а потом вдруг обернулась и посмотрела на Робина.
- Держало, - спокойно сказала она. – То же, что и сейчас.
- Глупая девка, - беззлобно сказал он.
Янка, больше не обращая на него внимания, зашла в дом. Поднялась по лестнице и остановилась в нерешительности. Ну, и куда ей теперь идти? К себе, переодеться? Или… к нему? Янка покраснела. А вдруг он будет не рад… вдруг ему это не понравится? Нет. надо к себе… но ноги сами понесли ее к комнате Алискана. Несмело протянула руку к двери, но вдруг она сама распахнулась, и перед ней появился Алискан. Босой, без рубашки, с взлохмаченными волосами… Он был чем-то встревожен, но увидев ее - выдохнул с облегчением.
- Ты куда пропала спозаранку? – спросил он.
- Купалась, - улыбнулась Янка. – В озере.
- Аааа… - протянул он. – А я уже…
- Что?
- Ничего, - быстро ответил он.
Они замолчали на некоторое время.
- Я… к себе пойду? – смущенно сказала Янка, избегая смотреть ему в глаза.
- Иди, - сказал он.
Она сделала шаг. Но тут Алискан поймал ее за руку, мягко потянул на себя. Янка посмотрела на него, а он странно усмехнулся и поцеловал ее.
|
Это в каком таком смысле - "как"? 
Селиночка, спасибо 
Ждем продолжения! 
Ну что сказать 
-все как всегда оооочень интересно . Спасиб 
, не может она истинных намерений Алискана разгадать... Оченно интересно, что у них за песенка споется... 
).
только бы не сильно крылышки пообломала,када из клетки выбраться попытается. Спасибо,Селина! 
)