НРКмания

Форум любителей сериала "Не родись красивой" и не только
Текущее время: 20 ноя 2018, 11:29

Часовой пояс: UTC + 4 часа




Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 34 ]  На страницу 1, 2  След.
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Три сестры
СообщениеДобавлено: 10 сен 2009, 19:52 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 19 июн 2009, 22:08
Сообщения: 1039
Спектакль «Три сестры»

Художник: Ник Ормерод
Режиссер: Деклан Доннеллан
В спектакле заняты: Нелли УВАРОВА, Ирина ГРИНЕВА, Евгения ДМИТРИЕВА, Екатерина СИБИРЯКОВА, Алексей ДАДОНОВ, Евгений ПИСАРЕВ, Александр ФЕКЛИСТОВ, Андрей КУЗИЧЕВ, Андрей МЕРЗЛИКИН, Михаил ЖИГАЛОВ, Игорь ЯСУЛОВИЧ...


Последний раз редактировалось Nurlana-Sulu 10 сен 2009, 20:03, всего редактировалось 1 раз.

Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: 10 сен 2009, 19:58 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 19 июн 2009, 22:08
Сообщения: 1039
08.09.09. Екатеринбург. Театр Драмы | Спектакль «Три сестры». В рамках VIII Международного театрального фестиваля им.А.П.Чехова.

http://s47.radikal.ru/i116/0909/a6/8e3a1ecbdbc8.jpg

http://s56.radikal.ru/i152/0909/f6/b83a855b5f57.jpg

http://i077.radikal.ru/0909/9b/abb4209fe0a8.jpg

http://i073.radikal.ru/0909/0b/cb706dc907ba.jpg

http://i031.radikal.ru/0909/e8/aaaf8418c8f4.jpg

http://s05.radikal.ru/i178/0909/bf/b765eecb8355.jpg

http://s07.radikal.ru/i180/0909/25/affb3608bcdb.jpg

http://i047.radikal.ru/0909/ee/5547bd9b9735.jpg


Последний раз редактировалось Nurlana-Sulu 10 сен 2009, 20:03, всего редактировалось 1 раз.

Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: 10 сен 2009, 20:00 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 19 июн 2009, 22:08
Сообщения: 1039
Три сестры

Пока все (или большинство) скупали билеты на долгожданный «9», я сходила в театр. «Три сестры» в постановке Деклана Доннеллана. Здесь нужно отметить, что данный спектакль я смотрела и в постановке любимого Фоменко (а это мой любимый театр). И была полна восторгов. Но и Доннеллановский вариант произвел впечатление. И сравнивать глупо и не зачем, они разные.

Классика всегда актуальна, а Чеховские «Три сестры» вдвойне для провинциальных городов (а если перечитать предыдущий пост, то совсем ко двору). Сегодня наибольшей популярностью пользуется кино, отечественную классическую литературу экранизируют как в телевизионных сериалах «Преступление и наказание», «Братья Карамазовы», так и в большом кино «Палата №6» Карена Шахназарова. Но никакое кино, с его спецэффектами, драматургией и отличным актерским составом не передаст ту бурю эмоций, которой может поделиться театр. Сиюминутно, и каждый раз неповторимо.
«Три сестры» в постановке Деклана Доннеллана прекрасное тому подтверждение. Все актеры, приглашенные из разных московских театров (Нелли Уварова, Андрей Мерзликин, Андрей Кузичев, Александр Феклистов, Ирина Гринева), демонстрируют зрителю изящную, легкую и одновременно глубокую игру.В глубине сцены, лишенной декораций висят два щита с черно-белыми фотографиями старого каменного дома (московского дома-музея Чехова). На самой сцене нет ничего, кроме белых стульев и макета двухэтажного дома, стоящего на столе. Зрителя ничто не отвлекает от рассуждений героев о высоком, о том, как и что будет дальше по переезду в Москву, как должна проживаться жизнь, Во всем этом и кроется русская душа, и именно постановки по Чехову как нельзя лучше отражают знаменитую фразу «Умом Россию не понять, аршином общим не измерить».

kate-eburg.livejournal.com


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: 10 сен 2009, 20:22 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 25 дек 2008, 00:48
Сообщения: 5358
Откуда: BY
Nurlana-Sulu
Спасибо за исчерпывающую информацию! :good: :Rose:


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: 10 сен 2009, 22:11 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 19 июн 2009, 22:08
Сообщения: 1039
Фотографии...
Пять лет назад Ирина-Нелли - юная, радостная, восторженная и воздушная девушка.
Сейчас Ирина-Нелли - повзрослевшая, немало пережившая, грустная и уставшая... Совсем как у Чехова. Пьеса, ревратившаяся в жизнь.

_________________
Если бы и я был хорошим, с кем бы вы себя сравнивали?


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: 11 сен 2009, 04:31 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 19 июн 2009, 22:08
Сообщения: 1039
Три сестры
Я опять о театре. У нас в городе всю неделю фестиваль, так что уж потерпите :-) Впрочем, вчера у меня был нелегкий выбор - куда пойти. Варианты - на фестивальный спектакль "Мы, герои" в ТЮЗ или на гастрольных "Трех сестер". С одной стороны, наш ТЮЗ от меня никуда не денется. С другой - фестивальная атмосфера...

Пошел все-таки на "Три сестры". Отчасти "Реальный театр" сам виноват. :-) Это ведь у них я два года назад познакомился с Нелли Уваровой на моноспектакле "Правила поведения в современном обществе". И когда город обклеили афишами, среагировал именно на ее портрет. И она была великолепна! Впрочем, выделить именно ее было неправильно - великолепны были все три сестры: Евгения Дмитриева, Ирина Гринева и Нелли Уварова. Замечательное созвездие!

На самом деле очень хорош весь спектакль. Когда идешь на приезжих московских артистов, всегда есть риск попасть на антрепризную халтурку... В этот раз - ничего подобного! Я не знаю историю создания спектакля, но это совершенно точно не "одноразовая" вещь. И что касается исполнителей, то, конечно, кто-то сыграл хорошо, кто-то еще лучше - но самое главное, было совершенно очевидно, что работают высококлассные профессионалы. И это, наверное, главная характеристика - высокий профессионализм всех, имеющих к этому отношение.

Отдельно хочется сказать что-то доброе о музыке в спектакле. Ну вот, сказал.

Мне трудно писать об этом спектакле - дело в том, что я не очень согласен с предложенной трактовой чеховской пьесы, на мой взгляд излишне классической. Разумеется, это не имеет никакого значения. Я понимаю, что хотел сказать режиссер (Д. Донеллан), я отлично вижу какими художественными средствами он последовательно проводит свою линию, создавая цельную картину. Так и надо, он автор, и мы говорим о его спектакле. Я немного боюсь, что не сумею правильно разделить объективное и оценочное... Так что просто ограничусь констатацией - вчера я сделал очень хороший выбор. Чехов в прекрасном исполнении - что может быть лучше!

fdo-eq.livejournal.com/279465.html

_________________
Если бы и я был хорошим, с кем бы вы себя сравнивали?


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: 11 сен 2009, 14:03 
Не в сети
Ягодка
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 30 окт 2007, 02:06
Сообщения: 15018
Nurlana-Sulu писал(а):
Пять лет назад Ирина-Нелли - юная, радостная, восторженная и воздушная девушка.
Сейчас Ирина-Нелли - повзрослевшая, немало пережившая, грустная и уставшая...

да, я тоже обратила внимание...это бросается в глаза, правда, я видела Сестер сразу после окончания НРК, осенью 2006 года...как много там наших- Кузичев, Уварова, Егоров, Жигалов...семейная атмосфера...и как чУдно они играли...
Изображение

http://www.uvarovanelly.ru/files/photos ... 5361fe.jpg


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: 12 сен 2009, 19:56 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 19 июн 2009, 22:08
Сообщения: 1039
Из прошлого...

В ожидании сестер.

Если подходить к театральным событиям с «киношной» меркой, то Московский Чеховский фестиваль – мероприятие класса «А». При этом, в отличие от других крупных международных культурных солянок, проходящих здесь (ММКФ, Московская Биеннале Современного Искусства), Чеховский – далеко не аутсайдер в своем классе. Два месяца марафона, более пятидесяти спектаклей – это вполне уровень Авиньона или Эдинбурга, правда, от последнего московский отличается отсутствием широкомасштабной офф- программы, знаменитого French – параллельное практическое театроведение в Москве заключено в рамки скромной «Молодежной программы», а основная – ориентирована на мейнстрим, старых проверенных друзей и укрощенную экзотику.
Название фестиваля не накладывает на участников никаких ограничений – при отборе не отдают предпочтений спектаклям по Чехову. Тем не менее, одну «обязательную» постановку фестиваль инициировал – объединенными усилиями России, Франции и Англии поставили «Трех сестер». Проект доверили английскому режиссеру Деклану Донелланну. Он ставит в России уже не первый спектакль, в Москве у него сложилась своя актерская труппа, к нему привыкла и его полюбила публика, так что поговаривают даже, что он мог бы возглавить здесь собственный театр. Доннеллановские «Три сестры» сенсацией не стали, но совершенно справедливо дали повод к возобновлению споров о традициях, Чехове и чеховщине, классике и новаторстве. Кажется, если бы не лето, не фон самого фестиваля, а разгар обыкновенного московского сезона – страсти разыгрались бы. Поговорить есть о чем.
Театральный радикализм, которого в последнее время много, который год от года становится все сплоченней, заметней и развязней, привычно использует в качестве повода к собственным опусам классику. Чехова - в первую очередь. О том, что этот драматург столь востребован театральными реформаторами и любителями эпатажа не случайно – тема отдельного разговора. Но это очевидно, и один Треплев с его бессмертной пьесой мог бы оправдать экспериментаторство любого рода. Претензии, предъявляемые режиссерам «новых волн» – упреки в том, что они «искажают замысел автора», часто оказываются справедливыми. Особенно в тех случаях, когда дело сводится к ряду простых технических приемов – переинтонируя реплики или сопровождая их заведомо неадекватными действиями актеров, создатели спектакля попросту переписывают пьесу. Фокус таких постановок в том, что «подтекст» не вычитывается – он сочиняется, а затем – в меру сил демонстрируется. Таким образом, в классические, ставшие мифологемами, сюжеты можно вместить сколь угодно неподходящие, но актуальные смыслы. Получается неожиданно, смело, эпатажно. Правда, спектакль приобретает качества палимпсеста. Как правило – варварского, так как «новое», пусть даже иногда талантливо, но непременно бестактно вторгается на территорию «старого».
Есть новаторство, которое не играет словами, не меняет кардинально заложенных в пьесу смыслов и вынуждено преодолевать не столько зрительскую скуку, сколько милую сердцу ревнителей, но несколько закосневшую традицию. Тихой сапой совершает оно свою бархатную революцию.
Такие постановки всегда в высшей степени поэтичны и музыкальны, - здесь режиссер вынужден не приспосабливать текст под свои нужды, а работать с ним так, чтобы слова уже тысячи раз произносившиеся великими и не очень актерами, зазвучали, как того требует его собственный замысел. Одно из удовольствий, получаемых театралом на такого рода спектаклях, – обнаруживать новое в текстах пьес, знакомых казалось бы, наизусть. Оно понятно – в зрительской памяти остается то, что резонирует с течением сценической жизни, проявляет ее смысл. Для каждой интерпретации набор ключевых слов свой, но есть, в этом смысле, заезженные, даже обязательные. Они и составляют, «традиционный конспект» Чехова, на первой странице которого большими буквами: «В Москву! В Москву!». Но случается, что как будто впервые слышишь ту или иную реплику. И только в этот момент понимаешь ее важность и значимость.
Донеллан с пресловутым конспектом, конечно же, хорошо знаком, однако, действует так, будто никогда его не видел. Ставит, что слышит. А слышит он очень хорошо. К тексту относится как к речевой партитуре. Иногда думаешь, что актеры для него – как для дирижера в музыкальном театре, - один из инструментов, позволяющий тонко, до изощренности, управляя потоками диалогов и монологов, донести до зрителя самое важное, усиливая одни, совершенно нивелируя другие слова.
Ключевой у него становится вполне «проходная» реплика «проходного» персонажа Кулагина - Виталия Егорова. Его «Вот уйдут военные, и все опять пойдет по-старому» традиционно – не играется. Все, что в ней слышится – предсказуемо: пошлость, брюзжание ревнивого мужа. У Донеллана это – крик души. Перед этим «учителешка» плакал, прижимая к животу своей жены подушку, нянча ее и причитая, как над не родившимся младенцем. Что мешает завести ребенка? Романчик его жены с полковником.
Оставаясь в рамках постановочной культуры психологического театра, Доннеллан, по сути, рассказывает «другую» историю, вызывающе не соответствующую той, к которой мы привыкли – офицеры, появившиеся в городе, ломают налаженный быт и в результате жизнь его обитателей не просто замирает, а прерывается, держит паузу – гибельную и разрушительную, вводя людей в кому и не оставляя им никаких надежд на будущее.
Донеллан не знаком с положением, когда сценическая история правит тексты, написанные драматургом, диктует каждое следующее прочтение, расставляет свои акценты и знаки препинания, творит цензуру. Как человек непредвзятый, он имеет право совершенно искренне не понимать, что удерживает сестер в провинции, когда можно взять, купить билет и первым же поездом отправиться в Москву. Поэтому в его спектакле мы так и не услышим главного. То, что для многих поколений зрителей звучало «попутной песней», музыкой без слов, рефреном, смысл которого не обсуждается, ибо в нем все – боль, жизнь, тоска…. Доннеллану удается «замять». Знаменитую фразу произнесут скороговоркой, как и все монологи о «небе в алмазах», счастливом справедливом будущем и замечательных людях, которым предстоит жить лет через 200.
Доннеллан как будто мстит русской театральной традиции, которая так же, скороговоркой проносилась мимо персонажей, о которых не задумывалась, считая, что все понимает «правильно» и может позволить себе, трепетно произнеся – «Чехов», встать на позиции Войнцкого, Прозоровых или Гаева. Забыв, что они всего лишь «действующие» лица.
Соленый, этот перманентный общественный конфуз, с которым ни сестры, ни сослуживцы, а зачастую и режиссеры не знают, как поступить, которому, - будь их воля, крикнули бы, как в анекдоте про Ржевского, - «Господин офицер, молчать!», у Доннеллана, играет роль едва ли не первой скрипки.
Есть реплика, из спектакля в спектакль, звучащая, по меньшей мере, натянуто: «Потому, что если бы вокзал был близко, то не был бы далеко, а если он далеко, то, значит, не близко». Неудачный каламбур, абсурдная выходка? Соленый Андрея Мерзликина, таким образом, великодушно берет на себя ответственность за бестактность Вершинина. Ибо неловкое молчание должно было повиснуть минутой раньше, как только полковник, не посвященный еще в тонкости местного этикета, заговорил о вокзале. Это запретная тема – ни поездов, ни самолетов, ничего, что может реально приблизить к Москве. Впрочем, Вершинин еще успеет взять нужный тон, а Соленый больше не будет делать одолжений. Один примется философствовать, другой, - своими нелепыми выходками, остротами невпопад, давать понять, что все это, если не софистика, то «потяни меня за палец». Его откажутся принимать всерьез. Ради того, чтобы фальшь, расслабленность, лень и невежество могли упокоиться на месте подлинности и достоинства. Нет худа без добра. Только в такой атмосфере одной из самых удачных ролей в спектакле могла стать Наташа. Екатерине Серебряковой нет нужды идти по накатанной и играть одной краской. В этом спектакле практичность, хозяйственность и изворотливость не являются синонимами хамства.
Почти пустая сцена. Небольшой макет дома, белый стол, белые стулья. На заднике, обозначающем оконные проемы, – три больших фотографии. Москва? Сестры не стремятся туда, и художник спектакля, Ник Ормерод, намекает на то, что они, возможно, никогда из нее не выезжали – окна дома Прозоровых глядят на соседний особняк. Не то чтобы «типичный московский» а, дабы никаких сомнений и путаницы не возникало, – дом-музей А.П. Чехова. Нашего, надо думать Чехова. Да, их тянет именно туда, в Музей, где их слова будут звучать торжественно, а скука и бездействие сойдут с рук.
Все же, до откровения спектакль не дотягивает. Забросить куда подальше «конспект», как оказалось, – жест не Мастера, а лишь подготовительное упражнение, экзерсис. Чего-то очень важного не хватало. Окружив трех сестер группой персонажей, каждый из которых достаточно ярок и внятен, режиссер в своем собственном спектакле теряется, не зная, как поступить с главными героинями. Радикальная режиссура, не моргнув глазом, обошлась бы без них. У Доннеллана они – повод, фон, не более, и это не оправдывает их присутствия на сцене. Положение спасает – Театр. Возникает эффект, на который сам режиссер не рассчитывал. Забытые им персонажи, как бы сопротивляясь своей «незаданности» и опасности остаться вне действия, обращаются в наблюдателей, зрителей. От этого происходящее приобретает оттенок театральности, и у спектакля появляется еще один смысл – приличный любому сценическому произведению. Жизнь – театр.

Пишет Andrey Kudryashov (goggle)
@ 2005-08-24 02:26:00

_________________
Если бы и я был хорошим, с кем бы вы себя сравнивали?


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: 12 сен 2009, 20:06 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 19 июн 2009, 22:08
Сообщения: 1039
Архив

2005 год. Они молоды, счастливы, талантливы...

Изображение

Изображение

Изображение

Изображение

Изображение

Изображение


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: 17 сен 2009, 21:39 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 19 июн 2009, 22:08
Сообщения: 1039
The Sunday Times
April 15, 2007

‘You never get the sense she’s one of the country’s biggest stars’
Looks, talent and modesty. And the luck to live in a time when actors can prosper. Jasper Rees meets a Russian superstar

A year ago, at an international festival of theatre in Bogota, an actress in a visiting production of Three Sisters was unexpectedly mobbed. Chekhov may indeed be big in Colombia, but the disproportionate media attention lavished on a solitary member of the cast could be explained only by her starring role at home in Russia in Ne Rodis Krasivoi — better known in Bogota as Yo soy Betty, la fea. And to us as Ugly Betty.

There are incarnations in umpteen languages of TV’s orthodontically challenged nemesis of leggy fashionistas. None can have quite as much pedigree as Nelly Uvarova, an actress who, thanks to a long-standing quirk of the Russian repertory system, is currently appearing in 10 different Moscow stage productions. But it is television that has made her one of a new breed of huge young stars across the country’s 11 time zones, where Ne Rodis Krasivoi was seen by audiences of up to 40m. It’s a measure of the show’s frantic shooting schedule that Uvarova regarded the flights to and from South America, plus the four nights of performing Chekhov’s taxing masterpiece, as a bit of a holiday. “I was actually planning to have a rest,” she says, “but because Colombia is the home of the show, they just wouldn’t let me. Absolutely everyone wanted to see and talk to me.”

Uvarova can be assured of a slightly less hysterical greeting when Three Sisters visits the UK. Audiences weaned on English playwrights may well have an aversion to theatre performed in a foreign language. But you might like to consider flogging a granny to get a ticket for this shatteringly good production. Last month, I saw it in Moscow, without the benefit of surtitles (though I did take the precaution of reading a translation the day before). The lights go up on a company of actors who seem utterly to live inside the stricken provincial world of the production’s making, and the three actresses who play Olga, Masha and Irina seem, in some alchemical way, to be indissolubly related.

Three Sisters is the latest Russian foray by the director Declan Donnellan and his Cheek by Jowl company. He has so far grafted his directorial style onto Russian productions of The Winter’s Tale, Pushkin’s Boris Godunov and the all-male Twelfth Night that paid a triumphant visit to Stratford last year. Donnellan was recently included in a list of the top 10 Russian theatre directors, but Three Sisters is his first attempt at Chekhov in the playwright’s native language.

Productions of the play are tuppence a dozen in Moscow, but when Cheek by Jowl’s was announced in 2004, Uvarova had to join the queue of actors eager to be in it. “It was very difficult even to get on the list to be seen,” she says, “let alone to be chosen. I wasn’t yet part of the TV series, and nobody knew me.” Donnellan says: “Most of the company, I’ve worked with several times before. But we didn’t have an obvious Irina, and I met her and thought she was just sensational.”

Donnellan’s method took some getting used to. Once cast as Irina, who fervently dreams of moving from the family’s provincial outpost to Moscow, Uvarova duly joined an all-star ensemble of theatrical royalty in a lakeside resort in the middle of nowhere, for a sort of textual boot camp. “It’s rare to come across a director who works so thoroughly on the text,” Uvarova says. “It was surprising to us, because Declan doesn’t know the language. We all thought we knew the play really well, but he turned everything upside down, not just for effect, but to make the conflicts even sharper than they are.”

The cast then disbanded for six months while Donnellan’s schedule took him elsewhere. To a British actor, the caesura might sound eccentric, but Russian rehearsals typically concertina according to the actors’ obligations elsewhere. Uvarova, for example, is in all three parts of Tom Stoppard’s Coast of Utopia trilogy, which has already been in rehearsal for a year and won’t reach the Moscow stage until September. The old Soviet rep system also ensures that once a production joins a theatre’s 30-strong roster, it can sit there for years, cropping up for sporadic performances. Performing a piece continuously, as the cast of Three Sisters did for a month when the play opened two years ago in Paris, came as a culture shock. “We don’t work that way here,” Uvarova says. “It spoilt us, because we wanted to perform it more and more. It was like a drug.” Two months later, the play did a 10-day run at the Pushkin Theatre in Moscow, then disappeared for six months. The night I saw it, they hadn’t performed it for a month. It didn’t show. Or, rather, it did, in the bright freshness of the actors’ naturalism.

The cast will get another fix as they bring the play to Donnellan’s homeland. Many of them have shunted aside film work. Uvarova is slated to film an eight-part television series directed by her husband, and an experimental film with a first-time director. “One of the reasons I love working in Russia is that the actors actually organ-ise their film schedule around our performances and rehearsals,” Donnellan says. “You never get any sense from Nelly that she’s one of the most famous people in Russia. She is incredibly unpretentious. We’re very lucky to have her.”

The luck is not all on his side. Ne Rodis Krasivoi translates as the first half of a Russian proverb: “If you’re not born beautiful, be born lucky.” Uvarova, brought up in Lithuania and Georgia before her parents moved to Moscow when she was 14, was born both: beautiful, with her big, soulful eyes and the slender angularity of her cheekbones; lucky that she has come along at a time when it is finally possible for Russian actors to convert ability into capital. “For many years, if you wanted to earn a living, you had to do all sorts of things,” she says. “You could say theatre was a kind of hobby.”

Added to her looks and luck is a near-photographic memory and a furious work ethic. She recorded all 200 episodes of the Russian Ugly Betty in a single year, five episodes a week. “I didn’t have time at all for any kind of life besides work. I would have gone crazy if I hadn’t had the theatre, but I could jump out of the studio onto the stage and play characters who had absolutely nothing to do with it. In the same period, I even managed to rehearse two new productions.”

Depending on how you count it, The Coast of Utopia makes one or three more. The trilogy, which will be the theatrical event of the year in Moscow, is already running to great acclaim at the Lincoln Center, in New York. Uvarova and the rest of the cast met their US counterparts when the Americans flew to Moscow to absorb something of the Russian atmosphere. She can barely hide her shock that they came for only 24 hours and that they proposed meeting in an American-style diner. Uvarova has now worked with two great men of British theatre. Donnellan has patiently learnt his way around the inner workings of the fabled Russian soul. Stoppard, by his own admission, got all his Russian erudition from books. Does it seem to Uvarova, whose gamine Irina appears to be irradiated with Russianness, that a great foreign writer has managed to unlock the national character?

She is as awed by Stoppard as all actors who come across him, but she laughs as she describes Alexander Herzen’s doomed wife, Natalie, whom she plays in Shipwreck, part two of the trilogy. “I can’t find a single characteristic of a Russian woman in her. To me, she is a creature from a UFO. But it makes it even more interesting. I can add the Russian characteristics myself.”

Three Sisters is at the Cambridge Arts Theatre, April 24-28; Warwick Arts Centre, May 1-5; Northern Stage, Newcastle, May 9-12; Barbican, EC2, May 15-19

Изображение


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: 30 сен 2009, 21:10 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 19 июн 2009, 22:08
Сообщения: 1039
Три сестры

Среда, 30 Сентября 2009 г. 12:46
В рамках дублинского театрального фестиваля приехала к нам и эта постановка чеховской пьесы. Почти классическая, текст слово в слово, настоящий русский театр.
Сестры просто заворожили, красивые, в красивых платьях, запоминающиеся лица, блеск в глазах. Играли Гринева, Уварова и ....
Если бы я была мужчиной конца 19 века из дома таких сестер я бы точно не вылезала.
Чехов актуален. Всегда меня поражает в классике, как можно остаться актуальным на все времена и под все судьбы? Вот как у них это получается?
Первый раз взяла автограф. Забавное действо, а вблизи актрисы оказались такими же прекрасными, как и на сцене.

http://www.liveinternet.ru/users/48535/post111268953/


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: 30 сен 2009, 21:13 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 19 июн 2009, 22:08
Сообщения: 1039
ТРИ СЕСТРЫ
10,09,2009

Изображение

24 сентября – 4 октября

Чеховский международный фестиваль
и лондонский театр «Чик бай джаул» (Cheek by Jowl) представляют:

ТРИ СЕСТРЫ

Пьеса Антона Чехова
Постановка Деклана Доннеллана

«Невозможно вообразить себе постановку более тонкую, светлую и эмоционально пронзительную, чем эта» - The Times

Билеты: 01 677 8899
www.dublintheatrefestival.com

Театр «Гэйети» (Gaiety Theatre), Дублин
Билеты: от 20 до 40 евро
При поддержке: Irish Times

За резервацию по телефону дополнительная плата два евро. Через интернет и в кассах фестиваля билеты продаются по номинальной цене.

Акция! Читателям «Нашей Газеты» - скидка 20% на билеты подробности в печатной версии.
http://www.russianireland.com/index.php ... 5&Itemid=1


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: 30 сен 2009, 21:15 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 19 июн 2009, 22:08
Сообщения: 1039
«ТРИ СЕСТРЫ» ПО-ИРЛАНДСКИ
23,09,2009

Для всех русскоязычных Ирландии – это большое событие. С 29 сентября по 4 октября в Дублине покажут «Трех сестер» на русском языке! На сцене первого театра страны – «Гэйети» (около парка Стивенс-грин) - вы увидите игру Виктории Толстогановой («Дети Арбата», «Побег», «Утомленные солнцем 2»), Александра Феклистова («Ближний круг», «Петербургские тайны», «Обитаемый остров»), Нелли Уваровой («Ангел на обочине», «Не родись красивой», «Атлантида»), Андрея Мерзликина («Бумер», «Штрафбат», «Солдаты»), Михаила Жигалова («ТАСС уполномочен заявить…», «Бродячий автобус», «Бригада», «На углу у Патриарших») и многих других.

Собрал эту звездную труппу+ именитый британский режиссер Деклан Доннеллан (Declan Donnellan), ирландец по национальности. Он ставит пьесы на английском, русском и французском языках! «Наша Газета» пообщалась с Декланом перед его приездом в Ирландию.
«Я просто люблю русский театр и русских людей», - подчеркивает голосом Доннеллан.
Режиссер говорит с британским акцентом, но постоянно вставляет русские слова – как-никак, уже десять лет работает с нашим театром. Тем не менее, «великий и могучий» Деклан так и не выучил, а со своими актерами общается через переводчика.
«Меня всегда что-то влекло к России, - объясняет он. В 1990-х я был частый гость в Москве, ходил на спектакли, знакомился с актерами. Так и набрал себе русскую труппу».
На русском языке Деклан поставил три спектакля – «Три сестры» Чехова, «Двенадцатую ночь» Шекспира и «Бориса Годунова» Пушкина. С этими постановками он и его русские актеры объездили буквально весь мир, были в Австралии, Новой Зеландии, Японии, Франции, Англии… Причем везде происходит нечто небывалое: спектакли Доннеллана на русском языке собирают пол-ные залы!
«На языке оригинала постановка живет, - считает Деклан. - Вы следите за выражением лица актера, за тем, как он говорит, и вы лучше чувствуете произведение… Ну а Чехов – его сыграть правильно могут только русские актеры!»
В этом году Доннеллана и его «Трех сестер» пригласили на Дублинский театральный фестиваль. Многие русские актеры приедут на остров впервые, но Деклану к Ирландии не привыкать.
«Я ирландец до мозга костей! - клянется режиссер. - Мои родители отсюда. Они просто бежали в Лондон. Это было такое романтическое бегство двух влюбленных. Так что я вырос в Англии, но каждое лето проводил в Ирландии – это была моя дача, если хотите. Мой фамильный дом – в графстве Роскоммон».
Деклан уверен: ирландцы и русские – братья по духу. «Я думаю, любой русский человек, кто живет в Ирландии, замечает это. Или нет? Например, оба наших народа прошли через очень неприятную гражданскую войну. У обоих народов – очень сильная поэтическая традиция. Очень большая склонность к отвержению материальных ценностей… и в то же время – огромная тяга к материализму! Любить и в то же время презирать деньги – это очень свойственно как нам, ирландцам, так и вам, русским… Ну и еще – ностальгия. Ностальгия, которая приводит к внутреннему параличу, – это есть и у Джойса, и у Чехова…»

СТРОГО ПО ЧЕХОВУ
Евгения Дмитриева в спектакле играет Ольгу – одну из трех сестер. Она дала интервью «Нашей Газете».
- Евгения, каково было работать с иностранным режиссером?
- У него свежий, незамутненный взгляд. Это, пожалуй, главное. Ведь у нас в России есть уже вековая традиция, как надо играть Чехова. Все страдают, ходят по сцене, заламывают руки и рыдают... Буквально во всех российских постановках есть эти штампы. А Деклан подошел к пьесе прямо, как хирург: он всех героев разбирал строго по поступкам, строго по Станиславскому!
Например, в наших, домашних постановках три сестры всегда обнимаются, любят друг друга… А Деклан говорит нам: ну где вы видели трех сестер, которые обожают друг друга? Представьте себе: три бабы в доме! Понимаете? В общем, эта постановка – она строго по Чехову.
- Как ставили спектакль?
- Деклан всю труппу на две недели вывез на озеро Селигер. Мы жили там в домиках, ходили за грибами, купались и каждый день работали над пьесой. Он сделал это специально, чтобы увести нас от суеты, чтобы мы целиком могли посвятить себя тексту, занимались только им. Для меня это было наслаждение! Мы очень много нового нашли в пьесе, чего раньше не замечали.
- Не кажется ли вам странным, что эта постановка имеет такой большой успех за границей – хотя она на русском языке?
- Вы знаете, я сама люблю смотреть спектакли на языке оригинала. Может ты и не понимаешь текста, но ты слышишь как артист произносит, его тон, хрип… И ты чувствуешь пьесу. Например, когда мы выступали в Париже, и в конце спектакля в зале зажгли свет, я увидела плачущую, рыдающую Жюльетт Бинош! Она не читала строку, она смотрела прямо на меня, и я автоматически стала говорить ей… Она понимала все.

http://www.russianireland.com/content/view/1876/1/


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: 01 окт 2009, 10:19 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 06 июн 2008, 13:52
Сообщения: 895
Откуда: Минск
Дублинский Театральный фестиваль.


Читаем рассказы очевидцев:

http://www.virtualireland.ru/showthread.php?t=33245

с ПС Н. Уваровой
:-)

_________________
Изображение


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: 29 янв 2010, 12:17 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 06 июн 2008, 13:52
Сообщения: 895
Откуда: Минск
В Крыму помолятся за Чехова


В честь 150-летия со дня рождения классика пройдут выставки, спектакли


Алла ДРУЖИНОВИЧ

Уникальную постановку «Трех сестер» с участием Нелли Уваровой, Андрея Мерзликина, Александра Феклистова и других российских звезд театра и кино покажут в Ялте. На улице Екатерининской всю неделю ажиотаж - билеты раскуплены, а толпы зевак дежурят в ожидании звезд у главного входа. Весь город в предвкушении праздника.

28 Января 2010
http://kp.ua/daily/280110/212495/

_________________
Изображение


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: 02 фев 2010, 15:04 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 06 июн 2008, 13:52
Сообщения: 895
Откуда: Минск
В Ялте Мерзликин вместо хереса пил чай
2 Февраля 2010


В честь 150-летия великого писателя и драматурга в Украину впервые привезли «Трех сестер» в постановке англичанина Деклана Доннеллана


Цитата:
В звездный десант входили актеры Нелли Уварова, Александр Феклистов, Игорь Ясулович и другие. Они почти неделю жили в Профессорском уголке Алушты. Несмотря на то, что в Крыму межсезонье, в зале аншлаг.

- В русскоговорящих странах играть тяжелее, - признался помощник режиссера (и по совместительству Федор Кулыгин - муж одной из сестер) Евгений Писарев. - Во-первых, у нас все настолько большие специалисты и знатоки Чехова, что постоянно советуют, как и что надо делать. К тому же они припоминают, какими видели «Трех сестер» на заре своей юности, и считают, что мы их неверно толкуем. А мы просто пытаемся понять и еще раз открыть Чехова.

- Те, кто превращает писателей, поэтов в памятники, бюсты, - не выдержал Андрей Мерзликин (штабс-капитан Соленый), - и становятся могильщиками того самого Чехова. Сделали его неприкосновенным, а людям-то от этого стало скучно. Почитайте его письма и поймете, что он живее всех живых.

После российской премьеры в 2005 году «Три сестры» объехали почти все континенты. И там тоже возникало недопонимание.

- Например, в Колумбии зал расхохотался, услышав первую фразу: «Отец умер год назад», - вспоминает исполнительница роли Ольги - Евгения Дмитриева. - Французы бурно реагируют на разговоры об одежде и обсуждают костюмы актеров. Смешно стало им и после моей реплики: «За эту ночь я постарела на десять лет!»

Крымский зритель смеялся там, где надо, и щедро одаривал актеров аплодисментами. Под занавес ялтинцы понесли на сцену розы, которые покупали перед спектаклем - по 20-30 гривен за цветочек.

- А что было в том графине, который вы случайно опрокинули? - спросила одна из зрительниц, потянувшись к Мерзликину за автографом.

- К сожалению, чай, - улыбнулся актер. - А вообще, так хотелось, чтоб туда на время спектакля наливали херес.

- Актуален ли Чехов? - переспросил Евгений Писарев. - Ну, если после спектакля кто-то из приглашенных на фуршет местных предпринимателей в благодарном порыве искренне сказал: «Чехова мы не читали, но это спектакль про нас, ялтинцев! И вообще, Наташа молодец, развела этих лохушек», думаю, что актуален.

- Хотя что-то, наверное, не так в нашем мире, - предположил Игорь Ясулович. - Если появились те, кто симпатизирует Наташе.

Рустам КОРСОВЕЦКИЙ
http://kp.ua/daily/020210/212920/

_________________
Изображение


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: 02 фев 2010, 15:11 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 06 июн 2008, 13:52
Сообщения: 895
Откуда: Минск
Time Out Москва

№24 / 20 - 26 июня 2005 г
Нелли Уварова, Ирина Гринева, Евгения Дмитриева.
Интервью Time Out Москва. Июнь 2005


С 24 июня по 3 июля в Театре им. Пушкина будут показывать «Трех сестер». В спектакле Деклана Доннеллана Чехова играют, сидя на стульях, без музыки и спецэффектов. Ирландский режиссер поставил своей целью возрождение русского актерского театра — приглашаются только внимательные и искушенные зрители. Time Out встретился с актрисами, которые представят нам сестер Прозоровых.


После парижской премьеры спектакль получил лучший комплимент: «В нем есть три сестры„. Трудно припомнить, сколько версий этой пьесы нам удалось посмотреть за свою жизнь, но далеко не в каждой сестры значимы и видны. Версия Деклана Доннеллана, ирландца, влюбленного в русский театр, показывает их во всей прелести. Обреченность к лицу нашим девушкам. Три звезды, три принцессы в изгнании тоскуют по „большой“ московской жизни. О драмах и судьбах чеховских героинь рассказывают их исполнительницы: Ольга — Евгения Дмитриева, Маша — Ирина Гринева, Ирина — Нелли Уварова.

Татьяна Арефьева: В разговорах о спектакле каждая из вас нет-нет да возвращалась к трудностям работы над ролью…

Ирина Гринева: Для меня „Три сестры“ - и вообще работа над Чеховым в России — очень сложны. Мы играли спектакль в Париже, там публика не так хорошо знакома с нашей классикой, теперь „Сестры“ переезжают в Москву, где каждый актер и каждый зритель знает все сцены наизусть. В русском театре столько Маш сыграно, а мне хотелось сделать ее особенной, рассмотреть в новом ракурсе. Для себя я определила так: Маша- любовь, Ольга — вера, Ирина- надежда. Вера, надежда, любовь в поисках небесного Иерусалима. У каждой из них есть своя воображаемая Москва. Они претерпевают горести, не находят этот город на земле, но конец спектакля — светлый.

Евгения Дмитриева: Недавно по телевизору показывали вручение каких-то театральных премий — за Ольгу наградили Галю Тюнину. Она сказала: “Спроси у артистки, что она хочет сыграть. Можно желать чего угодно, но никак не чеховскую Ольгу„. Есть роли сложные, но благодарные. В них видны жизненные проявления героя, то, за что можно зацепиться. В Ольге нет ничего. Найти в ней живость было самым сложным.

Нелли Уварова: Когда мы начинали работать, многое мне было непонятно на уровне чувств. Я хорошо чувствовала Машу и Ольгу, но совсем не Ирину. Мне нужно было справиться с этой ролью. Неинтересно рассматривать поступки Ирины исходящими от головы. Из текста следует, что она рассудочна, мне же хотелось уйти в область эмоций.

Т.А. Все три сестры по-женски несчастны. Отчего их внутренний мир так неблагополучен? Отчего, допустим, Ирина говорит, что не может полюбить?

Нелли Уварова: Репетируя эту роль, я пришла к выводу, что все совсем наоборот. У нее слишком большое сердце, она слишком сильно может любить, поэтому защищается, бережет себя для Москвы. Ей кажется, что все впереди, а на самом деле она уедет из этого дома в прямо противоположном Москве направлении, и там ее жизнь будет еще сложнее. Ирина ищет трудностей.

Т.А. Это типаж будущей революционерки? Бомбистки?

Нелли Уварова: Не уверена. В Москве она потерялась бы. Если бы Ирина была в состоянии принимать такие решения, она все бросила бы и уехала, не дожидаясь сестер. Но она постоянно ждет, что все будет сделано за нее. Все впереди, перспектива где-то там, и окружающий мир не имеет значения. Нынешние обстоятельства можно стерпеть, пережить, пойти на компромисс. И вдруг оказывается, что все позади. Жизнь так и не началась. Поезд застрял на промежуточной станции.

Т.А. Так по-русски — „с понедельника начнем“. Странно, что эту шуструю девочку засасывает болото провинции.

Нелли Уварова: Ирина — самая младшая и самая умная. Быстрее других соображает. Понимает, что она — центр действия, что все крутится вокруг нее. У Ирины амбиции: не быть, как Ольга, не быть, как Маша, — но в итоге она становится учительницей, как старшая сестра, и соглашается на брак с нелюбимым, как средняя. Сама того не желая, она повторяет их путь.

Т.А. Самой благополучной из сестер выглядит средняя — муж у нее хоть нелюбимый, но преданный. И сердечный друг имеется.

Ирина Гринева: Маша единственная в этой пьесе знает, что такое любовь. Она умеет любить, ждет любви. Ольга и Ирина мечтают о ней, но не имеют чувственного опыта. С самого начала пьесы Маша томится в предчувствии любви, как Татьяна Ларина. Ее принц появляется, но любовь — это всегда жертва. Самая страшная сцена для меня: стоят три девушки, а полк уходит. Удивительно, что именно Маша первая произносит: „Будем жить“. Она не ломается, теряет все и вырастает над собой. Для меня Маша — изысканная женщина в поисках прекрасного, она живет на территории красоты, старается преобразить свою жизнь в некий миф. В мужьях у нее должен быть красавец-офицер, она должна с ним уехать в Париж, эмигрировать, держать салон. Она неплохо поет и могла бы стать актрисой. Почему отец выдал ее замуж так рано- в 17 лет? Чтобы дочка не связалась с заезжей театральной труппой, не улетела в столицу.

Т.А. Теперь пару слов об Ольге, которая выглядит синим чулком. Она осталась старой девой?

Евгения Дмитриева: (Возмущенно протестует.) Нет. Просто не сложилось. Как можно остаться в девственницах, будучи дочкой генерала в гарнизоне? Столько мужчин! Неужели не нашлось самого завалящего? Но то ли была она слишком взыскательна, то ли было ей не до этого, то ли ждала чего-то сверхъестественного. Ольга всегда занята: на работе не заскучаешь, она же начальник гимназии — куча девок и организаторской работы. Еще Шукшин писал про директора школы в провинции: это не тот, кто осуществляет процесс обучения, а тот, кто думает: „покрыть крышу“, „прохудилась печка“. Плюс семья. В самом начале разбора Деклан сказал: “Отец умер. Осталось четыре ребенка, из которых Ольгу назначили главной — по старшинству. Не она себя главной выбирала„. Ольга достаточно властная (работа педагога наложила отпечаток), обладает своим мнением, которое трудно перешибить.

Т.А. Но старшая сестра — вместе с двумя младшими — отступает под напором Наташи, жены брата, особы материалистичной, простой, банальной.

Евгения Дмитриева: Наташа занимается семьей, следит за всем, продолжает род Прозоровых, ведет полноценный женский образ жизни. Никто из сестер этого не делает, поэтому бразды правления мгновенно переходят к ней. Сестрам дано блестящее воспитание, с которым трудно противостоять Наташиному хамству (улыбается смущенно). Нет, я не защищаю сестер, они сами довольно жесткие девушки. Никак не прелестницы.

Т.А. С неврозами сестер все ясно, теперь хотелось бы услышать мнение русских актрис об иноземном режиссере Деклане Доннеллане. Насколько я понимаю, из вас троих только Ира Гринева уже работала с ним в „Борисе Годунове“?

Ирина Гринева: Деклан — настоящий художник, мастер, владеющий своим ремеслом. Режиссер, но никак не постановщик. Постановщики придумывают идею спектакля, а актеры реализуют его фантазии. Деклан работает с актером, роль вырастает из предложения последнего, режиссер только формирует среду, в которой было бы комфортно играть. Деклан создает живой театр — он берет актерские предложения и совмещает их друг с другом. У Доннеллана могут играть только хорошие актеры. Для постановочного спектакля подойдут и средние, там многое решает визуальный ряд — как в кино, которое для меня является чисто режиссерским искусством. В театре же главный человек — актер.

Евгения Дмитриева
: Русские режиссеры любят посидеть, поговорить, поковыряться в тексте. Это вообще не к Деклану. В русском театре сильно чувство самосохранения. Как только ты выходишь на площадку, тебе становится больно и неприятно. И надо этот момент оттянуть, поэтому все думают: давайте лучше побеседуем о жизни. С Декланом работа происходит на ногах — все время на площадке. Поработали, потом разобрали, пошли дальше. Меньше разговоров, больше дела.

Т.А. На сцене почти нет декораций. Одни стулья стоят, другие валяются, и все внимание сосредоточено на говорящих…

Евгения Дмитриева: Мы работали в довольно скупом интерьере, в простых костюмах, но в этой скупости вдруг возникли строгость и стиль без отвлекающих деталей. Все нацелено на сюжет. Деклан говорил: “Я хочу рассказать историю трех сестер внятно, не углубляясь в псевдострадания и псевдомысли„. Он боялся сентиментальности. Мне понравилась установка, которую он нам дал вначале: “Сестры Прозоровы не плачут„. Ему не хотелось, чтобы мы поливали сцену слезами.

Ирина Гринева
: Спектакль ничем не приукрашен. Не падают листья, не играет великолепная музыка, не крутится сцена, мы не бегаем по лестницам, не летаем на тросах. Играем, сидя на стульях. В Париже одна французская актриса сказала нам: “Как странно, вы вышли на авансцену и говорили три монолога подряд — и при этом ничего не происходило„. Это сложно, и этим ценен для меня спектакль. Чем всегда удивляли русские актеры? Реальным проживанием роли на сцене. Мы утеряли нашу школу, которой могли бы гордиться. Мы приезжаем на Запад и видим спектакли с интересными костюмами, декорациями, но не можем пойти по этому пути в меру наших ограниченных средств. На фестивале в Колумбии я смотрела „Божественную комедию“ — там были круги ада, на сцене прибывала и убывала вода, моросил дождь, и сквозь него солнце светило зрителям в глаза. Актриса выезжала на лодке в красном платье от Гальяно — оденься так, и уже делать ничего не надо. Аеще недавно я видела актрису — безусловно, прекрасную, — которая весь спектакль плакала, с первого до последнего действия, но в зале никто не обронил ни слезинки. Почему? Потому что это была иллюстрация чувств, выстроенная режиссером. Не было живой энергии от сердца к сердцу, от партнера к партнеру.

Т.А. Вы хотите сказать, что в вашем спектакле энергия есть и в этом вам помог ирландец Деклан Доннеллан?

Ирина Гринева: Чтобы в пьесе Чехова возникла реальная ткань жизни, реальные диалоги, нужна команда, сговор и время. Деклан говорил нам вещи, которые мы давным-давно должны знать, потому что они входят в систему Станиславского. И мы, как студенты первого курса, пытались соответствовать его требованиям.

Т.А. В одном интервью Доннеллан говорит, имея в виду русских и ирландцев: “Проблема, с которой сталкиваются обе наши страны, в том, что все претендуют на главные роли. И нет ни одного, кто согласился бы на роль второстепенную. Каждая бабушка в коридоре по натуре звезда„. Мы разговаривали, и складывалось впечатление, что каждая из вас считает свою сестру главной.

Евгения Дмитриева: В постановке Деклана каждый герой важен. В четвертом акте он выстроил сцену на Федотика, который рыдает, и все его успокаивают. Обычно эту роль дают самым молоденьким статистам, здесь же — мощнейшая сцена. Каждый персонаж в нашей разработке „Трех сестер“ работает, второстепенных нет. Деклан говорит, что главные в пьесе — няня, Ферапонт и гусенок.


О НИХ

ИРИНА ГРИНЕВА
Актриса театра им. Пушкина.
Любимица Владимира Мирзоева. Сыграла Марину Мнишек с польским акцентом в „Борисе Годунове“ Деклана Доннеллана. Телезрителям запомнилась главной героиней сериала “Всегда говори всегда„ Дарьей. В 1993-м взяла премию „Лучший дебют“ за спектакль „Игра в классики“, десять лет спустя — „Чайку“ в номинации „Обольстительная женщина“ за роль А в спектакле “А. — это другая„. Обожает Смоктуновского, Олега Даля, Малковича и Аль Пачино. Поступая на курс к Анатолию Васильеву, читала монолог Сальери с альпачиновскими интонациями. Несмотря на 100-процентную женскую привлекательность, интересуется мужскими ролями. Изтеатрального института ушла в монастырь и именно там поняла, что ее предназначение — актерство. Всегда мечтала сыграть Ирину в „Трех сестрах“, но сыграла Машу.

ЕВГЕНИЯ ДМИТРИЕВА
Актриса Малого театра.
Люди на улицах знают ее как Марину из сериала „Только ты“, театралы помнят роли маленькой разбойницы в „Снежной королеве“ и княгини Тугоуховской в „Горе от ума“ антрепризы Олега Меньшикова. Играла Соню в „Дяде Ване“ (постановка Дебют-центра). Репетируя „Трех сестер“, боялась, что ее Ольга неминуемо станет Соней, но Доннеллан помог избежать соблазна.

НЕЛЛИ УВАРОВА
Актриса Российского академического молодежного театра.
За камерный моноспектакль “Правила поведения в современном обществе„ имеет премию международного фестиваля „Радуга“. „Правила“ поставлены по пьесе леворадикального француза Жан-Люка Лагарса и рассказывают о французской жизни, полной мертвых ритуалов, норм, традиций, которые тем не менее мучительно воспроизводятся новыми новыми поколениями. Также награждена “За лучшую актерскую работу„ (Международный кинофестиваль, Милан, 2000) и “За лучшую женскую роль„ (международный фестиваль ВГИК, Москва, 1999) — оба приза за фильм „Полетели“.


О НЕМ

ДЕКЛАН ДОННЕЛЛАН
Предки Деклана по отцу жили в деревне, где доктором был отец Оскара Уайльда, знаменитый офтальмолог. Одно из любимейших произведений Деклана — эссе Уайльда “Душа человека при социализме„: “Дав ему такое название, он застраховался от прочтения его миллионами. Один из любимых моих пассажей в этом эссе — природа всегда следует за искусством, а не наоборот„. Написал книгу „Актер и мишень“: “Она не о репетициях, а о том, как помочь актеру избавиться от зажима. Я искренне верю, что научить актерскому мастерству невозможно„. Обожает русских актеров: “Я чувствую теплый человеческий контакт, который меня призывает вернуться. Все меньше и меньше чувствую, что у меня есть выбор — возвращаться или нет». Довольно хорошо понимает по-русски и потихоньку начинает говорить. Считает, что театр должен быть прежде всего живым, а потом уже — интересным.

http://www.timeout.ru/journal/feature/276/

_________________
Изображение


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: 03 фев 2010, 01:54 
Не в сети
Ну что дружим?!
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 11 фев 2008, 01:35
Сообщения: 2853
:good:

_________________
Тебе мешают не те горы впереди, на которые ты должен взобраться, тебе мешает камушек в твоих ботинках.


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: 25 мар 2010, 20:24 
Не в сети

Зарегистрирован: 13 ноя 2009, 19:06
Сообщения: 1141
X Ибероамериканский театральный фестиваль
Пятница, 21 Апреля 2006 г. 10:44
(впечатления очевидца)

Цитата:
«Три сестры» Деклан Доннеллан (Россия, как ни странно)
Полный зал колумбийцев, аплодирующих стоя в течение двадцати минут. Так приветствовали в Боготе пьесу «Три сестры» в постановке английского режиссера Деклана Доннеллана.
Для человека, полгода прожившего в другой стране, среди людей совершенно иной культуры, это было подобно глотку даже не свежего воздуха, а чистого кислорода. Восхищение вызывало просто все: великолепная игра актеров, буквально проживавших жизни своих персонажей, умеренные, но не скупые и очень точные декорации.
Это то, что называется классическим русским драматическим театром. Классическое произведение в классической постановке. Возможно я консерватор. Но спектакль, длящийся более трех часов, смотрится буквально на одном дыхании.
Остается только удивляться, как англичанин смог так прочувствовать Чехова. Ни одного «плоского» персонажа. Каждый по-своему прав и по-своему неправ. Каждый на что-то надеется, каждый по-своему несчастен. По-моему, именно в этом и заключается «драматизм драм» А.П.Чехова: он не делит героев на «плохих» и «хороших», до жестокого ярко показывая, как каждый из них равно заслуживает сострадания или порицания:. Он не встает на сторону кого-то одного, давая тем самым читателю иллюзию «хэппи энда»: хорошим хорошо, плохим плохо. В его пьесах, как и в жизни, если и уцелеют овцы, то во имя насыщения волков в расход пойдут козы. И именно это актерам удалось воспроизвести на сцене. Даже столь однозначно трактуемая обычно Наташа получилась у Екатерины Сибиряковой живой и вполне настоящей: и она тоже способна чувствовать, желать лучшего себе и своим близким. только это лучшее в ее восприятии никем не разделено, даже мужем, - и в этом ее трагедия.
Из самых ярких образов, конечно, сестры (Галина Тюнина - Ольга, Ирина Гринева - Мария, Нели Уварова - Ирина). На меня и моих коллег, с которыми мы смотрели спектакль, самое сильное впечатление произвела Маша. Глядя на нее, трудно было поверить, что это всего лишь театр, что Ирина Гринева - актриса и у нее может быть какая-то еще жизнь. А колумбийцы, в свою очередь, прониклись игрой Нели Уваровой. В одной из центральных газет даже вышла статья, посвященная лично ей.
http://eltiempo.terra.com.co/cult/2006- ... 23006.html

Еще нельзя не вспомнить великолепного Кулигина в исполнении Виталия Егорова. Своей фонтанирующей энергией он «заводил» даже своих коллег - стоило ему появиться на сцене, как все актеры, и без того игравшие потрясающе, начинали делать это еще лучше, если только такое было возможно.
Спектакль очень сильный и оттого тяжелый. На три часа забываешь о проблемах на работе, невымытой посуде и поехавших колготках. Наверное, в этом и состоит истинное призвание настоящего искусства - заставить эту ленивую, самодовольную и самовлюбленную дрянь под названием «человек» задуматься о чем-то кроме собственной шкурки в данный конкретный момент, посмотреть на вещи глазами других, самую малость приподняться над повседневной «текучкой», пусть не надолго.

http://www.liveinternet.ru/users/879166/post14439574/

_________________
ИЗ ЖИЗНИ АКТЕРОВ "Не родись красивой"
http://uvarovanelly.ru/forum/viewtopic. ... 82&start=0


Вернуться к началу
 Профиль  
 
 Заголовок сообщения:
СообщениеДобавлено: 13 май 2010, 12:40 
Не в сети
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 06 июн 2008, 13:52
Сообщения: 895
Откуда: Минск
Цитата:
«Три сестры» в Конфедерации театральных союзов

Деклан Доннеллан открыл нам эту пьесу как сплав пронзительной драмы и острой сатиры.

Мы не только безмерно сочувствуем жизни интеллигентов, но и понимаем источник их личной трагедии. Для такого трезвого и даже циничного взгляда на российскую жизнь стоило пригласить западного мэтра режиссуры.

В какой-то момент сестры Прозоровы бывают очень жестоки. Несчастливый любовный роман Маши и Вершинина анатомирован режиссером с цинизмом хирурга. Как смеется Маша (актриса Ирина Гринева) над тем, что постарел «влюбленный майор»! Хотя возраст его определен точно. «Ему, наверное, 40 – 45 лет» – говорит Тузенбах. Роль решена актером Александром Феклистовым как драма нерешительного человека, ведомого по жизни женщинами. Недаром и это прозвище, и два брака за плечами.

Он никак не может поверить в свои силы, в свою привлекательность, в возможность счастья. И даже Маша, а она, надо думать – самая достойная из его возлюбленных, не дает ему этой силы. Он непрестанно этого ждет.

На авансцене идет объяснение в любви. Вершинин выглядывает из-за спины любимой женщины. Его робкие полу-утвердительные вопросы так много говорят о его чувствах: «Ведь молодость прошла?..» Молчание Маши – знак согласия. И хотя возраст 40-45 лет, если верить психологам – возраст второй молодости мужчины, когда он, повинуясь биологической природе, берет билет на второй сеанс, строит свое личное счастье заново, но… Если рядом женщина, способная вдохнуть веру. А ее нет. Маше не хватает смелости, права на счастье. Когда в финале она задохнется от горя – уходят военные, уходит любимый, а с ним последняя надежда, когда она забьется на полу от горя, хватая Вершинина за сапог, помимо сострадания невольно видишь ее вину. Она жестока не только к себе, но и к любимому.

Та же трезвость оценки проступает и к юной сестре Прозоровой, к Ирине (актриса Нелли Уварова). «Я знала, я знала!» - заплачет она в ответ на известие о гибели жениха, барона Тузенбаха. Так почему не остановила его перед дуэлью? Злоба наполняет сердце, а не только жалость. Он так молил ее о помощи! Тузенбах (актер Андрей Кузичев) протягивает к ней руки со скрюченными судорогой пальцами, кричит: «Скажи мне что-нибудь! Скажи мне что-нибудь!» Тузенбах так ничего и не получил от любимой женщины в свои протянутые ладони.

Сердце разрывается от горя, и хочется, как зрителю детского театра, крикнуть: «Останови его!» Она молчит, бездушная…Тузенбах, самый веселый и жизнерадостный из всех, понимает: Ирина его никогда не полюбит, у него нет будущего. Он неожиданно успокаивается и настроен очень решительно – идет на дуэль как на самоубийство. Эта перемена настроения сыграна актером очень сильно.

Ольга в исполнении Евгении Дмитриевой – очень яркая роль, хотя обычно в театре ее играют как наименее выигрышную из трех ролей. У Маши – несчастный роман, у Ирины – брак по расчету, а у Ольги вроде бы ничего и не происходит. Ну, хотела выйти замуж, не вышла, ну, противилась стать начальницей гимназии, а стала. Буря в стакане воды. Актриса играет Ольгу как самую оптимистичную из сестер, которая живет не только чувствами, но прекрасно знает, чего хочет от жизни. Этот прагматизм в сочетании с большой внутренней энергией дает надежду, что у нее все сложится иначе, чем у сестер. У Ольги нет поклонников – она умеет греться возле чужой любви как возле костра. Хотя и осуждает Машу за внебрачный роман, но чужая любовь притягивает ее. Она подпитывается чужой энергией вместо того, чтобы развести свой костер и полюбить самой – как это точно подмечено и режиссером и актрисой. Это самая жизнерадостная Ольга из всех мною виденных. Тем досаднее ее неудачливость в финале. Через эту роль режиссер яснее всего провел мысль: неспособность изменить свою жизнь к лучшему – достойна сатирического осмеяния, а не только лирических вздохов. Мол, се ля ви… жизнь сильнее нас… мы предполагаем, а Бог располагает… Мечтать о Москве и ничего не сделать для этого – это смешно. «Быть несчастным – смешно!» – говорит нам режиссер, воспитанный в другой ментальности. Если ты несчастен – ты плодишь вокруг себя несчастья других, это заразно, как оспа.

Трагикомический жанр спектакля проступает не сразу. В 1-м действии Маша закатится от смеха, закрыв лицо, и мы уже не понимаем: смеется она или рыдает. Этот смех-рыдание Маши, эти шутки Соленого, пахнущие трагедией – всего лишь завязка.

В 1-м акте еще так много светлых лирических мотивов. Второй акт – прозрение. Все, что было смешным, обернется катастрофой.

Финальные монологи сестер о том, что надо жить во что бы то ни стало, звучат, освещенные их улыбками. Кому-то это показалось кощунственным: жизнь рушится, а они смеются. Но этот смех омыт слезами, он за гранью отчаяния. Парадокс, но именно глубокое горе выражает себя порой так причудливо, нестандартно.

Как они будут жить, когда самое страшное уже позади? Очень сильный финал.


http://www.gogol.ru/teatr/stati/a_tekst ... zriteli_u/

_________________
Изображение


Вернуться к началу
 Профиль  
 
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 34 ]  На страницу 1, 2  След.

Часовой пояс: UTC + 4 часа


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 0


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения

Найти:
Перейти:  

| |

Powered by Forumenko © 2006–2014
Русская поддержка phpBB
Сериал Не родись красивой и всё о нём История одного города Фанфики 13й сказки и не только